Глава 36 Тайна феникса

Рагнар Сигурд

Мы прилетели в Ватикан довольно быстро, подвернулся удачный рейс. Дракон не задавал лишних вопросов, и весь полёт был погружён в свои мысли. Я уже пожалел, что не оставил его в Москве, и не уехал один, но, с другой стороны, с ним я быстрее найду то, что ищу.

Вдали от Карины мой огонь вновь стал сжигать меня изнутри. Феникс поднял голову и больно боднул под рёбра, желая быть рядом с Парой, и я был согласен с ним, но в наших интересах найти выход из ситуации. Найти ритуал и вернуться домой с ведьмой живыми.

Самая секретная и недоступная библиотека мира хранила в себе ответы на любые вопросы и была огромнейшим кладезем знаний человечества. Там хранились древние секретные издания, которые способны были перевернуть мировоззрение людей на Земле и потрясти их устои, поэтому охранялась библиотека почище хранилища золота в США. В неё имели доступ лишь узкий круг людей, а остальным нужно было долго ждать разрешение на посещение, и далеко не факт, что решение будет положительным. Но на высших Иных запреты не распространялись, поэтому мы, заселившись в гостиницу и арендовав машину, быстро доехали до сокровищницы знаний и уже через час стояли перед стеллажами, уходящими ввысь под потолок. За один день обойти и просмотреть тысячи томов мы, естественно, не смогли, и пока не нашли ответы. Ещё месяц назад я готов был пожертвовать всем, чтобы вернуться домой — если придётся, то и ведьмой. Задумывая свой план, и уже зная Карину, был готов и её пустить в расход. Как говорится в известной пословице, "лес рубят — щепки летят". Я не знал, как ведьмочка откроет дверь в Сауран, понятия не имел. Пока не увидел ритуал.

В тот вечер Карина пришла с книгой и показала мне картинку, поинтересовавшись, что она означает. Нет, я не был удивлён — я был ошеломлён, обескуражен. Я был в ужасе.

На следующее утро я забрал ребят, и мы полетели в Египет. Я искал амулет, который позволит ведьме выжить после ритуала, наврав остальным, что будем искать амулет, помогающий снять печати с Карины, поставленные родителями. Краем уха слышал, что такой был у одной ведьмы, которая искала способ пережить смерть; правда или нет, не знал, но попытаться стоило.

Однако на месте захоронения ведьмы мы нарвались на стаю вампиров. Истребив их, вскрыли могилу, но амулета так и не нашли. Один из вампиров перед смертью проговорился и направил нас в Мексику — как оказалось, это были происки Сиренити, пытавшуюся задержать нас вдали от Карины подольше. Каждому из нашей троицы пришлось пережить покушение — несмертельно, но неприятно. А самое главное, испытать глухое разочарование, что и в Мексике нет нужного нам амулета..

В заточении у Сиренити, когда она держала нас в том заброшенном здании, Богиня призналась, что опередила нашу компанию, и уничтожила амулет. У неё был пособник — Женя, бывшая любовница Ивара. Вернее, не пособник, и жалкая человечка, которую Сиренити использовала — потому что пособников у Богини не было никогда. Только куклы, которых она использовала в своих целях, а потом выкидывала. Женя имела доступ к некоторым личным данным Ивара, и он легкомысленно не проследил при расставании за чисткой всех персональных паролей, которые бывшая любовница успела получить. Эта стерва и сливала всю информацию, что могла достать, мнимой "гадалке". Сиренини втёрлась в доверие любовнице в роли экстрасенса, и пообещала вернуть Жене мужчину, только нужны кое-какие данные и немного времени…

Я не стал сообщать остальным печальные новости, прекрасно понимая, что они выберут ведьму, и даже не будут пытаться помочь мне. Наоборот, начнут искать варианты, как разорвать наши с ведьмой узы, или попросят Цербера просто выжечь ипостась. Такого я не мог допустить и как мог, оттягивал момент, когда придётся рассказать всю правду.

Алистер снова влез в мои дела. Я заметил его по дороге в гостиницу, уже светало, и мы решили отдохнуть. Я дождался, когда дракон уйдёт к себе в номер, и пошёл поговорить с демоном. Я не планировал вываливать правду, хотел лишь отправить домой.

Алистер запустил меня в номер и стал допрашивать. Я видел, что он жутко злится, и на все мои просьбы улететь отмахивался.

— Я хочу вернуться домой, и никогда этого не скрывал, — в очередной раз ответил я, присаживаясь на кресло.

— Объясни ещё раз для тупых: необходимый ритуал есть в книге, Цербер сказал, что для него нужны все мы четверо, так вот, мы все согласны, — не унимался демон.

Услышав, что Цербер всё-таки рассказал им про часть ритуала, я разозлился и так резко поднялся на ноги, что кресло, царапая пол, отлетело назад.

— Я на него не согласен, понятно? — навис я над Алистером.

— Почему? Что, чёрт тебя дери, не так с этим ритуалом? — тоже вскочил демон.

Больше скрывать правду я не видел смысла, если я ему не скажу, он сам найдёт или спросит. Цербер давно знал, но молчал, давая мне возможность самому принять ту правду, что была передо мной. Алистер продолжал кричать, пытаясь узнать, что я скрываю, и я заорал, перекрикивая его, выпуская всю злость:

— Он убьёт Карину…

Демон тут же заткнулся, ошеломлённо смотря на меня, и медленно сел. Потом вскочил и стал ходить по комнате.

— Думаешь, мне делать больше нечего? Думаешь, мне нравится быть вдали от моей ведьмы и сгорать в собственном огне? Ты ни черта не знаешь, Алистер, никто из вас не знает! Ты выживешь на Земле. Ивар выживет. А я скоро выгорю в собственном огне. И знаешь, что? — я замолчал и дождался, когда демон повернётся ко мне.

— Что? — спросил заторможено Алистер.

— Карина тоже выживет, — тихо сказал я, и бросил ему манускрипт, который нашёл в библиотеке.

Лёша раскрыл старинный свиток и углубился в чтение, а потом неверяще поднял на меня глаза и спросил:

— Ты любишь её?

Я молчал, считал бессмысленным отвечать. Ведь мой ответ будет — да. Да! Я полюбил эту ведьму, как бы не скрывал это, как бы не бежал от правды. Она уже проникла в каждую частичку моего естества, въелась под кожу, и я не представлял своей жизни без неё. Не представлял, что через полгода я больше никогда не увижу её. Моя любимая. Моя огненная птичка. Нежная. Желанная. И каково это, знать, что мне придётся оставить её? Умереть, не почувствовав весь спектр чувств, что излучает Карина.

Я ничего не ответил ему, лишь протянул кулон и разорвал рубашку на груди.

— Посмотри на клеймо, Алистер, с этим кулоном я появился на Земле. В день, когда Сиренити прокляла нас и выгнала из Саурана.

Стоило мне произнести название нашего мира, как комната заходила ходуном. Я недоумённо посмотрел на демона, а тот бросил кулон, и побежал в другую комнату. Я ринулся за ним и забежал в горящую спальню. Карина тряслась в руках Ивара в сильнейшем припадке, сжигая вокруг себя мебель и обстановку. Цербер взял девушку на руки и зло посмотрел на нас. Его сила, клубясь под ногами серым туманом, выкинула нас из комнаты. Последнее что я увидел, прежде чем дверь закрылась перед нашим носом — это как Цербер, шепча что-то над ухом девушки, впитывает в себя её огонь.

— Какого чёрта, Ивар! — ударил дракона по плечу, — я думал, мы на одной стороне!

— Ты мастерски жонглируешь словами и занимаешься манипуляциями, играя на чувствах! Только забыл одну маленькую деталь — мы с тобой знакомы не одну сотню лет, и я знаю все твои ходы наперёд! Отлично придумал с детьми, ударил по больному! Только я на своей собственной стороне, на той, где ведьма счастлива и со мной! — ответил яростно дракон.

— Ну и как тебе после этого доверять? — шипел раздражённо я.

— Можешь не доверять, жду не дождусь, когда ты выгоришь, — ответил он, прекрасно расслышав каждое слово в нашем разговоре с демоном.

— Рагнар, — позвал меня Алистер, но я не обратил внимания.

— Да я смотрю, ты наконец отрастил яйца! Где же ты был раньше, когда вечно ныл, что Карина тебе не достанется? А сейчас как удобно — правда? Дождаться смерти любимого твоей ведьмы! Даже руки марать не придётся! — сделала я к нему шаг.

— Ивар! — позвал Алистер.

— Согласен, удобно, я утешу её, не переживай. В отличие от тебя, я с самого начала был честен перед ней. Никогда не манипулировал ею, никогда не подкладывал Баньши под этого, — ткнул в демона дракон. — Никогда не приказывал своим подчинённым припугнуть девушку, выводя на нужное поведение.

— Живо заткнулись оба и посмотрели на меня! — гаркнул Алистер, оттолкнув нас в разные стороны, и зло уставившись на дракона.

— Что? — спросил Ивар, покрываясь чешуёй.

— Знакомая вещица? — Алистер кинул в него моим кулоном.

Дракон непонимающе повертел украшение в руках, а после полез в карманы брюк и достал свой кулон с другим рисунком. Алистер пошёл к своему пиджаку и вытащил из кармана аналогичный кулон.

— А теперь внимательно посмотри на клеймо, — приказал демон, я раскрыл рубашку шире.

Дракон подошёл ближе и стал сравнивать рисунки на кулоне и клейме, потом отошёл к зеркалу и стянул с себя футболку. Рисунки с кулонов и отпечатков, поставленных Кариной каждому из нас после единения, были полностью идентичны.

— Что это значит? — спросил Ивар, а Алистер занял его место, чтобы тоже проверить свою метку.

— Без понятия. Цербер сказал, что это её печати, и она просит таким образом снять их с неё. Но как такое возможно? Прошла тысяча лет, я всю свою жизнь ношу этот кулон с собой, — пожал я плечами.

— Может, печати не только на ней, но и на нас? — Алистер повернулся к нам, — кто дал тебе этот кулон?

— Не помню, он был и раньше в Са… в другом мире, — ответил я, забирая свой кулон. Мы повернулись к дракону.

— Да, у меня тоже он был столько, сколько я себя помню, — ответил Ивар, надевая футболку.

Из спальни вышел Цербер с Кариной на руках и молча прошёл с ней в ванную. Мой огонь вырвался из-под контроля, поджигая кресло, на котором я сидел.

— Поговорим в другом месте и заодно поедим. У меня со вчерашнего дня во рту маковой росинки не было, и я голодный, как волк, — прошипел дракон, и стремительно вышел из комнаты.

Мы последовали за ним.

Карина Лазарева

— Думаешь, мне делать больше нечего? Думаешь, мне нравится быть вдали от моей ведьмы и сгорать в собственном огне? Ты ни черта не знаешь, Алистер, никто из вас не знает! — заговорил через какое-то время Рагнар, но я перестала слушать их.

В шоке смотрела на дракона, интересно, он был в курсе, что ритуал меня убьёт? А Цербер? Он-то точно знал, но почему молчал? Помогал Рагнару прийти к правильному решению? А какое правильное решение? Сгореть здесь, на Земле? Или вернуться домой, но убить меня? Так много вопросов, и нет ни одного ответа. Я перевела взгляд на Цербера, но он покачал головой, будто понимая, о чём я хочу спросить, и обещая, что мы поговорим позже. Снова стала прислушиваться к разговору.

— Ты любишь её? — задал очень важный для меня вопрос Лёша, и от волнения я даже дышать перестала.

Ответ феникса был мне очень важен, но он молчал. А потом раздался треск разрываемой одежды.

— Посмотри на клеймо, Алистер, с этим кулоном я появился на Земле. В день, когда Сиренити прокляла нас и выгнала из Саурана, — услышала я, и сразу же обмякла в крепких руках дракона, падая в темноту.

Через неизвестное количество времени потихоньку пришла в себя, ощущая кучу "приятной" побочки — голова болела, в ушах стучало, во всём теле слабость. Разлепила глаза и посмотрела на держащего меня в своих объятьях Ярослава. Он спал на кровати, прижимая к себе. Интересно, когда мы успели вернуться в гостиницу? Наверное, мужчины перенесли меня на руках, я же заснула в машине на заднем сиденье с Ириской под боком. Попыталась вспомнить более детально сегодняшнюю ночь, но виски сильнее прострелило, я охнула и уткнулась лбом в плечо спящего мужчины.

Цербер тут же проснулся и, притянув ближе, чмокнул в макушку.

— Ты как? — спросил он обеспокоенно.

— Голова болит, — прошептала я.

Он переместил свои руки к лицу и, прошептав заклинание, пустил по пальцам холод, замораживая виски.

— Ты вся горишь, у тебя температура! — сказал он и, подхватив на руки, понёс к выходу.

Мы вышли в гостиную: там сидели остальные мои мужчины, которые, увидев нас, подорвались с места. Цербер прошел мимо всех, даже не остановившись. Зашёл в ванную комнату, включил холодную воду, поставил меня под ледяные струи воды. Я зашипела от холода и попыталась выбраться, но Ярослав шагнул ко мне внутрь, перекрыв спиной выход.

— Потерпи, — просил он, прижимая к себе, — просто расслабься, я рядом, с тобой.

Он склонился ко мне и накрыл мои губы поцелуем. Эффектное отвлечение, я вмиг забыла, что мне холодно, прижалась к его мокрому телу, обнимая за шею. Я так увлеклась, что забыла про цель нашего внезапного купания, растворяясь в сильных, надёжных руках. Цербер оторвался от меня и встал на колени, медленно расстёгивая молнию на джинсах и стягивая штаны вместе с бельем. Пальцами погладил ступни и провёл ладонями по внутренней стороне ног, от стопы вверх к бедру. Я учащённо задышала, прикусив губу. Яр поцеловал живот и поднялся, продолжая целовать и слизывать капли воды с моего тела. Я прижимала его голову к себе и пыталась стянуть мокрую одежду. Наконец мне это удалось и, отстранившись от него, мягко опустилась на колени, отзеркалив. Его глаза зажглись в предвкушении ярко-оранжевыми светом.

Я стянула с Ярослава штаны и медленно приблизилась к его члену. Мужчина не мешал мне, лишь жадно смотрел и ждал моих дальнейших шагов. Я не стала долго мучить ожиданием, обхватила ствол рукой и провела языком по бархатной головке, услышав полустон-полурык. Уделив внимание верхушке, взяла орган целиком в рот, заводясь от шумного дыхания моего Цербера. Начала скользить вперед-назад, медленно посасывая, наслаждаясь своей властью. Ярослав провёл по лицу, убирая слипшиеся мокрые волосы. Он запрокинул голову, подставляя лицо под холодные струи воды и сдавленно стонал, каждый раз, как я брала его глубже. Ему нравилась моя пытка, а я возбуждалась всё сильнее, смотря, какое удовольствие доставляют мои действия.

Он снова посмотрел на меня своими оранжевыми глазами, резко потянул на себя и одним слитным движением вошёл. Бурно кончая в меня через пару фрикций. Я гладила его по волосам и плечам, слушая страстный шёпот признания в чувствах. Мы простояли так минут пять, он так и не вышел из меня, и я почувствовала новое возбуждение мужчины. Он сменил температуру, добавляя горячую воду и, прижав к стенке кабинки, довёл меня до самых небес, и не раз.

Мое расслабленное и уставшее тело завернули в огромный банный халат и, снова подхватив, понесли в спальню. Я не сопротивлялась, прильнула к груди моего Цербера и заснула, так и не дойдя до кровати.