Глава 6 Новый город

Карина

Сиэттл встретил нас проливным дождём. Горыныч укрыл меня своим пиджаком и, схватив за руку, потянул в сторону припаркованных машин. Одна из них принадлежала нам, точнее компании, которая устраивала конференцию. Водитель вышел из машины и подхватил чемоданы. Ивар Маркович отправил меня греться в салон на заднее сиденье, сам же активно участвовал в погрузке багажа, попутно распекая сотрудника. Я сложила пиджак начальника, выжала воду на тротуар, вещь была безнадёжно мокрая. Похлопала по карманам и вытащила всё, что могло пострадать от воды. Выудила телефон шефа, протёрла экран рукавом блузки, он от прикосновения включился, и тут же высветилось последнее входящее сообщение: «ОНА ЗАМУЖЕМ ЗА КРЫЛАТЫМ!!!..». Я хихикнула. Интересно, какую тему нужно обсуждать, чтобы появилась такая надпись? Все предметы из карманов пиджака я убрала к себе в сумочку. Ивар Маркович занял место рядом со мной, растрепал рукой мокрые волосы, обдавая меня холодными каплями дождя. Я запротестовала, смеясь, и попыталась отсесть от мокрого мужчины. Но он специально прижался ко мне поближе, лукаво щурясь.

— Вы весь мокрый, Ивар Маркович! — возмутилась я, когда места в салоне просто не осталось, и меня зажали к боковине двери.

— Вы тоже не совсем сухая, Карина Викторовна, — в тон мне ответил босс. — Дайте руки, не хочу, чтобы завтра вы заболели.

Мужчина посерьёзнел и протянул ко мне раскрытые ладони, я вложила свои холодные конечности. Шеф ласково сжал мои руки, стал их растирать и нежно поглаживать. Тепло его прикосновений передалось мне, я подняла глаза и встретилась с шефом взглядом. Его серо-голубые глаза были так близко, что я замерла, видя в зрачках своё отражение. Реальность вокруг отдалялась и пропадала, мы словно очутились внутри пространства, где были только наше дыхание, наши взгляды и нечто тонкое, неуловимо-притягательное. Ивар продолжал нежно гладить мои пальцы, выписывал круги по ладошкам, и от его действий жар разбегался по венам, а дыхание перехватывало. Его лицо приближалось всё ближе, от непозволительной дистанции я потеряла голову и приоткрыла губы, ожидая поцелуя, но… с его волос мне на щёку упало несколько капель, я опомнилась, выдернула руки и отстранилась.

— Спасибо, я согрелась, — тихо прошептала, опустив взгляд, и пытаясь отодвинуться. Наваждение схлынуло, я вспомнила про Женю — любовницу шефа — и решила не лезть к несвободному мужчине. Не хочу приносить кому-то ту же боль, что пережила сама когда-то.

Ивар Маркович глубоко вдохнул, забрал свой пиджак и пересел подальше; я, пунцовая от смущения, отвернулась к окну. Всю оставшуюся дорогу ехали в неловком молчании. Ночной Сиэттл красиво сверкал тысячами неоновых ламп, рисуя яркие блики в машине и завлекая цветными огнями.

Мы доехали до красивого отеля высотой в девять этажей, и Босс помог мне выйти, отправив заселяться, всучив документы и свой паспорт. О наших номерах уже позаботились, и зарегистрировались мы довольно быстро. Доехали на лифте всё в том же неловком молчании до шестого этажа, и начальник занёс ко мне в номер вещи.

— Я зайду через полчаса, сходим в ресторан поужинать, — хрипло произнёс шеф, остановившись возле открытой двери.

— Хорошо, — согласилась я, опустив взгляд в пол.

Он ещё на мгновение задержался возле меня, словно желая что-то добавить, но потом отвернулся и направился к себе.

Я выдохнула, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, сползая вниз. Села на корточки, обхватила себя за колени и зажмурилась. Нужно взять себя в руки, не стоит поддаваться чарам Большого Босса. Он встречается с Женей, а ко мне проявляет мимолётный интерес, как к новому сотруднику. Надо лишь постараться держать дистанцию, не создавать двусмысленных и романтических ситуаций. Вдох-выдох. Я поднялась, прошла в комнату и вывалила содержимое чемодана на кровать, чтобы достать чистое бельё. Скинув промокшую одежду, направилась в душ. Горячие струи воды вернули желание жить и немного разморили. Я вытерлась большим пушистым гостиничным полотенцем, надела чистое нижнее бельё, лёгкие брючки и блузку, и присела на краешек кровати в ожидании Ивара. Почувствовала, что проголодалась — и живот забурчал, намекая, что пора подкрепиться. Вовремя раздался стук в дверь.

— Вы готовы? — заговорил шеф, стоя на пороге. Я кивнула, подхватила свою сумочку и направилась за начальником.

Мы пришли в уютный полутёмный ресторан при отеле; Ивар Маркович заказал себе стейк слабой прожарки, а я выбрала запечённую утку с овощами, и салат из рукколы. От вина и крепких напитков отказалась, шеф заказал себе скотч, а мне зелёный чай. Я протянула шефу его вещи, которые выудила из кармана пиджака в такси.

— Возьмите, Ивар Маркович, я убрала вещи к себе, чтобы они не намокли.

— А, да, давайте, — Горыныч, даже не посмотрев, сунул портмоне и телефон в карманы джинсов, а футляр от очков вернул мне. Ему некуда было их класть — Босс сменил костюм на потёртые джинсы и пуловер, став при этом более приземлённым, и каким-то мягким и домашним.

— Почему вы не пошли работать по профессии? — начал беседу Ивар, когда нам принесли хлеб и напитки.

— После университета я устроилась на работу к мужу, мне нравилось работать в большом офисе. Да и зарплата историка и зарплата ассистента директора, мягко говоря, значительно отличаются, — пожала я плечами.

— А кем вы работали у мужа? — шеф поставил локти на стол, и подпёр кулаками подбородок, внимательно слушая.

— Сначала работала в профсоюзе, занималась кадровыми вопросами. Мне там очень нравилось, коллектив подобрался весёлый и дружный; да и сама работа была интересной. Затем Лёша перевёл к себе поближе, и я стала его ассистентом, — ответила мужчине, вспоминая своё замужество.

Первые годы были самыми счастливыми. Я, влюблённая выпускница университета, летала на крыльях счастья за своим мужем, ничего не замечая. А ведь тогда уже стоило бы задуматься, почему Лёша перевёл меня к себе. Я отогнала от себя воспоминания прошлого, и слегка печально улыбнулась начальнику.

— Почему вы переехали в Москву, Карина? — продолжил допрос Ивар.

— Хотелось начать всё с чистого листа. Санкт-Петербург я очень люблю, это самый чудесный город, со своей уникальной историей, неповторимой архитектурой и чудной погодой. Только там все меня знали как жену Алексея, а мне захотелось самой добиться чего-нибудь. Стать свободной и независимой, да и от мужа уехать подальше.

— И вы выбрали Москву, — хмыкнул шеф, — не особо далеко от северной столицы. Вы же в совершенстве знаете языки, почему не Англия и не Китай, или любая другая страна?

— Всё упирается в финансы. После развода у меня осталась только выданная государством однушка на окраине одного далёкого сибирского города, которую я давно сдаю. На эти деньги даже в Москве не особо развернёшься, что уж говорить про эмиграцию в другую страну — это совсем другой уровень затрат. Да и, честно сказать, я трусиха, — смущённо призналась я, — мне до ужаса страшно было переезжать в Москву, вот и представьте, каково было бы мне в другой стране.

— Вы его любите? — спросил Ивар, смотря своими серо-голубыми глазами прямо в душу.

Вопрос выбил из колеи, и улыбка слетела с моего лица. Я поджала губы и раздражённо посмотрела на шефа:

— Ивар Маркович, вы переходите границы, это личное дело, и вас не касается, — через пару секунд спокойно ответила я, сжимая кулаки под столом.

— Значит, любите, — кивнул он, сделав какие-то умозаключения.

— Ещё раз повторю — вас это абсолютно не касается, давайте закроем тему моих отношений с мужем, — холодно заметила я, и отпила слегка остывший чай.

— Бывшим мужем, — уточнил настойчивый шеф.

Официант с горячими блюдами появился как не зря кстати, и мы на время замолчали, уделив внимание ужину.

— Я одного не понимаю, — заговорил вновь Горыныч, — ваш муж — учредитель огромной компании, можно сказать, целой нефтедобывающей империи, неужели он не позаботился о вашем будущем, не выплатил хорошие отступные?

— К чему такой интерес к моему браку? — не выдержала я. — И откуда вы… Я же не говорила Вам, кем работает мой муж! Вы что, копали под меня?! — разозлилась на Босса, и выставила вперед раскрытую ладонь, не дав заговорить Горынычу.

Висевшая в метре от нашего столика хрустальная люстра тоненько задребезжала хрустальным звоном, и с грохотом упала. Я вздрогнула и перевела взгляд на осколки разбитого стекла. Ивар подскочил, и тоже уставился на люстру, потому перевёл обеспокоенный взгляд на меня.

— Вы в порядке? — заботливо спросил он, я лишь кивнула… — Скорее всего, крепление не выдержало.

Мужчина потерял интерес к происшествию, отпил из своего бокала алкоголь и заметил:

— Уже поздно, нам завтра рано вставать, пойдём в номер.

Придержав за локоть, помог мне встать, галантно отодвинув стул. Я же хлопала глазами и смотрела, как служащие ресторана спешно забегают в зал и начинают убирать осколки.

— Идём, Карина, — почти силком потащил меня начальник в сторону лифтов.

Нажав на нужный этаж, неожиданно заявил:

— Карина, не обижайтесь. Вы же грамотный специалист, долгое время работали у мужа в компании. И должны знать протокол отдела кадров: всякий новый служащий, тем более ассистент директора, имеющий доступ к важной и секретной информации, проверяется службой безопасности на предмет отсутствия подозрительных вещей — судимости, работы на конкурентов, наличия сомнительных фактов биографии. Естественно, наша служба безопасности вас проверила, просто мне хочется узнать вас получше, поскольку мы будем работать рядом близко и плотно.

Пока шеф объяснял повышенный интерес к моей персоне, мы успели дойти до моего номера. Ивар Маркович быстро попрощался и направился к себе. Я зашла в номер, размышляя над странным окончанием вечера. Во-первых, на шефа совершенно не произвело впечатление происшествие с люстрой. Словно каждый день в ресторанах при нём они падают, и он привык. При этом он спешно увёл меня, словно чего-то опасаясь. Непонятно, чего можно бояться — не мы же разбили люстру, вряд ли бы нам предъявили за это счёт. Размышляя о случившемся, потихоньку переоделась в тёплую розовую пижаму с зайчиком на животе, и залезла в кровать, уютно укутавшись лёгким невесомым одеялом, пахнущим свежестью и чистотой. Стоило моей голове коснуться подушки, как я моментально отрубилась.

* * *

Конференция началась в восемь утра; мы с шефом прибыли на полчаса раньше. Горыныч выглядел чертовски красиво: костюм тройка, стильная укладка, начищенные лакированные туфли. Рядом с ним я чувствовала себя пугалом. Моё строгое платье хоть и было из последней коллекции Шанель, но я ощущала себя немного неуютно. Нервно сжимала папку и телефон начальника, который он доверил мне. В данный момент мой руководитель выступал, показывая презентацию на большом экране, и рассказывая о нашей продукции. Твёрдым, хорошо поставленным голосом Ивар Маркович убеждённо приводил неоспоримые аргументы выгодного сотрудничества с нашей фирмой. Периодически шеф делал паузы и улыбался мне, отчего я краснела, как маков цветок, и опускала глаза. Наши переглядывания были немой прелюдией к чему-то большему, я чувствовала, что нравлюсь ему. От этого знания сердце трепетало, и я одёргивала себя, вспоминая в очередной раз, что шеф несвободен.

Когда Горыныч закончил с презентацией, мы пробыли ещё какое-то время, слушая остальных. Завели полезные знакомства, обновили старые. Босс чувствовал себя, как рыба в воде. Я же старалась всё запоминать и записывать, постоянно черкая записи в ежедневнике, и общалась с заскучавшими ассистентами, набираясь опыта.

— Пойдём отсюда, Карин, — Ивар Маркович схватил меня за руку, и потянул на выход.

— Куда мы так спешим? — запыхавшись, пропыхтела я, так как мне приходилось бежать за тянущим вперёд, как буксир, мужчиной.

— Сейчас узнаешь, — ответил начальник загадочно.

Мы выбежали на улицу, и шеф открыл дверь красного спорткара. Я присвистнула от удивления и восторга и тут же запрыгнула в салон машины, вызвав тихий смех у Ивара.

Он сел за руль, и втопил газ в пол. Мотор заревел во всю мощь своих явно немаленьких лошадиных сил, и мы полетели с огромной скоростью. Огибая ползущие минивэны, на особо страшных виражах я вскрикивала и закрывала глаза, отчего шеф громко смеялся и только активнее выворачивал руль.

— Ивар Маркович, прошу, сбавьте скорость! — попросила я, когда нас в который раз немного занесло на повороте.

— Расслабься, Карина, — ответил мужчина, но скорость снизил, а через считанные минуты и вовсе остановил тачку возле огромной башни.

Ивар помог мне выйти из машины, и потянул к самой известной достопримечательности Сиэттла — Спейс-Нидл.

Со смотровой площадки самой высокой башни открывался потрясающий вид на город. Я раскинула руки, ловя потоки прохладного воздуха, и закружилась. Ощущения были непередаваемые, мы были на высоте сто шестидесяти метров и словно вознеслись высоко на небо. Ивар стоял, сунув руки в брюки, и довольно наблюдал за мной, снисходительно улыбаясь.

— Тебе не холодно? — спросил он, поправляя на мне свой пиджак, который накинул сразу же, как мы оказались на высоте.

— Нет, — улыбнулась я.

— Выпьем кофе здесь, ты не против?

— Конечно, нет! — согласилась я, щурясь от солнца.

Мы расположились за небольшим столиком, и заказали кофе. Мужчина взял себе двойной эспрессо, я — капучино. Разговор зашёл о его семье, и Ивар сказал, что он остался один, все его родные уже умерли. Я понимала его боль, и сочувствующе сжала руку. Я тоже была одна на всём белом свете. Мы ненадолго замолчали, наслаждаясь видом города, и вспоминая каждый своих родных. Затем шеф бодро вскочил на ноги, и повёл меня вниз:

— Пошли, нас ждёт паром! Быть в Сиэттле и не прокатиться на пароме — это как приехать в Москву, и не проехать на метро, — бросил он, держа за руку.

Мы снова прыгнули в машину, и помчались на большой скорости к причалу. В этом раз я заразилась настроением Большого Босса и отпустила свои внутренние страхи и неуверенность, наслаждаясь поездкой. Ивар Маркович остановил машину напротив большого парома, и помог выбраться из спорткара. Аккуратно приобняв за талию, повёл меня на судно, и мы вдвоём отправились в морское путешествие.

Я стояла на палубе, держась за перила, и наблюдала, как город отдаляется от нас всё дальше и дальше, растворяясь в дымке. Шеф стоял со спины, грея меня своим массивным телом, обняв за талию. Я развернулась в кольце рук и уткнулась носом в ключицу Ивара. Отходить было некуда, подняла голову, и снова попала в плен его глаз.

— Шеф, вы не могли бы… — начала я, но Ивар Маркович не дал договорить. Он склонился, и закрыл мне рот поцелуем.

Я настолько опешила, что открыла рот от удивления, чем и воспользовался мужчина. Он целовал ласково, проверяя границы, не сильно прижимаясь и не напирая, ожидая от меня ответа и реакции, нежно проводя губами по моим губам. Я сама потянулась ближе; наш поцелуй сменился на страстный, а горячие руки мужчины припечатали меня к груди, вжимая сильнее. Это было какое-то наваждение, разум в голове требовал оторваться от начальника и даже влепить ему пощечину, но тело предательски отказывалось повиноваться. Я трепетала в сильных руках, сердце то замирало, то начинало биться быстрее, а поцелуй был таким сладким, что я боялась растаять от нежности.

Нас прервал вибрирующий в нагрудном кармане пиджака телефон босса. Я пришла в себя, попыталась дистанцироваться от шефа. Дура. Что я делаю? Мне же с ним работать! Ивар сделал шаг назад, и пригладил волосы.

— Карина, я..- хрипло начал оправдываться Босс.

— Ответьте на звонок, телефон с утра вибрирует, может, это что-то важное, — прервала я Ивара, и всучила в руки телефон.

Отошла подальше, и облокотилась на перила. Дура, дура, дура, какая же я дура! Зачем позволила целовать себя? Зачем отвечала на поцелуй? Для него я очередная секретарша, очередная Женя, с которой он поиграет и бросит. Я ругала себя, закрыв глаза руками, и сожалела о том, что поддалась на его обаяние.

Романтическая ванильная часть внутри меня пыталась оправдать шефа: мол, может быть всё не так уж и плохо? Может быть, стоит дать нам шанс? Ха, какое громкое слово — «нам»! Это всего лишь поцелуй в командировке, а я уже надумала себе отношения. Давай, Карина, ещё имена будущим детям начни придумывать.

— Карина, — отвлёк меня от мысленных метаний напряжённый голос шефа.

— Да? — я решила сделать вид, что ничего не было, и его язык не шарил у меня во рту.

— Твой российский паспорт, где он? — спросил Ивар.

— В номере, — удивилась я необычному вопросу, — он разве для чего-то нужен здесь?

— Да… Нет… Ничего, просто формальность, — невпопад пробормотал шеф, и отошёл от меня, снова общаясь по телефону.

Обратный путь в отель был не таким весёлым. Босс был в раздумьях, и всё время с кем-то говорил по телефону; даже за руль меня посадил, чтобы не отвлекаться от разговоров. Я снова начала себя грызть — наверняка, такое поведение из-за меня. Ивар решил избежать неловкого общения после бездарного поцелуя. Он красивый, состоятельный мужчина, ген. директор целой компании. А я… Кто же я? Секретарь, у которой всё имущество — котёнок и парочка чемоданов с одеждой. Отогнала все плохие мысли подальше, и вышла из машины. Ивар Маркович последовал за мной.

В моём номере он, наконец, отлип от своего гаджета и нетерпеливо посмотрел в мою сторону. Вытащила из сумки паспорт и протянула ему. Босс быстро пролистнул книжечку, словно что-то искал, затем остановился на определённой страничке, и его глаза как-то странно блеснули. Я ничего не успела понять, так как мужчина вылетел из моего номера. Я так и села на журнальный столик, непонимающе смотря в пустой коридор. Что, чёрт возьми, происходит? И куда пропал шеф с моим паспортом?

До самого вечера начальника я больше не видела. Да и видеть, честно говоря, не хотела. Слава Богу, вечером мы улетим. В воспоминаниях останется только кофе на высоте, и прогулка на пароме. А остальное в воду. Всё в воду. Сделаю вид, что ничего не было. Кто придаёт значение поцелую? Никто.

"Было и пошло, как всё хорошее на свете,

Было и прошло, как ураганы на планете.

Навсегда слова развеет эти тихий ветер,

Кто в ответе — знает только мутная вода.." — зазвучали в голове строчки из песни, и я вдруг успокоилась. В конце концов, хватит переживать! Ну, поцеловались разок — проехали, и забыли. Это просто обстановка романтическая навеяла, вернёмся в Москву, вернёмся в рамки служебных отношений.

Я переоделась в удобную спортивную одежду, сложила все оставшиеся вещи в чемодан, и легла вздремнуть. К вечеру шеф так и не объявлялся, и я сама направилась к нему в номер. Робко постучала, услышала грубый голос начальника:

— Заходи! — приоткрыла дверь, зашла. — Сейчас поедем.

— Хорошо, — произнесла я.

Ошарашенно увидела, что Босс пьян; он застёгивал рубашку, не особо попадая пуговицами в петельки.

— А ты ведьма, время зря не теряешь! — злобно бросил мне в лицо, обдавая запахом алкоголя.

— Вы пьяны, Ивар Маркович, давайте я вам помогу, — не обращая внимание на состояние шефа, шустро стала застёгивать все пуговицы и разглаживать складки.

— Почему ты выбрала Рагнара? Из всех высших, что окружали тебя, почему ты выбрала чёртового Рагнара Сигурда? — яростно произнёс он, а дальше для меня наступила темнота.

Алексей Владимирович Тёмный aka Алистер Кроули

Я поднялся на 27 этаж офиса Ивара, и оказался в светлой приёмной. Миловидная пухленькая блондиночка, пританцовывая, красила губы перед зеркальной стеной, не замечая меня. Я прошёл мимо неё в сторону кабинета, на котором была написана фамилия жены. После развода она вернула себе девичью фамилию, чтобы дистанцироваться как можно дальше.

— Мужчина, вам помочь? — остановила меня блондиночка, даже не повернув голову. Хмыкнул и развернулся к ней. Девушка докрасилась и соизволила обернуться ко мне.

— Добрый день, девушка, я к Карине Викторовне, — улыбнулся ей.

— А её нет, и в ближайшие дни не будет, — ответила та, внимательно меня разглядывая.

— С ней что-то случилось? — заволновался я.

— А вы, собственно, кто? — задала встречный вопрос бойкая сотрудница, прищурившись.

— Муж.

— Она в разводе, — не согласилась блондинка.

— Бывший, — уступил ей.

— Карина Викторовна улетела в командировку, и вернётся только ближе к выходным, — наконец просветила меня секретарь.

— Куда? — напрягся я.

— Такой информацией не располагаю, — явно соврала она.

Я почувствовал, как в венах забурлил огонь. Приблизился к женщине и навис над ней. Её глаза широко распахнулись и с удивлением посмотрели на меня. Я зашептал слова подчинения, не отводя взгляда. Язычки пламени отразились в её голубых глазах; на секунду девушка потерялась в пространстве, и стала оседать. Её сознание открылось для меня.

— Куда улетела Карина? — спросил блондиночку, подхватив на руки её ослабевшее тело.

— В Сиэттл, на конференцию, — тут же выложила она.

— Кто ещё полетел?

— Только шеф, Горыныч. Больше ни на кого приказа не готовила.

— Ты поможешь мне вернуть жену, — тихо сказал я, вкладывая в её руку свою визитку.

— Да, помогу, — прошептала блондинка.

— Это вам, Елена Юрьевна, — я улыбнулся секретарше, даря ненужный уже букет, и сделал шаг назад. Женщина приходила в себя и непонимающе моргала.

— Спасибо, какие красивые, — блондиночка прочла визитку, — Алексей Владимирович.

— До скорой встречи, Елена Юрьевна, я надеюсь, мы договорились?

— Конечно, — очаровательно улыбнулась она, и направилась в подсобку.

Я удовлетворено проводил её взглядом и направился вниз. Осталось разобраться, какое отношение к моей жене имеет Рагнар. Информацию, которую предоставил не упокоенный дух вампира, была крайне скудная. Я давно заметил интерес феникса к Карине. Он действовал очень осторожно, выжидая и расставляя фигурки на своей шахматной доске. Заметал следы и искренне верил, что никто ничего не замечает. Он забыл, что мы просуществовали бок о бок не одну сотню лет, и если он просчитывал действия на пять шагов вперёд, я минимум на десять.

Сел за руль и набрал своего верного соратника, могущественного союзника, демона лжи.

— Велиар, приветствую. Как поживаешь, приятель? — заговорил я, выезжая со стоянки.

— Я больше не служу тебе, — раздался хриплый голос.

— Даже с Рагнаром не поможешь? — усмехнулся я.

— Горите вы оба синим пламенем, я не буду тебе помогать, меня Цербер за яйца держит, — рыкнул демон.

— Что ты ещё натворил? — вздохнул я.

— Ничего особенного, помог с президентскими выборами, — пробурчал Вел.

— Я улажу твою проблему с Гармом, — пообещал решительно, заворачивая на площадку перед домом Карины.

— Что нужно сделать? — сменил пластинку давний друг.

— Желательно выгнать Рагнара из страны. Но для начала, найди ту Баньши, которую подослал ко мне мерзавец.

— С этим возникнут трудности, — через несколько секунд заговорил демон.

— Она мертва? — напрягся я.

— Нет, она попросила политического убежища у Цербера, — хохотнул Велиар.

— Да ладно, и он согласился приютить у себя эту лживую сисястую тварь? Впрочем, его дело. Тогда на тебе крылатый, а остальное беру на себя, — рыкнул раздражённо.

— Сделаем всё по высшему разряду! — убедил меня Вел и отключился.

Я вышел из машины и направился к себе. Я выкупил квартиру рядом со съёмной квартирой жены. Хозяева, пожилая пара с великовозрастным сыном-балбесом, сначала категорически отказывались продать "родовое гнездо". Ага, родовое, в доме, построенном пять лет назад. Да ещё и полученное бесплатно по военному сертификату за работу в тылу. Стоило предложить денег в два раза больше рыночной цены, как родовое гнездо сразу перестало представлять интерес, и хозяева бегом побежали оформлять сделку.

— Алистер, — окликнул меня правая рука Рагнара, и я удивлённо повернулся к оборотню.

— Аристарх Григорьевич, какая неожиданная встреча! — пожал протянутую руку, и стал осматриваться в поисках его пернатого начальства.

— Рагнара здесь нет, он не знает о моей инициативе, — ответил пёс.

— И что же привело тебя сюда?

— Я знаю мотивы Рагнара, и они мне не по душе. Мы слишком стары для этого мира, да и для своего тоже. Мы не достойны Саурана. За тысячи лет мы так и не научились жить по заповедям Богов. В погоне за властью и силой мы топили в крови целые города, устраивали войны.

Твои цели мне ближе и понятней, я считаю, что нам стоит остаться на Земле, и не пытаться вернуться. Ты хочешь вернуть жену, Алистер, и в этом я могу помочь тебе, — оборотень протянул мне флешку. — Здесь то, что навсегда отвернёт ведьму от Рагнара.

— Он же убьёт тебя, — сказал я, забирая устройство.

— Я знаю, — пожал плечами старый волк, и направился к машине. — Береги её, ты даже не знаешь, каким сокровищем обладал всё это время.

Мужчина грустно улыбнулся мне, и скрылся за тонированными стёклами машины.