Глава 55

Нам хорошо вместе. И на односпальной кровати тоже было бы. Но диван правда большой и легко раскладывается, я утягиваю малышку на него и зажимаю в жарких объятиях. Хочу чувствовать ее под собой и напитываться ее теплом. Запахом нежной кожи, вспоминая как впервые попробовал ее на вкус.

— Алекс… Милый, — она сбивчиво шепчет и обнимает мое лицо маленькими ладошками. — Ты здесь.

— Да, я здесь, малышка. Рядом с тобой.

— Мне до сих пор не верится.

— Это пройдет, — нахожу край ее майки и задираю наверх, а потом стягиваю через голову. — Черт, ты такая красивая… моя малышка, моя любимая горячая малышка.

Запускаю ладони под белье и обхватываю ее грудь, и сразу же чувствую, как ей становится жарко и невмоготу. Извелась в разлуке и видно точно так же соскучилась по моим прикосновениям, как я по ее.

Тянусь к ней и закрываю ее ротик своим губами. Нежно и сладко ласкаю, сталкиваясь с ее влажным языком, и толкаюсь глубже, желая заполнить ее всю без остатка. Чтобы почувствовала меня как можно острее и теснее, до честных судорог. У самого башка плывет и мысли путаются, я проваливаюсь в нашу близость с головой и сам не понимаю, что уже делаю. Просто рвусь к ней навстречу, глажу и обвожу изгибы, сминаю их жестче и подстраиваю малышку под свои жадные ладони. Мне ее мало, невыносимо мало и ни черта не отпускает. Может, потом, после первого раза, я смогу быть ласковым и обходительным, но сейчас я хочу ее так, что скрипят зубы.

Как высокая волна вдруг накатывает и смывает все прошлые посылы.

Мне нужно взять ее, трахнуть и почувствовать ее всю, до самых потаенных уголков.

Как это было в Греции.

— Господи, Алекс, — она цепляется за мои пальцы и помогает с ремнем. — Быстрее…

Она откидывается на диван и выгибается передо мной, что только путает мои без того нечеткие движения. Но я справляюсь с ужасной застежкой и презервативом, и возвращаюсь к малышке. Накрываю ее собой и подхватываю ножку под коленкой, отвожу в сторону и придвигаюсь максимально близко. Толкаюсь в нее и ловлю за плечи, чтобы дать ей опору. А потом взвинчиваю темп и беру ее страстно и жестко, заставляя задыхаться в первые же секунды.

Она повторяет мои имя и отворачивает лицо, ведя щекой по мягкой обивке. А я лишь сильнее сжимаю ее талию и насаживаю на себя раз за разом, чувствуя, как она начинает извиваться и дергаться из стороны в сторону. Она шумно кончает и обхватывает мои ладони, сжимая их с силой, я догоняю ее через два толчка и падаю на диван рядом.

Мы вместе часто дышим и соприкасаемся плечами, смотря перед собой. В потолок. Но так длится всего мгновение, потому что малышка тянется ко мне и кладет головку на плечо, а я накрываю ее своими руками и затаскиваю на себя, чтобы слышать удары ее сердца. Ощущать их, как свои.

— Я боялась, что так больше не будет, — шепчет она мне на ухо и целует, ведя языком по разгоряченной коже. — Я такая дурочка, Алекс. Я успела подумать плохое…

— Тссс, — нащупываю ладонью ее пышные губки и накрываю. — У нас все будет хорошо. Именно так, как мы задумали. А неприятности случаются, тут ничего не поделаешь, главное, чтобы мы с ними справлялись.

Мы лежим так целую вечность. Никуда не торопимся и болтаем о пустяках. Целуемся. Обнимаемся. Трахаемся.

Как будто не было разлуки и нервотрепки в почти что две недели.

Всё возвращается на свои места. Вновь становится правильным и четким.

— Я хочу познакомиться с твоими родителями, — говорю малышке, когда она поднимается с дивана и направляется к кухонным шкафчикам. — Думал, позже будет случай, но я уже в России. Самое время.

Она кивает с довольным видом и берет яблоко с тарелки. Первое она перебрасывает мне, едва не угодив в голову, а второе смачно надгрызает.

— Твоя очередь нервничать, — подкалывает она. — И производить хорошее впечатление.

— Я другое не умею, малышка.

Хотя беспокойство есть, конечно. Я же не только парень, который хочет познакомиться, но я еще тот, кто собирается забрать их дочь в другую страну. Я теперь отвечаю за нее и должен показать ее маме и папе, что на меня можно положиться и нет повода для тревог. Постараться я точно должен.

— Кстати, а где твои вещи?

— Я без всего, — с улыбкой хлопаю по пустым карманам джинс, которые валяются рядом на диване. — У меня как-то даже мысли не возникло собирать вещи… Как нашел паспорт, первым же рейсом к тебе.

Алла реагирует неожиданно эмоционально и смахивает выступившие слезы. А потом улыбается еще ярче и делает резкий поворот вокруг оси, разворачиваясь к холодильнику.

— Сейчас я тебя буду кормить! — торжественно заявляет она. — Ой, а где мои пакеты?

— Я бросил их в холле. Сейчас принесу.

Мы проводим уютный вечер вместе. Алла только отвлекается на звонок родителям, чтобы сообщить им, что завтра приедет со мной. Завтра выходной и они решают не откладывать на вечер. Я только за, но утром нужно будет найти какой-нибудь H&M, чтобы не ехать к ее предкам в желтой майке и рваных джинсах.

Мне без того надо очки зарабатывать.

Правда, я понимаю, что зря парился, когда на следующий день перед нами с Аллой открывается дверь родительской квартиры. Мужчина и женщина, конечно, напряжены и скованы всей неожиданной ситуацией, но по глазам видно, что люди добрые.

— Это моя мама, — представляет Алла, — Лидия Николаевна, а это Тимофей Сергеевич.

— Алекс, — киваю и выхожу вперед.

Я жму ладонь ее отцу, чувствуя крепкое рукопожатие, и отдаю букет цветов матери. Мы перемещаемся за стол и первые минуты немного неловко примиряемся друг к дружке, но постепенно находим общие беседы и расслабляемся. Они точно добрые и хорошие люди. Впрочем, иначе не могло быть.

— Значит, вы вместе вернетесь в Грецию? — ее отец первым касается важной темы и переводит взгляд на меня.

— Да, верно. У меня там квартира и своя мастерская, держу ее с двумя приятелями, у нас ровные доли. Еще подрабатываю спасателем в сезон.

Хочу показать, что полностью устроен в Греции, хотя понимаю, что их больше волнует, чем там будет заниматься их дочь.

— А Алла же может работать удаленно, — я смотрю на нее. — Через интернет.

— Могу, — она кивает. — Возьму ноут, базу клиентов и буду спокойно работать на новом месте.

— Я помогу уладить вопросы в официальной плоскости. Я знаю законы Греции, а Алла владеет языком… Она будет там как дома. Я сделаю всё для этого.

Я смотрю в глаза ее отцу и думаю о том, что сделаю даже больше. Всё, что потребуется и даже сверху. Я хочу, чтобы она была счастливой со мной, чтобы смеялась и радовалась нашим общим дням. И никогда не пожалела о своем выборе.

И, кажется, он слышит меня. Мужчина кивает и не задает испытывающих вопросов. Наша беседа течет по-прежнему легко и непринужденно. С шутками и веселыми историями из прошлого.

Слезы случаются позже.

Уже в аэропорту, когда подходят минуты до нашего рейса. Алла закрыла последние дела и купила билеты в Грецию вместе со мной, и теперь остается прощание с родственниками и подругой. Я шутливо тяну малышку к себе, чтобы Маша не утопила ее в слезах и эмоциях, и обещаю отпускать или приезжать с Аллой как можно чаще, а еще зову всех в гости.

Мы вместе машем всем на прощание и поворачиваем к стойке регистрации. И так шаг за шагом, этап за этапом, мы приближаемся к нашей цели.

Вместе. Домой.