Глава 4

Эльдар

- Мой папа недавно умер, - раздался детский голос.

Я опустил глаза и увидел сына Евы, стоящего у подножия лестницы. Я устанавливал новые камеры под карнизом сбоку дома. Платон Валеев посмотрел на меня своими голубыми глазами, его взлохмаченные белокурые волосы спутались на загорелом лбу. Его голос был серьезным, когда он поделился новостью о смерти отца.

Я серьезно кивнул и сказал:

- Я знаю. Очень жаль твоего папу.

Платон дернул плечом так же, как его мать всего лишь час назад.

- Ага, - сказал он, - мы с мамой теперь вдвоем живем.

Я снова кивнул. Платон стоял, с любопытством наблюдая, как я затягиваю винты, удерживающие камеру на нижней стороне карниза, где она почти не была заметна.

- Это должно отпугнуть преступников? Помешать им залезть в дом? - спросил он.

- Каких преступников? - спросил я, делая вид, что я не в курсе.

Платон, прищурив свои голубые глаза, задумчиво произнес:

- Я знаю, что у нас включалась сигнализация. Приезжал дядя Рома.

- И все? - спросил я.

- Мама переживает, - он бросил быстрый взгляд через плечо, прежде чем продолжить. - Она не показывает, что ей грустно, но с тех пор, как папа умер… - он тяжело сглотнул.

Я решил воспользоваться моментом и задать вопрос, который беспокоил меня:

- С тех пор, как твой папа умер, она стала переживать? Или она переживала и раньше?

Платон опустил взгляд. Потом, будто приняв решение, он выпрямился, поднял подбородок и сказал:

- Раньше тоже. Папы часто не было дома. Иногда они кричали. Тогда она плакала и волновалась еще больше. Ты нам поможешь?

- Я постараюсь, - сказал я, не уверенный, говорю ли я правду.

- А ты точно не бандит? - спросил Платон.

Умный парень.

- Я точно не бандит. Честное слово, - ответил я.

Я был абсолютно уверен в своих словах. Я был уверен в себе и в Платоне Валееве. Все остальные люди пока не вызывают у меня доверия.

Я не смогу обеспечить безопасность Евы, пока не узнаю, насколько она вовлечена в бизнес своего мужа. В бизнес моего отца.

С того самого дня, как мы с братьями раскрыли самый страшный секрет отца, я понял, что у него не было ничего святого. Пять лет мы горевали о его смерти. Пока не узнали, что отец жив и прячется от серьезных людей.

Он нас бросил, инсценировав свою смерть. А теперь нам мстили его враги. Они хотели, чтобы мы вернули то, что он украл. А мы понятия не имели, что он украл и как это вернуть.

Мы знали только, что отец и еще несколько человек были замешаны в разных грязных делах вплоть до торговли людьми.

Отследив деньги, которые поступали на счета отца и уходили с них, мы вышли прямо на Дениса Валеева. Он и, возможно, Ева были во всем этом замешаны.

Платон, конечно, не виноват в том, что натворили его родители. Он не заслуживал, чтобы я вот так подло пытался выудить из него информацию, но Олег Макаров уже угрожал моей маме, и часики тикали. Если он не получит то, что хочет, он расправится со всей моей семьей.

Я не могу просто так оставить Платона в покое. Мне нужны ответы, и я должен получить их прямо сейчас.

Тут я услышал, как хлопнула дверь. Это вышла Ева. Она позвала сына:

- Платон! Платон! Где ты?

Я слышал, как она пытается скрыть панику в голосе. Вдалеке хрустел гравий под колесами автомобиля. К дому кто-то подъехал.

Платон крикнул в ответ:

- Я здесь, мам!

Ева быстро подошла и обняла его, явно с облегчением.

- Ты что здесь делаешь? Ты же знаешь, что нельзя выходить из дома без моего разрешения, - сказала она.

- Я просто помогал дяде... Я просто помогал...

- …Эльдару, - добавил я.

Платон серьезно кивнул в ответ.

- Ему нельзя выходить на улицу одному, - сказала Ева, глядя на озеро, которое блестело на солнце рядом с нами. - Я знаю, что ты не нянька, а он хорошо плавает, но таковы правила. Буду признательна, если ты будешь время от времени посматривать за ним, ладно? Он иногда забывается.

Ева снова сжала сына и наклонилась, чтобы пощекотать его под мышкой. Он взвизгнул и повернулся к ней.

- Мама, я был здесь всего минутку...

Платона прервал звук двигателя. Мы все трое обернулись и увидели полицейскую машину, которая остановилась рядом с домом. Ева стояла рядом со мной. Я заметил, что она поджала губы и зажмурила глаза.

Платон вырвался из рук мамы и побежал к машине, крича:

- Дядя Рома приехал!

Из машины вышел мужик в форме и подошел к нам с дружелюбной улыбкой. Ева и Платон обрадовались, а я почувствовал, как меня пронизывает его суровый взгляд.

- Привет, Ром, - сказала Ева, и я понял, что она нервничает, хотя и пытается это скрыть. - Как ты?

- Все отлично. Решил заехать и узнать, как вы.

- Дядя Эльдар приехал починить сигнализацию, - сказал Платон, радуясь возможности поделиться новостями со взрослым.

- Правда? - спросил полицейский, подозрительно осматривая меня.

Я посмотрел на него в ответ, не отводя взгляда.

Платон вел себя спокойно и уверенно. Ева, кажется, нервничала, но старалась этого не показывать.

- Роман. Я был другом мужа Евы, а теперь друг и Евы, и Платона, - представился он.

Потом он повернулся к Еве и спросил:

- Если тебе нужна была помощь с сигнализацией, сказала бы мне! Я бы кого-нибудь посоветовал.

- Ром, все в порядке, не парься. Компания Эльдара изначально установила систему. Он оказался свободен и приехал.

- Я знаю, ты переживала из-за сигнализации, но если бы ты не забыла ее включить...

Роман замолчал и сочувственно посмотрел на меня, как будто говоря: «Ну что с нее взять, она же женщина, забыла, с кем не бывает».

Я не знаю, послышалось мне или нет, но мне показалось, что Ева скрипнула зубами, а потом сказала:

- Ром, ну я же говорила, я никогда не забываю включать охрану!

- Да-да, дорогая, я помню, - он похлопал ее по плечу.

Она напряглась еще больше.

Я этого Романа первый раз вижу, но мне очень хочется ему врезать. Я восхищался Евой за ее выдержку.

Роман снисходительно улыбнулся и сказал:

- Кофе напоишь?

И тут Ева, конечно, предложила:

- Я как раз и сама собиралась выпить. Может, зайдешь? Ты не занят? Я испекла кексы с творогом.

- Для тебя я всегда свободен, Ева.

Роман покосился на меня, и я понял, что, либо он никогда не пробовал выпечку Евы, либо у него не работают вкусовые рецепторы. Я надеюсь, что она готовит лучше, чем печет. Иначе придется отправиться в магазин и придумывать отговорку, чтобы не ужинать с ними.

Кексы Евы были пересоленными и несладкими одновременно, но я готов съесть еще парочку, лишь бы увидеть, как Роман делает то же самое.

- Я тоже хочу сделать перерыв, - сказал я. - Угостите и меня кофе?

Роман нахмурился, и это того стоило. Он - старый друг покойного мужа Евы, и они мило общаются. Может, он хочет ее? Или они работали вместе?

Я верю, что теоретически Роман мог сблизиться с вдовой своего приятеля. Но беспокойство Евы по отношению к нему было странным.

Роман пристроился рядом с Евой, когда они шли по направлению к дому. Мы с Платоном плелись следом.

Я тихо спросил:

- Этот дядька часто приезжает?

- Иногда, - Платон пожал плечами, - Иногда он приходит на ужин. Он так делал, когда мой папа был живой.

Платон посмотрел на озеро, и я решил не продолжать разговор. Он еще ребенок, а его отец умер не так давно. Не стоит бередить рану.

Ева достала кексы, а потом включила кофеварку. Запахло свежесваренным кофе. Выпечка была такая себе, но кофе Ева варила отличный.

Роман кивнул и поблагодарил ее, а потом взял тарелку с кексами, которую она подала.

- Выглядит очень аппетитно, Ев, - сказал он.

Мы втроем смотрели, как Роман откусил кусок кекса и начал жевать. Было видно, что кекс ему не понравился.

Этот персонаж явно хочет подкатить к хозяйке. Только тот, кто хочет переспать с ней, может есть этот ужасный кекс. Он жевал и глотал, а сам смотрел на Еву и на меня. Взгляд у него был подозрительный и собственнический.

- Ева сказала мне, что вы - Эльдар Бондарев? Вы не из той фирмы Бондаревых, которая занимается частной охраной?

Я кивнул, скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула, благодарно улыбнувшись Еве, когда она поставила кружку ароматного кофе рядом со мной. Роман, не поблагодарив, взял свою кружку.

- Вы из Москвы, что ли, приехали?

Я снова кивнул. Роман подошел к Еве, запивая сухой кекс кофе, и сел рядом с ней. Ева отпила из своей кружки и отодвинулась, увеличивая расстояние между ними.

Давно ли Роман пытается подкатывать к Еве? С тех пор, как умер его лучший друг? Или раньше?

Ева, похоже, совсем не заинтересована в нем. Она вся какая-то напряженная рядом с этим типом и держится отстраненно. Ей явно нужно больше пространство. Либо он не понимает этого, либо ему все равно.

Роман поставил тарелку с кексами на стол.

- Зачем было ехать так далеко? Не проще было бы обратиться к кому-то местному?

Я пожал плечами.

- Денис был одним из клиентов моего отца. Если его супруге понадобилась помощь, мы поможем.

Роман еще ближе подвинулся к Еве, обнял ее за плечо и нежно сжал. По лицу той пробежала дрожь, но она быстро ее отогнала и улыбнулась. В ее глазах мелькнула паника. Она выглядела как бедная овечка, но внешность бывает обманчива. Она что-то скрывала от меня.

Может, ей некомфортно с Романом, потому что он хочет ее трахнуть, а она не отвечает взаимностью.

Может, ей некомфортно, потому что они трахаются много лет, вместе убили ее мужа, а теперь я влез в эту историю. Она не ждала, что я вот так приеду. Может, она пожалела о звонке. Может, она просто хотела, чтобы я ушел и не мешал ей с Романом.

Роман, то ли не замечая, что Ева напряжена, то ли, не обращая на это внимания, снова сжал ее плечо.

- Я же тебе говорил, дорогая, - сказал он. - Если ты не забудешь включить сигнализацию, тебе нечего бояться. Эльдар подтвердит, что его компания поставила надежную систему. Тебе не нужно ничего дорабатывать, просто не забывай ею пользоваться. Я знаю, ты стала забывчивой после смерти Дениса. Ты сама не своя в последнее время.

Он посмотрел на Платона, который делал дырки в кексе и наблюдал, как тот рассыпается на тарелке. Потом снова перевел взгляд на Еву и добавил:

- У тебя много забот, и год был тяжелый. Никто не будет тебя осуждать, если ты не справишься со всем сама.

Ева напряглась и отошла от Романа, поставив кружку в раковину. Ее друг, похоже, полон решимости доказать нам, что Ева легкомысленная и безответственная особа.

Когда Ева оставила нам сообщение, она была в панике, но не показалась мне легкомысленной или безответственной.

Она очень напугана, а не глупа. Глядя, как Роман смотрит на нее, я чувствовал, что у Евы есть веская причина бояться. Мне просто нужно понять, что это за причина.