Глава 3

ДАША

Слышу смех Мити, он доносится до меня словно через толщу воды. Вокруг меня темнота, хочу открыть глаза, но веки настолько тяжёлые, что у меня не получается их разомкнуть. Кажется, я заболела, первое, что приходит мне в голову, но следом, как кадры из фильма проносятся картинки, и с каждой новой я понимаю, что это никакое не кино, это жестокая реальность.

Митя! Словно выстрел в голову.

От страха за сына получается открыть глаза и даже принять положение сидя, правда всего на пару секунд, и я падаю назад, глаза вновь закрываются, голова кружится, а к горлу подкатывает тошнота. Что со мной сделал этот незнакомец? С губ срывается стон, и я слышу голос сына.

- Мама, - совсем радом.

- Тихо, парень, не торопись, твоя мама ещё не проснулась окончательно, посиди здесь, - раздаётся голос мужчины, который я слышу впервые, а следом слышу приближающие шаги.

Пытаюсь вновь открыть глаза, и вроде получается, вот только вижу я только белёсую пелену. Да что со мной?

- Кажется босс перестарался, - говорит мужчина, и постель рядом со мной прогибается.

Моего лба касается холодная ладонь, и я замираю, наслаждаясь прохладой, даже голова перестаёт болеть, но ладонь задерживается всего на секунду и исчезает, а я роняю стон разочарования и неосознанно тянусь вслед за отобранной конечностью.

- Ну-ка, пацан, идём со мной, - слышу, что говорит мужчина.

- Митя, - зову сына, перед глазами начинает пропадать пелена, ещё нечётко, но я вижу сына, он сидит в большом кресле, а рядом с ним уже стоит очередной незнакомец.

- Не, пацан, стоять, - мужчина перехватывает Митю, и не даёт моему ребёнку приблизится ко мне.

- Уберите руки от моего ребёнка, - стараюсь говорить твёрдо и грубо, вот только с губ срывается практически писк.

С огромным трудом принимаю положение сидя, и пытаюсь скинуть с ног покрывало, чтобы спустить их на пол и встать с кровати, на которой я оказалась. Голова продолжает кружится, тошнота не отступает.

- А ну, легла обратно, - гаркает незнакомец, - всё с твоим сыном нормально, а вот с тобой нет, сейчас позову того, кто по медицине шарит, у тебя вон жар, и пацану рядом с тобой делать нечего, ещё заразится, - грубо произносит мужчина, - башку бы твоему Колосу оторвать за такие дела, сам гнида в могиле одной ногой, и вас за собой тащит.

- Идём, пацан, - говорит он Мите, беря его за руку, - а ты ложись, - летит уже мне.

Смотрю на то, как чужой человек выводит моего ребёнка и закрывает за собой дверь, а в голове кружатся его слова «…сам гнида в могиле одной ногой, и вас за собой тащит». Понимание того, что я ничего не могу сделать накрывает меня волной холодной воды. Тело подрагивает, такое со мной бывает при высокой температуре, вот только с чего она поднялась, мне не понятно.

Как бы не рвалась я в след за сыном, делаю так как приказал мужчина. Ложусь обратно, и ухватив край покрывала, укутываю себя чуть ли не с головой. Мне холодно, чувствую ломоту в теле. Сердце сжимается от страха за Митю, за Вову, и за саму себя. Что эти люди сделают с нами? Что будет, если Вова не придёт нас забирать? Нет! Трясу головой. Он обязательно придёт за нами, он спасёт нас. Гоню мысли о предательстве мужа, как можно дальше.

Вова не виноват, он не совершал того, что вешает на него тот мужчина. Друг?! Тогда почему я не видела его не разу? Меня обманули, этот мужчина всё соврал!

Дверь открылась, а следом и мои глаза. В дверном проходе стоял мужчина, что назвался «другом» Вовы, мужчина, что оклеветал моего мужа, и похитил нас с Митей.

Он сканирует меня голодным взглядом, и не спешно начинает двигаться в мою сторону. Чем ближе он подходит, тем дальше я начинаю отодвигаться назад. Мне не нравится его походка, она напоминает грацию хищника, от этого мужчины за версту несёт силой и властью, а ещё опасностью, вот она и заставляет меня отступать.

- Ещё движение и разобьёшь своё голову, свалившись с кровати, - произносит мужчина, останавливаясь с одного края постели.

Не отводя глаз от мужчины, рукой проверяю сколько мне осталось до края, и как оказалось - я уже на нём, и этот незнакомец прав, ещё движение, и я упаду, а высота кровати примерно метр.

- Верните мне моего сына и отпустите нас, пожалуйста, - предпринимаю попытку, уговорить этого человека, - ни я, ни мой сын вам ничего не сделали плохого, - про Вовку молчу, потому как боюсь упоминать имя мужа.

- Я отпущу вас, - кивает головой, а я подрываюсь не веря в услышанное, меня вмиг затопляет радость, но следом она исчезает, словно и не было её, - как только твой муж вернёт то, что украл, - припечатывает меня обратно к постели своими словами.

- Тогда верните сына, его забрал….

- Сначала тебя осмотрит врач, скажет, что с тобой, и, если ты не опасна для ребёнка, он вернётся к тебе сразу….

- Я не опасна для своего ребёнка, это вы для нас опасны! – хриплым голосом перебиваю мужчину и запоздало вспоминаю его предупреждение «никогда не перебивать».

Смотрю на него и сжимаюсь внутренне, глаза мужчины темнеют, сделав глубокий вдох, он оскаливается и резко подаётся вперёд. Вскрикиваю и дёргаюсь назад, готовлюсь встретиться с полом, но неожиданно зависаю в воздухе, ощущая горячие руки на своём теле.

Рывок и я вновь оказываюсь на кровати, мужчина, что смог поймать меня стоит на коленях на постели, возвышаясь надо мной. Одна его рука находится на подушке около моей головы, а вот вторая сжимает моё бедро.

- Отпустите, - пищу испуганно, упираюсь в его грудь раками.

Он ничего не говорит, лишь пристально смотрит в глаза. Выражение лица суровое. От его вида начинаю дрожать. Страх медленно подкрадывается, обволакивая, и заставляя чувствовать себя такой маленькой и беззащитной. Я словно в клетке. Только вот клетка эта состоит из его железной хватки.

В повисшей тишине раздаётся звук открытия двери, он звучит настолько громко, что я вздрагиваю всем телом, а мужчина, что нависает надо мной, крепче сжимает пальцы на моём бедре, после чего резко выпрямляется и ловко спрыгивает с кровати, поворачиваясь ко мне спиной.

- Осмотри, у неё явно жар, - звучит приказ.

Молодой парень, приближаясь к кровати, хмуро рассматривает меня с ног до головы, бросает быстрый взгляд на хозяина дома, кивает ему и подходит ко мне ближе, ставит медицинский чемоданчик на прикроватную тумбу, открывает его и достаёт стетоскоп.

А дальше начинается изучение моего организма, меня заставили снять кофту, и сидеть в одном лифчике перед двумя незнакомыми мужчинами, один из которых проник в наш дом. И если молодой парень действовал как настоящий профессионал, и не заострял внимания на моём теле, то наш с Митей похититель просто прожигал во мне огромную дыру своими холодными глазами.

Меня осматривали больше пятнадцати минут, за это время я трижды принимала положение лёжа, так как перед глазами темнело, голова кружилась ещё сильнее, а тошнота накатывала волнами.

- Ничего серьёзного, - закрывая чемоданчик говорит парень, - нервы у девушки слишком слабые, - его губы дёргаются в ухмылке, - до последнего не верил, что у Колоса настолько нежная баба…

- Свободен, - рычит хозяин дома.

Парень замолчал, подхватил чемодан и не смотря в мою сторону поспешил на выход из комнаты. Уже третий мужчина говорит про моего мужа, а это говорит об одном. Вова действительно имеет куда больше знакомых, о каких я знаю. Неужели он всё-таки обманывал меня? И что значат его слова?

- Спрашивай, - произносит похититель.

- Что? – растерянно перевожу взгляд с закрытой уже двери на хозяина дома.

- Задавай тот вопрос, что тебя так сильно мучает, я же вижу, слова Миши тебя озадачили, и ты хочешь знать, что он имел виду? – скрещивает руки на груди, мужчина присаживается в кресле, что стоит в углу комнаты.

Не говорю, просто киваю головой.

- Ни я, ни Колосов никогда не смотрели в сторону женщин, таких как ты, - начал говорить мужчина, а я напряглась, его слова мне уже не понравились, - в нашем окружении всегда присутствовали женщины умеющие себя преподнести, правда на долго они не задерживались, менялись каждую неделю, - от таких слов мне стало трудно дышать,  к гадалке ходить не надо, и так понятно к чему ведёт разговор мужчина, - представь наше удивление, когда я и  мои ребята месяц назад, случайно, узнаём о существовании тебя и ребёнка в жизни Колоса. Он скрывал вас все эти годы, а я никогда не лез в его личное, так же, как и он в моё, - зло усмехается, качая головой, - из нас никто и подумать не мог, что Вова имеет семью, он же бабник, в его постели перебывало столько женщин, что можно общежитие для них построить в девять этажей…

- Хватит, - чей-то громкий всхлип сопровождает мою просьбу, - зачем вы врёте? - снова всхлип, и я понимаю, что он принадлежит мне.

Даже не заметила, как из глаз потекли слёзы.

- Я не вру, Даша, - мужчина встал из кресла, - твой муж изменял тебе регулярно, каждую неделю он появлялся с новой женщиной в нашем клубе, я не знаю, как он оправдывал перед тобой своё отсутствие дома по ночам….

Мужчина продолжал говорить, а в моей памяти стали всплывать все ночи, что я провела без Вовы. Раз в неделю муж уезжал в рейс, а по возвращению отсыпался по шесть часов, после чего у нас всегда происходил страстный…

Тошнота, что накатывала на меня волнами достигла своего апогея. Зажав рот ладонью, соскочила с постели, и ринулась к еле приметной двери, дёрнув за ручку и открыв дверь, увидела то, что было нужно. Успела только откинуть крышку ободка унитаза, и согнутся пополам. Мозг вырисовывал картины того, как мой муж ласкал других женщин, и мой желудок выворачивало ещё сильнее.

Всё тело покрылось холодным потом, силы стремительно стали покидать меня, опустившись на колени, закрыла крышку унитаза, нажала кнопку спуска воды. Перед глазами плясали черные пятна, а из головы не выходили мысли об измене мужа. Не знаю почему, но я поверила в слова хозяина дома.

- Если вы говорите правду, то тогда зря привезли нас сюда, - не стала признаваться, что поверила в его слова, - Вова не придёт за нами, не настолько мы ему и дороги оказывается, - говорю мужчине, и обессиленно приваливаюсь боком к унитазу.

- Ты не права, - раздаётся над головой, - вы ему дороги и очень, поэтому он придёт, и вернёт мне всё, что взял, и головой своей поплатится за предательства, - слышу на краю сознания, и чувствую, как моё тело отрывается от прохладной плитки пола и взлетает верх, теряя последние крупицы сознания.

«Со мной, явно что-то не так», успеваю подумать прежде, чем отключиться окончательно.