Глава 11

Тут же захлопнула дверь перед самым носом Стрельца. Надеясь, что если и нанесла вред здоровью, то несильный. – Шишкина, я уже всё успел рассмотреть. Откройте дверь, – раздаётся по ту сторону голос босса. И я не могу сообразить, он злится или веселится. – Что это вы успели рассмотреть за полторы секунды? – Складываю руки на груди, прислонившись влажной спиной к двери. – Достаточно, – лаконично заявляет, а ты догадывайся, что там попало под его меткий взгляд. – Откройте дверь и поговорим, как цивилизованные люди. Фыркаю себе под нос, жалея, что он не расслышит этот пренебрежительный к его речам звук. – У нас с вами не те отношения, чтобы я впускала вас, будучи в неглиже, – упрямо заявляю, не понимая, с чего он вдруг решил, что я исполню его просьбу, когда на мне нет трусов. Ну, предположим, я уже была перед ним без трусов, но, учитывая его амнезию, все мои грехи и похождения остались исключительно на моей совести. – А какие у нас отношения, Шишкина? И вновь бархатный голос Стрельца задевает тонкие струны моей души, словно точно зная мелодию, которую следует проиграть. Вот же паршивец. – Больше никаких. Если вы ещё не поняли, я уволилась. Уходите. – Накиньте на себя что-нибудь приличное, и поговорим, – заявляет тоном, с которым сложно спорить. – Или мне придётся вас выкуривать из квартиры. Поверьте, я упрямее вас. Со стоном выдыхаю. Меньше всего на свете мне хочется сейчас тяжёлых разговоров. Выяснений отношений. Кто в чём виноват. Ненавижу это с детства. Проще всегда было уйти от конфликта, чем погружаться в него с головой. Особенно если разборки ни к чему не приведут. – Раз вы такой упрямый, тогда подождёте, пока я высушу волосы. Ну или можете уйти добровольно, – ехидно сообщаю в надежде, что какая-нибудь их моих соседок, бабушек из отдела нравов, вызовет полицию. Сушила волосы тщательнее обычного и не могла найти в себе сил сдержать улыбку. Видела её в зеркале и злилась. Вот же дурёха, Шишкина. Сейчас нафантазируешь себе невесть чего. Только что-то я сомневалась, что эта сказка закончится словами: и жили они долго и счастливо. И умерли в один день. Разве что от рук друг друга. Не будь я беременной, могла бы поругать себя за то, что мысленно придумываю имена нашим детям. Но сейчас как раз самое время подумать о том, как назову своего первенца. Долго выбирала наряд, в котором появлюсь перед шефом. Желание понравиться ему никуда не делось. Пускай оно и совершенно глупое. Краситься не стала. Намазала губы гигиенической помадой цвета вишни. Натянула джинсы «мамс» и белую майку-алкоголичку. Вполне себе пристойный, но не вычурный вид. Через мутный дверной глазок сложно что-то рассмотреть. Может, он всё же не вытерпел и ушёл? Распахнула дверь. Выглянула за неё, не находя Стрельца. Нахмурилась, испытывая жуткое разочарование. – Не меня ли ищите, Шишкина? – раздаётся голос шефа откуда-то из ниоткуда. Магия вне Хогвартса какая-то. Даже круче. Потому что он, как чёрт из табакерки, появился из квартиры моей соседки, которая всё время зло шипела, глядя на меня. И скорее всего насылала проклятия. – Георгий, сыночек, заходи ко мне ещё на чай, – воркующим голосом провожала его из своей квартиры соседка. Я же смотрела на Стрельца, изумлённо изогнув бровь. Всем своим видом показывая, что о нём думаю. И почему меня вдруг удивляет, что он способен очаровать даже самую злобную мегеру из всего шабаша этого подъезда? – А вы, я смотрю, время зря не теряли. Искали себе нового кондитера? – интересуюсь, с трудом сдерживая яд. – Пустите в гости? – кивает на мою входную дверь. Откровенно говоря, съёмная квартирка, в которой я жила после расставания с Пряниковым, требовала ремонта. И приглашать в неё гостей мне хотелось меньше всего на свете. С другой стороны, откуда во мне это дурацкое желание казаться шефу круче, чем я есть? – Даже не знаю. Вдруг Алла Ивановна заревнует. А мне проблемы не нужны, – пожимаю плечами. – Можете не переживать на этот счёт. У вас перед ней нет шансов, – в своей обычной серьёзной манере произносит. Так, что определить, шутит ли он, невозможно. Геронтофил недоделанный. – Ну проходите, – пропускаю босса в свою обитель, наблюдая за его реакцией. Стрелец с интересом рассматривал моё жильё, но по его лицу сложно было прочитать, какие у него в голове мысли. И почему повар, нашедший деньги на обучение в лучшей во Франции школе кондитеров, вдруг живёт в таком месте. Девушка, у которой я снимала жильё, фанат антикварной мебели. Да и сама квартира в своём роде тоже антикварная. Но такая же, как и все предметы в ней, ветхие, трухлявые. Источающие специфический запах старых вещей. – Интересная квартира, – задумчиво протягивает Стрелец, – а почему вы не живёте в той, которую купили вместе со своим молодым человеком? Шеф поднимает на меня внимательный взгляд серых глаз. Такой острый, что может оставить во мне ножевое ранение. – Откуда вы это знаете? – Возникает неприятное ощущение, что коллеги обсуждали меня за моей спиной. Ненавижу сплетни. Они всегда обрастают уродливыми лживыми подробностями. – Сорока на хвосте принесла, – Георгий пожимает плечами. Начинаю заводиться. Что же получается, он разнюхивал обо мне информацию? И зачем ему это понадобилось? – Вам не кажется, что это не ваше дело? – Подхожу к нему ближе, словно намереваясь силой выпроводить его вон. – Может быть, пока не моё дело, Шишкина, – неопределённо заявляет, – предлагаю вам сегодня поужинать со мной и обсудить наше дальнейшее деловое сотрудничество.