Глава 27

– Если хотите, можем разобраться с ним. Вас обидели? – грозно сведя светлые брови, предлагает сосед с родинкой. Моё воображение тут же подкидывает жуткие сценки борьбы. Двое накачанных парней или Стрелец в таком же идеальном костюме, как у Джеймса Бонда. Кто же из них победил бы? Пожалуй, я предпочла бы не знать ответ на этот вопрос. Да и не хочется оказаться в чёрном списке авиакомпании. – Нет! – произношу громче, нежели следовало бы. И часть пассажиров с весьма недовольным выражением лица оборачиваются в нашу сторону. – Ничего такого. Просто я решила, что ему и его огромному самомнению будет просторнее на двух сиденьях. Парни, кажется, ничего не поняли. Переглянулись удивлённо и пожали плечами. Заметила, что к нам направляется ещё один парень и не сводит с нашей компании весёлых глаз. Внутри что-то ёкнуло, подсказывая, что не просто так он так уверенно шагает к тому самому ряду, где я заняла единственное свободное место. – Вот те на, – произносит подошедший паренёк, остановившись в проходе, – стоит отлучиться, а твоё место оказывается занятым. – Знакомься, Вить, это наша новая попутчица, едет с нами на соревнования по пауэрлифтингу вместо тебя, – заявляет сосед с родинкой, подмигивая мне. Заливаюсь краской стыда за минуту, ощущая, как от дикого смущения щёки охватывает пламя. Какая же я дурочка! – Ох, ребята, вы извините, я, наверное, пойду, – донельзя сконфуженная, пробую подняться, но на моё плечо ложится горячая ладонь. Ладонища, я бы сказала. – Девушка, ну что вы, оставайтесь с нами, Витька и постоять сможет, – немного сбивая градус неловкости, произносит самый молчаливый из парней. – Ну, если только пока стюардесса меня не прогонит, – морщу нос, представляя, как нелепо всё это будет выглядеть со стороны. Новые знакомые принимаются травить байки, отвлекая меня от пустых мыслей. Заставляя смеяться и на короткое время забыть о грубости шефа. Появление которого я не сразу замечаю. Что удивительно. Ведь он в своей деловой одежде похож на очень стильную грозовую тучу. И когда наши глаза встречаются, моё сердце предательски сладко замирает. Не понимаю, как так происходит. Почему моя первая непроизвольная реакция именно такая. А не обида и злость. Нет. Эти чувства меня накрывают, когда Стрелец открывает свой чётко очерченный чувственный рот. – Мария, вы в своём репертуаре, – нависнув над нами своим исполинским ростом, с руками, спрятанными в карманы брюк, заявляет Георгий. Мужчины рядом со мной тут же напрягаются. Как бульдоги, которым хозяин вот-вот скажет «фас», и они ждут этой команды. И у меня реально ощущение, что им нужен лишь повод начать разборки для выхода энергии и тестостерона, бурлящего в крови. – Маруся, это тот самый несносный попутчик с огромным…? – Нет! – резко перебиваю его, почему-то решив, что, если кто-то из ребят сейчас сообщит Стрельцу все регалии, которые я на него повесила, драки не избежать. Зато теперь Стрелец смотрит на меня с интересом. Огромным. – Занимательные вы подробности обо мне рассказываете. Польщён. Но, может быть, вы вернётесь на своё место? – без тени улыбки и без намёка на шутку заявляет Стрелец, а у меня от его слов смех к горлу подкатывает. – С какой это стати? – пожимаю плечами, ощущая, что мои знакомые уже поняли, что меня с этим несносным мужчиной связывает не только ремень безопасности. – Потому что, если наш самолёт потерпит крушение, вас опознают под именем другого человека, – веско заявляет мой шеф. С этим не поспоришь. По самолёту раздаётся оповещение. И звучит голос капитана корабля на нескольких языках. Но мне удаётся сообразить, что самолёт входит в зону турбулентности и нужно пристегнуть ремни. – Спасибо, ребята, что приютили, – мягко улыбаюсь новым знакомым, выскальзывая с насиженного места. – Маруся, возьми мой телефон, – протягивает визитку молчаливый парнишка. – Звони, если будет грустно. Киваю, на автомате пряча визитку в кармане брюк. – Проходите, – цедит Стрелец, пропуская меня вперёд. Самолёт встряхивает. Руки Георгия тут же оказываются на моей талии, он прижимает меня к своей груди, не давая упасть. – Пустите, – упрямо избавляюсь от этих объятий, сожалея, что не могу прямо сейчас закатить ему истерику. Высказать всё, что я думаю об этом мужлане. Вернуть ему все его грубые и обидные слова. Хочется злиться, но вместо злости на глаза накатывают слёзы. Я судорожно вздыхаю, усаживаясь в просторное кресло. Ощущая, как внутри бурлит негодование, смешанное с возмущением. И отворачиваюсь к закрытому иллюминатору, лишь бы не смотреть на попутчика. – Маруся, нужно пристегнуться, – непривычно тихим голосом напоминает Стрелец, выуживая из-под меня ремень безопасности и вставляя его в замок. Не сразу соображаю, как он меня назвал. Маруся. Удивительное дело. – Уберите от меня руки, – шиплю, ощущая, как гибнет последняя нервная клетка. И вжимаюсь в кресло, испытывая праведный гнев. Стрелец от моих слов зависает. Но рук не убирает, продолжая находиться от меня в какой-то совершенно неприличной близости. Такой, что я ощущаю его тёплое дыхание на виске. И всё же отстраняется. – Мария, я был не прав, – очень строго сознаётся. Но я в каждой букве слышу, как чужды ему произносимые слова. – Но и вы меня поймите. Вы заявляете, что я отец вашего ребёнка, хотя это невозможно. – Выдохните уже, Георгий Александрович, – кусаю зло нижнюю губу, – мы с вами давно выяснили, что относимся к разным видам и у нас не может быть общего ребёнка. Вы парнокопытное животное. А я белка. Так? Вы босс, а я всего лишь повар. Даже учитывая проведённую вместе ночь, которая, кстати, была большой ошибкой, уверена, ваш сперматозоид обошёл бы стороной мою яйцеклетку, потому что не чета вам. Но, видимо, в ту ночь вы слишком много выпили. Выдаю как на духу. С пылающими щеками и глазами. Стрелец странно смотрит на меня. – Очень смешно, Шишкина. Я был трезв, в отличие от вас. Но, если вы так настаиваете, можем провести анализ ДНК.