48

Горячка страсти постепенно начала отступать. Наблюдая, как уже две чёрные руки помогают Йену собираться, я вдруг вспомнила об одной очень важной вещице.

– Кстати… А где мои… кхм, моя очень важная деталь гардероба?

– Боюсь, что нигде, – с невозмутимым видом признался кронпринц.

– В смысле? – опешила я.

– Я же говорил, магия тьмы способна отменять. Они мне мешали – я их отменил.

Повисла тишина. Если бы мы пили, я бы сказала, что я полностью протрезвела и сверлила мужчину огромными как два динара глазами. Но Йен не спешил что-то мне прояснять даже под столь укоризненным взглядом.

– Ты не шутишь, да? – на всякий случай уточнила я. – Потому что если вдруг, то шутка дурацкая.

– Нет, я совершенно серьёзен. Но это же не туфли, – пожал он плечами. – Никто не заметит есть что-то под платьем или нет.

О. Мой. Бог. С выигрышным билетом я погорячилась. Всё-таки не джек-пот.

Выбора у меня не осталось – время поджимало, а искать у кого-то во дворце нижнее белье было неприлично. К счастью, платье Йен с помощью двух лишних рук сумел на меня надеть, а причёску и макияж действительно зафиксировали чем-то очень стойким. Даже помада не размазалась!

В зал мы шли быстрым шагом – до начала оставались считанные минуты. Однако как же я удивилась, когда мы обнаружили, что горят лишь свечи на столиках. Зал оставался фактически в темноте, хотя все гости на первый взгляд уже прибыли.

Графиня Маре тут же оказалась возле нас и в панике пояснила:

– Императрица после обеда собрала всех слуг, чтобы Мэган устроила какое-то «обучение». В итоге все освободились поздно и… вот. Алтея и мои дочери даже сами пытаются помочь слугам, пока впотьмах никто не видит. Но очевидно начало придётся всё-таки задержать. Даже не представляю, что сделает герцогиня Игнис, когда поймёт, что что-то идёт не по плану. Она спрашивала несколько раз, но я уверила, что всё в порядке.

– Урежу, – злобно прошипел Йен, сжав мою руку слишком сильно.

– Кого? – опешила я.

– Финансирование урежу… По всем статьям, что вспомню.

Идея мести мне, конечно, нравилась, но проблемы не решала. Вздохнув, я вспомнила размеры зала, подсчитала свои силы и, выдохнув, распорядилась:

– Не надо ничего задерживать. Передайте Алтее и девочкам, чтобы садились на места, а слуги пусть продолжают зажигать свечи. Возможно, не все, если кто-то из них понадобится на кухне. И не торопясь…

– Надеюсь, вы знаете, что делаете, – озабоченно вздохнула графиня Маре, но допрашивать меня времени не было, и она поспешила передать указание.

– Йен, – попросила я осторожно, – если вдруг у меня ноги подкосятся или что-то подобное… Изобрази, пожалуйста, приступ большой любви и подхвати меня на руки.

– Что ты задумала? – тут же насторожился кронпринц.

– Да вот, хочу вспомнить, что у меня тоже есть какая-то магия.

– Зачем? – не понял Йен. – Если надо, чтобы стало светло, я просто отменю темноту и никаких проблем.

О. Мой. Бог. Я на секунду прикрыла лицо рукой, потом выдохнула и, пока кронпринц не решил уточнять, что всё это значит, ворчливо попросила:

– Пойдём уже, все расселись. Сейчас увидишь.