Глава 6

Учебный год в Академии подходил к концу. Все адепты усиленно готовились к экзаменам. Бранд и Рози целыми днями пропадали на занятиях, и я была предоставлена сама себе. Но грустить мне больше не приходилось. После первого памятного посещения лаборатории магическая наука захватила меня полностью.

В учебнике мертвого языка я обнаружила пометки отца, благодаря которым овладела предметом всего за месяц. Оказалось, что папа вывел собственную стройную систему освоения сложного архаичного алфавита. Я приобрела артефакт с записью фонетики древнего языка и, зазубрив алфавит, легко научилась читать.

Теперь каждую свободную минуту я посвящала книгам из папиной коллекции и ежедневно узнавала что-то новое и необычное. В детстве учителя частенько отмечали, что у меня хорошая память, но когда я приступила к изучению формул самых простых заклинаний, то обнаружила просто феноменальные способности к запоминанию магических текстов.

Но, несмотря на проделанную работу, я с большим трудом могла управлять подвластной мне магической энергией. Испокон веков все одаренные хариты являлись носителями тепловой магии. Юноши, у которых проявлялся дар, проходили обучение в самых разных академиях Харитинара в обязательном порядке. Девушки же вполне могли и отказаться от учебы, для них семья всегда стояла на первом месте.

Как я узнала из учебников, ощущение тепла в груди, которое возникло во время принесения клятвы, и было проявлением моего внутреннего источника магической энергии. Но чтобы я ни делала, у меня не получалось специально его вызвать. Упражнения из книг ничем не могли помочь, зато уход за мамиными цветущими лианами странным образом пробуждал отклик источника и дарил нужное чувство тепла, хоть я и не понимала, как оно возникает.

В последнее время Бранд все чаще возвращался домой раздраженным и регулярно срывался на слуг без повода. На мои вопросы отвечал резко, давая понять, что не нуждается ни в моем участии, ни в моей поддержке. Непонятная стена отчуждения между нами угнетала и расстраивала меня до слез, но сделать я ничего не могла.

Муж внезапно решил, что нам нужно вместе посещать принадлежащие семье рудники. Теперь по выходным, когда адепты отдыхали, мы ездили в горы и проверяли, как идет добыча тариана. Вернее, Бранд проверял, а я должна была его сопровождать и вникать во все тонкости.

Отец не позволял нам с мамой бывать в горах, считая, что там слишком опасно. Близость заградительного щита, укрывающего нашу страну от территории орлинов, многим внушала опасения, а спонтанно возникающие истончения магической границы случались все чаще. Папа даже создал прибор, который определял эти «дыры», как их называли. Именно благодаря этому изобретению отец прославился и разбогател, заключив контракт с велидом Саусом на эксклюзивное использование своего детища.

Бранд же считал, что никакой опасности нет, и я обязана его сопровождать в этих поездках. Он периодически задавал мне странные вопросы об изобретениях отца, интересуясь тайным хранилищем схем приборов, которые так и не были найдены. Я неизменно отвечала, что папа нечем со мной не делился, и что самому Бранду это было прекрасно известно. Меня не покидало ощущение, что если я расскажу хоть одной живой душе о домашней лаборатории, случится страшная беда, которой так боялся отец.

Экзамены в Академии закончились, и Рози уехала в столицу к родителям, планируя отправиться вместе с ними в путешествие по океану на время каникул. Бранд все время проводил на рудниках, говоря, что отдыхать ему некогда, поскольку наследник велида не может попусту тратить время на развлечения.

В это утро муж снова взял меня с собой в горы, собираясь показать нечто важное. Погода стояла на удивление жаркая для начала лета, и я надела легкое белое платье и шляпу с широкими полями. Мы сели в новый карсен Бранда, приобретенный этой весной, и отправились на рудники.

Муж великолепно смотрелся в специальном кожаном костюме, необходимом для управления новомодным средством передвижения. Встречный ветер трепал густые темные волосы Бранда, а его чудесные синие глаза лучились азартом и предвкушением быстрой езды.

Карсены совсем недавно вошли в обиход богатых граждан Харитинара, сменив экипажи, запряженные лошадьми. Тариан, камень с удивительными магическими свойствами, позволил инженерам воплотить в реальность самые смелые замыслы. Новое транспортное средство стоило баснословных денег, но мы могли себе это позволить, и Бранд с удовольствием приобрел одну из последних моделей.

Мы быстро добрались до горной гряды и, оставив карсен на стоянке для экипажей, прошли в контору.

— Господин Бранд, госпожа Эмилия, доброго дня, — приветствовал нас управляющий. — Чем могу быть полезен?

— Мы бы хотели осмотреть недавно обнаруженную пещеру, — небрежно ответил Бранд. — Дай нам карту переходов и магические светильники.

— Но господин Саус, — испугано возразил управляющий, — пещера практически у самой границы. Точнее, заградительный щит делит ее на две части, одна — на нашей территории, а другая — у орлинов.

— И что с того? — раздраженно бросил муж.

— Это может быть опасно, — попытался образумить его управляющий. — Вы же знаете, что дыры появляются в самых разных местах и всегда неожиданно.

— Я боевой маг и способен постоять за себя и свою жену, — зло отрезал Бранд, забирая карту и светильники. — Принеси прибор, оповещающий о формировании дыры. Если он сработает, мы сразу же вернемся назад. Дикари ничего не успеют сделать.

Управляющий только вздохнул и вынес из подсобки небольшой ящичек с ручкой и множеством кнопок.

— Будьте осторожны, — в последний раз попытался предупредить нас мужчина. — Орлины после неудачных переговоров с Харом атакуют любого харита, которого посчитают опасным для своих владений.

— Чушь, — отмахнулся Бранд, покидая контору. — Эти трусы только своими зверюгами и способны пугать, а как дело до реального боя доходит, мгновенно испаряются.

— Дорогой, ты уверен, что это хорошая идея? — с тревогой уточнила я.

— Не волнуйся, — уверенно отозвался он, беря меня под локоть и настойчиво ведя за собой. — Я знаю, что делаю.

Сердце сжалось от нехорошего предчувствия, но Бранд выглядел таким воодушевленным, даже взволнованным, что я не решилась ему возражать.

Срединный горный хребет опоясывал мир, деля его на две равные части: Харитинар — территорию харитов, и Орию — государство орлинов. Наши народы испокон веков мало общались друг с другом, поскольку горы мешали сообщению двух рас, а острой необходимости в перевалах не было.

Но все изменилось, когда обнаружили тариан. Эта ценнейшая порода обладала феноменальным свойствами: после обработки служила неистощимым источником энергии для многих приборов и сырьем для изготовления артефактов с самыми разными свойствами.

И хариты, и орлины добывали тариан со своей стороны гор. Но постепенно в системе пещер начали возникать столкновения между ними. Тогда правители древности решили установить заградительный щит, поделив горы вдоль всего хребта на равные части. Две страны окончательно разделились, оставив для сообщения лишь центральные врата, ключи от которых хранились у Хара и у Ниса, правителя орлинов.

Долгие столетия соседи ничем нам не мешали, но с возникновением спонтанных дыр в заградительном щите, ситуация в корне поменялась. Орлины проявляли агрессию по отношению к любому хариту, нарушившему границу.

Именно из-за этого управляющий рудниками семьи Саус так разволновался, когда Бранд собрался исследовать новую пещеру, разделенную магической стеной. Но если супруг принимал решение, переспорить его было невозможно, поэтому я шла по системе переходов рядом с ним и освещала себе дорогу магическим светильником.

Шахты остались позади, а Бранд все не останавливался, сверяясь с картой на каждом распутье. Срединный горный хребет славился своей уникальной системой пещер, соединенных извилистыми проходами. Мне ни разу не доводилось заходить так далеко, и я с удивлением рассматривала каменные своды, причудливые светящиеся сталактиты, поразительные наросты на острых камнях и малюсеньких лиловых пушистых зверьков, исчезающих при нашем появлении.

Но чем дальше мы шли, тем тревожнее мне становилось.

— Дорогой, что ты хотел мне показать? — сделала я попытку увести мужа обратно. — Я уже достаточно видела чудес сегодня. Может быть, пойдем назад? Здесь довольно прохладно, и я проголодалась.

— Потерпи, — раздраженно отозвался Бранд, вновь сверяясь с картой. — Немного осталось.

Внезапно за очередным поворотом открылась огромная пещера с абсолютно гладкими сводами. Казалось, их специально обработали, чтобы добиться такого эффекта. Но главным было не это. Впереди пещеру перекрывала прозрачная магическая стена. Она мерцала зеленоватыми всполохами и приковывала к себе взгляд. Я замерла, потрясенно разглядывая заградительный щит. Так вот он какой на самом деле!

— Нравится? — с довольным видом уточнил Бранд, будто имел непосредственное отношение к возведению стены.

— Здесь потрясающе! — восторженно прошептала я, не в силах сдвинуться с места.

— А знаешь, — с деланным безразличием обронил супруг, — твой отец был гениальным ученым и немало времени провел, изучая структуру щита.

Я с подозрением покосилась на мужа, но он повернулся ко мне спиной и прошел прямиком к границе. Неясная тревога, возникшая еще в конторе, с новой силой принялась терзать душу, заставляя сердце биться чаще.

— Он рассказывал моему отцу о своем последнем изобретении, — продолжал Бранд, не замечая моего состояния. — Уверял, что нашел способ проникать на территорию орлинов, минуя спонтанные дыры.

— Но зачем кому-то вторгаться к этим дикарям? — удивилась я.

— А ты не в курсе?

— Папа никогда не распространялся о своей работе.

— Тем хуже для тебя, — усмехнулся Бранд, оборачиваясь, а у меня внутри все похолодело от его пронизывающего взгляда. — Природные месторождения тариана на территории харитов истощились. Мы слишком активно его добываем. Сейчас количество ценной породы мизерное по сравнению с тем, что было еще пятьдесят лет назад. Нам нужны новые места добычи. Спонтанные дыры позволили харитам проникать на территорию орлинов и собирать там тариан прямо в пещерах. Эти олухи настолько глупы, что не используют россыпи тариана, лежащие на поверхности. Я вообще не уверен, что они его хоть как-то применяют.

— Мы занимаемся грабежом? — потрясенно переспросила я, не веря в то, что слышу.

— Именно, дорогая, именно, — жестко усмехнулся Бранд, медленно двигаясь в мою сторону. — Сейчас выгоднее собирать тариан в пещерах орлинов, чем пытаться выковырять его в глубинных шахтах. Углар изобрел прибор, равного которому нет, и заключил с моим отцом сделку на эксклюзивное использование определителя дыр именно на нашем участке гор. Это позволило работникам точно узнавать, где и когда сформируется дыра, и проникать в пещеры орлинов. Другие велилы в своих частях гор тоже стремятся к этому, но их приборы не идут ни в какое сравнение с изобретением Углара.

Я слушала мужа, затаив дыхание, и никак не могла поверить, что все это правда. Папа участвовал в незаконной добыче тариана. Более того, она стала возможной именно благодаря его изобретению.

— Но эти дикие скоты тоже научились определять место и время формирования дыр. Их ручные твари чувствуют истончения границы и ведут своих хозяев прямиком к нашим отрядам собирателей. Выродки сами не пользуются тарианом и нам не дают, убивая тех, кто проникает к ним. Добыча ресурса зашла в тупик. И тут твой отец изобрел новое устройство, способное сделать дыру в щите в любом месте. Представляешь, какие это открывает возможности перед нами?

Возможности действительно открывались впечатляющие. Заходи к соседям в любом удобном тебе месте, в любое подходящее время, и забирай то, что тебе не принадлежит, лишая другую расу ценнейшего природного материала. Не думаю, что орлины настолько не развиты, чтобы не ценить тариан, из-за дележа которого в древности даже установили магическую границу.

— Молчишь, — хмуро констатировал муж. — Зря. Твой папаша внезапно умер, так и не передав новое устройство моему отцу. Мы терпим бешеные убытки из-за тупой возни с орлинами за каждую пядь на их территории. Нам позарез нужен новый прибор. И отец подозревает, что ты знаешь, где он, но почему-то не хочешь рассказать своему горячо любимому супругу.

Я в ужасе отшатнулась от подошедшего вплотную Бранда, но он успел схватить меня за руку.

— Так ведь, дорогая? — зло прошипел он. — Ты знаешь, где изобретение, но упрямо молчишь. Я специально привел тебя сюда, чтобы показать, как важно для нас это изобретение. Ну, же признавайся, где оно?

Муж сжал мою руку с такой силой, что я охнула.

— Пожалуйста, не надо! — взмолилась я. — Отец никогда не обсуждал со мной свои творения. Он не любил говорить о работе.

— Врешь! — заорал Бранд, и эхо мгновенно разнесло его возглас по системе пещер. — Слуги доложили, что Углар, кроме моего отца, говорил перед смертью только с тобой. Он совершенно точно все тебе выложил. Ну же! Говори, где прибор?!

— Я не могу ничего тебе рассказать, — срывающимся голосом отозвалась я, заливаясь слезами. — Я дала магическую клятву.

— Ах, вот оно что! — зловеще процедил Бранд. — Клятву она дала! Да, ты знаешь, что я только ради этого изобретения на тебе женился?! Отец заставил меня сначала заключить помолвку, а потом и расписаться с тобой. Да если бы не его требование, ноги бы моей не было в вашем доме!

— Бранд, что ты такое говоришь? — потрясенно спросила помертвевшими губами, сжимаясь от ужаса. — Ты же говорил, что любишь меня, что я единственная, что нет никого дороже!

— Врал, — спокойно ответил он, безразлично глядя на меня сверху вниз. — Отец лишил меня всего. Перестал давать деньги. Приставил своих прихвостней, чтобы ни одну девку ко мне не подпускали. Думаешь, так просто без секса и денег сидеть? Да, я готов был жениться на ком угодно, лишь бы получить то, что хотел. Все твои деньги по брачному контракту теперь мои. Я могу ими распоряжаться, как хочу. И поверь, я нашел им прекрасное применение. Приобрел все, в чем отец мне так долго отказывал. Ему больше не удастся мной манипулировать. Осталось только раздобыть для него этот проклятый прибор, и я стану по-настоящему свободным.

— Этого не может быть, — безжизненно прошептала я, невидяще глядя перед собой. — Я же люблю тебя больше жизни, я все для тебя готова сделать. За что ты так со мной?

— Ты никчемная наивная дура! — взорвался Бранд, нависая надо мной. — Ты мне противна! Этот твой вечно обожающий взгляд поперек глотки. И в постели ты полное ничтожество. Вечно жмешься и трясешься от страха, как будто я тебя насилую. Да если бы не отец со своими распоряжениями, я бы к тебе и близко не подошел. Мне никогда не нравились такие тощие как ты. Розаль гораздо привлекательнее, и я с удовольствием трахал ее у тебя за спиной. Вот уж кто не стеснялся ничего. Визжала подо мной, как последняя шлюха, и кончала по несколько раз. Тебе такое и не снилось, фригидная скромница! Да кому нужна твоя добродетель в постели?!

— Прекрати! — закричала я, заливаясь слезами и приходя в неистовство.

Неимоверная боль разрывала душу на части. Любимый человек оказался мерзавцем, а кузина — предательницей. Кровь застучала в голове, а в груди разлилось неимоверное жжение. Неведомая доселе ярость затопила меня.

— Не подходи! — отчеканила, утирая слезы и отскакивая от него в сторону. — Сегодня же я подам на развод. И каждый в Харитинаре узнает, что за люди велид Саус и его наследник!

— Ты не посмеешь, — испугано выдавил Бранд, цепенея. — По брачному договору при разводе ты останешься нищей. Все перейдет ко мне.

— Плевать! — истерично расхохоталась я. — Это только ты ради денег готов жениться на ком угодно, а я не собираюсь жить под одной крышей со лгуном и изменником. Убирайся к Розаль, если она тебе так нужна. Мне все равно!

— Ты никуда не пойдешь и ничего никому не расскажешь, — ледяным тоном проговорил муж, сверля меня злым взглядом. — Мы вернемся домой и сделаем вид, что все в порядке. Иначе ты сильно пожалеешь.

— Не дождешься! — прошипела я, размазывая по лицу непрекращающиеся слезы. — Вы за все ответите! Я подам прошение Хару, чтобы он лично рассматривал наше дело о разводе. Мое положение в обществе позволяет это сделать. И даже если он вынесет решение в твою пользу, скандал будет на всю страну. Где это видано, чтобы наследник велида был замешан в столь грязной истории? Обманом заставил невесту подписать грабительский брачный контракт, принуждал нарушить магическую клятву, изменял с кем попало. Враги твоего отца будут просто счастливы раздуть из этого нечто грандиозное! Хару придется лишить велида должности. Общественность не потерпит в совете нечестных на руку политиков.

— Что ты несешь! — прорычал Бранд, надвигаясь на меня. — Да отец тебя уничтожит!

— Это вряд ли, — выплюнула я, трясясь от негодования. — Я воспользуюсь правом дочери благородного семейства на защиту Хари. Жена правителя столь истово защищает знатных дев от насилия в семье, что с радостью возьмет меня под свое крыло. Велид Саус скорее тебя уничтожит. Это из-за тебя рухнули все его планы, это ты его подвел и все испортил, это ты никчемный папенькин сынок, который ничего не может без оглядки на отца!

— Заткнись! — взбесился Бранд, делая рывок и хватая меня за горло. — Ты ничего никому не расскажешь! Никогда! Слышишь?!

Он с силой сжал руки, и я тут же захрипела, тщетно пытаясь вдохнуть. Внезапно резкий гул огласил пещеру. Бранд тут же ослабил хватку и отступил, а я закашлялась, падая на колени.

— Что это? — попыталась я прийти в себя.

— Дыра сформировалась, — отстраненно отозвался муж, сосредоточенно глядя на расползающийся в центре щит. — Как нельзя кстати.

Я не обратила на его слова никакого внимания, силясь отдышаться и собраться с силами. Но Бранд не дал мне этого сделать, быстро подошел, схватил за руку и поволок прямиком к дыре.

— Что ты творишь! — закричала я, вырываясь. — Отпусти!

— Нет уж, дорогуша, — с ненавистью рассмеялся он, — ты слишком опасна для меня. Я был идиотом, что все тебе выложил, теперь нужно срочно исправлять ситуацию. Я не собираюсь навлекать на себя гнев отца. В ярости он способен на такие поступки, о каких я боюсь даже думать. Так что тебе придется отправиться в путешествие к нашим добрым и милым соседям. Уверен, они будут рады обнаружить тебя на своей территории.

С этими словами Бранд с силой толкнул меня в дыру, и я влетела в другую часть пещеры, больно ударившись головой об пол. Резкое головокружение полностью дезориентировало, и вязкий комок подкатил к горлу.

— Прощай, милая! — услышала я издевательский голос Бранда, не находя сил подняться. — Не пытайся вернуться. Я установил собственный щит, закрыв дыру. Он не позволит тебе попасть назад. Мне пора, орлины, скорее всего, уже на пути сюда.

Даже если бы я захотела, то не смогла бы подняться на ноги. Острая боль быстро разливалась по всей голове, перед глазами поплыла мутная пелена, и последнее, что я еще смогла уловить, было леденящее душу утробное рычание недалеко от меня.