6

Недоброе таится в мужчинах, избегающих вина, игр, общества прелестных женщин, застольной беседы. Такие люди или тяжко больны, или втайне ненавидят окружающих.

Михаил Булгаков

Россия, Москва

Скандал, который вначале всколыхнул все общество, затих сам собой. Серьезные люди предупредили Сорокина, что смерть Широкова будет началом в череде смертей членов его семьи и самого Сорокина, и олигарх отозвал награду за смерть лейтенанта, а позже вообще покинул Россию, уехав на длительный отдых.

Сорокин-младший, тоже подлечив свои нервы и получив в кадрах полную свободу, отбыл сначала в Германию, а потом в учебный лагерь Белого Братства, который готовил офицерский состав для наемников.

Так или иначе успокоились все фигуранты дела, и мало кто знал, что шестеренки государственной машины продолжают двигаться в нужном направлении.

Работал суперкомпьютер, считая параметры перехода, работали следователи, выясняя, кто, как и за что залил деньгами скандал с Сорокиным, и, конечно, работали аналитики, отрабатывая все варианты будущих событий.

Работал и аналитический аппарат, тщательно следивший за настроениями в обществе и выдававший аналитику сразу на стол президенту.

Рангольская область королевства Агелау, Лабор

«Скользящее облако» был одним из наиболее роскошных дирижаблей на кольцевой линии Углар – Маширон – Тергау – Хиати – Лабор – Ашир – Углар, огибавшей весь Рабау по побережью.

Трасса длиной пятнадцать тысяч километров была практически круизной, и поэтому «Облако» имел на борту не только каюты, отделанные художниками высшего класса, но и музыкальные салоны, прогулочные площадки, рестораны, питейные заведения и даже гимнастический зал. Совсем небольшой, но дамы, не обделенные хорошими фигурами, очень любили эту модную забаву, в основном за то, что можно было покрасоваться в обтягивающем спортивном костюме.

В Лаборе на дирижабль такого класса обычно садились или высшие чиновники, или богатые торговцы, приезжающие за редкими реагентами, или, что бывало совсем редко, старшие офицеры армии Агелау, державшей здесь небольшой, но хорошо укрепленный форпост.

В этот раз на борт поднялись всего трое. Полковник с эмблемами бронепехоты, чиновник в мятом черном костюме и с желчным лицом, и молодой мужчина, одетый словно владетельный лорд, но без цепи, что, впрочем, уже давно стало нормой. Таскать на шее два килограмма золота и драгоценных камней уже лет сто назад вышло из моды. Впрочем, не было на руке юноши и родового перстня, но зато было нечто другое. Одежда, вся до последней нитки была сшита из замагиченного материала, который стоил неприлично дорого даже для тех, кто ехал первым классом, а шпага на поясе была явно непарадной, а самой что ни на есть рабочей, несмотря на явную древность и заслуженную историю.

Мужчина чуть прихрамывал, но, когда к нему кинулся на помощь стюард, сделал жест, что обойдется без помощи, и, взойдя на борт, проследил, как вносят его багаж, и лишь после этого предъявил билет в отдельную каюту первого класса.

Алексей дождался, пока уложат его чемоданы, и, дав стюарду серебряный, устало сел в кресло. Дуэль не прошла даром ни для здоровья, ни для кошелька, потому как покойный любитель помахать шпагой тоже собрался уезжать, и в карманах его куртки обнаружились документы на вполне приличный дом и аккредитив на предъявителя.

Сумма был относительно небольшой, всего тридцать тысяч, но Алексей прибрал и ее. Потом было утомительное и весьма недешевое лечение у мага – доктора, который срастил Широкову поврежденные ребра и убрал огромный кровоподтек на ноге. И как финал их отношений с Гельтой – скачки в постели, когда она чуть снова не сломала едва сросшиеся кости.

Но все когда-нибудь заканчивается, и через пять дней он все-таки сел на свой дирижабль, начав новый этап жизни.

До этого времени Алексея несло в бурном потоке событий, не давая времени не то что на детальный анализ, а даже на передышку, но вот теперь, когда он оказался на борту медлительного воздушного транспорта, у него наконец появилось время подумать, оценить все, что случилось, и как-то спланировать дальнейшие шаги.

Нигде на планете под названием Ассарта не было города Хелиар, о торговом доме Росси тоже никто не слышал. Стало быть, и резидентура осталась где-то очень далеко на другой планете.

То, что его будут искать, само собой разумелось, и он был уверен, что Главное разведуправление сделает все, что нужно, и даже немножко сверху, для того чтобы вытащить его. Но вот когда это произойдет – большой вопрос. Так что нужно устраиваться без оглядок на «Большую землю». А это значит, можно и нужно затевать долгоиграющие проекты. Например, можно было безбедно жить на имеющийся капитал, тем более что шестисот восьмидесяти тысяч золотых хватит надолго. Лет на сто даже нескромной жизни.

Золотая монета монетного двора Агелау весила чуть меньше, чем те, что привез Алексей, но несущественно. Примерно десять граммов. Эти десять граммов – золотой тарн, были равны ста серебряным тарнам и тысяче медных монет, которые в обиходе встречались нечасто, так как были монеты в половину и четверть серебряного тарна, которые играли роль разменной мелочи.

Средняя зарплата рабочего на заводе была двести серебряных монет в месяц, а за год, который здесь длился десять месяцев, он получал примерно два золотых, что было очень и очень прилично. Семье с одним кормильцем этого хватало на оплату учебы двух школьников, на еду и на одежду среднего качества.

Инженер высокой квалификации получал уже пять золотых в год и мог оплатить учебу детей в высших школах, а директор крупного завода мог получать и десять золотых в год, и даже пятьдесят. При этом обычный дом в пригороде столицы стоил около пятисот монет золотом, а большой семейный дом с обширным участком – полторы тысячи.

Да, дворцы могли стоить и по десять миллионов, особенно те, что находились возле королевской резиденции, или в курортных местах, но ими владели большие княжеские семейства, имевшие сотни предприятий по всему миру и собиравшие свое состояние веками.

На этом фоне никому не известный молодой человек с большими деньгами на счету выглядел бы очень подозрительно, если бы не сумма. Почти семьсот тысяч золотом – это совершенно несусветные деньги для разведывательной операции, и единственное, в чем его могут подозревать, так это в тайных финансовых играх. И то, если он в таковые игры полезет, чего он не собирался делать. Алексей создал себе легенду, исходя из реалий этого мира, непроверяемую в принципе.

Бурс – небольшое государство в Сером океане, из сотен островов разного калибра, находящийся на краю еще одной магической аномалии, всегда был родиной высокорослых и могучих воинов, ведущих свою родословную напрямую от агела, но не от магов, а от воинов.

Зарабатывали на островах пиратством, контрабандой, добычей зеленого жемчуга и зарядкой магических кристаллов, для чего опытные лоцманы приводили небольшие, но исключительно крепкие кораблики прямо в центр магического смерча, бушующего в Сером океане уже не первое, даже не третье тысячелетие. Там, в сердце урагана все, даже самые большие кристаллы быстро заряжались до предела, чего в обычных условиях не могли сделать даже сильные маги.

И естественно, в таком месте, куда слетались авантюристы всех мастей и калибров, было не продохнуть от агентов разведок всех стран и крупных торговых объединений. А отыскать следы одного человека при таких условиях было совершенно невозможно. Текучка кадров среди шпионов была высочайшей из-за естественной убыли в глубины океана и ухода вместе с ними изрядной доли накопленных секретов, так что главной задачей любого шпиона было не сбор информации, а банальное выживание.

Алексей ничем не рисковал, называя Бурс своей родиной. И даже его фамилия, в местном прочтении означавшая герцог Роков, тоже ничего не значила. Известно же, что у островитян Бурса что ни остров, то герцогство или даже королевство, так что хозяин любой кочки был дворянином и, естественно, объектом шуток дворян других стран. Правда, за такой юмор шутник мог лишиться головы, потому что островитяне были очень воинственны и обучали детей владеть оружием с детства. От Гельты он узнал очень многое о привычках и тонкостях жизни на островах, а также собирался посвятить изучению новой малой родины еще немного времени, чтобы не быть уличенным в непатриотизме сотрудниками местных разведывательных органов. Бардак бардаком, но и край нужно отслеживать.

К большому счастью Алексея, оформление совершенно легальных документов было поставлено в Лаборе на поток, и за пятьсот золотых он получил не только настоящий паспорт гражданина Бурса, но и родовые бумаги на какой-то клочок земли в океане, и самое главное – грамоту о признании его титула Гербовой комиссией Агелау. Так что теперь у него было достаточно опереточный титул, но весьма настоящие деньги, которые придавали ему серьезный вес.

То есть по отдельности они мало что значили. Титул без денег – просто красивая бумажка, которой место лишь в архиве, а деньги без титула – это всего лишь удачливый нувориш, сорвавший банк. Но вот вместе они приобретали совсем другое качество.

Осталась сущая мелочь. Определиться с тем, что же он хочет, что ему нужно, что было бы полезно для его внедрения в общество, и как совместить эти вещи между собой.

Сложность заключалась в том, что все прибывающие в Агелау граждане других стран должны были регистрироваться, и для длительного пребывания у них было несколько вариантов. Беженцы, торговцы, наемные солдаты, шпионы, дипломаты и несколько других.

Суть была в том, что каждый вид регистрации давал свои положительные и отрицательные стороны, например, беженец имел весь спектр доступа к благам Агелау, включая медицину с огромной скидкой, как гражданин страны, но обязан был работать где укажут и жить там, где определят. В награду за то, что беженец был хорошим мальчиком, через двадцать лет он получал гражданство третьего класса и подтверждал гражданство для всей семьи.

Можно было еще зарегистрироваться торговцем, но для подтверждения статуса требовалось снять торговое помещение, предъявлять торговые книги, платить налоги и все такое прочее. Плюсы в том, что можно было жить, где захочешь, делать все что угодно, только не залезая в политику, каковой по умолчанию считались любые контакты с государственными служащими, не оформленные в дальнейшем в виде договоров и сделок. Поэтому для подобных встреч торговцы нанимали шпионов, у которых таковых ограничений не было. Можно было ходить даже на прием к королю, и вообще делать все что захочешь, включая сбор секретов, но в случае объявления военного положения требовалось выкатиться из страны в тридцать часов.

Удивительно, что многие торговцы регистрировались именно как шпионы, ну а настоящим шпионам вообще никакой закон не был писан, и они, разумеется, регистрировались как придется или вообще не делали этого, купив подлинные документы гражданина Агелау. Правда, такое ловкачество грозило смертной казнью, но когда и кого это останавливало?

По здравом размышлении Алексей тоже решил зарегистрироваться как шпион, о чем и заявил на стойке таможенника в воздушном порту, после чего был со всем уважением отведен в кабинет чиновника канцелярии Государственной стражи.

Чиновник – мужчина лет пятидесяти, в хорошо сшитом общевойсковом мундире армии Агелау, но без знаков различия, как раз занимался сверхважным делом, требующим полной концентрации и твердой руки, а именно заправлял порошок тонга в варочный автомат.

Алексей молча и не двигаясь дождался, пока офицер заправлял тонговарку, и лишь когда тот повернулся к посетителю и улыбнулся, показав на стул, улыбнулся в ответ и занял предложенное место.

– Так, и что же я вижу? – С мягкой улыбкой учителя начальных классов офицер-безопасник перебирал лежащие у него на столе документы. – Гражданство Бурса, документы на островок и метрика по рождению выписаны одной рукой и, видимо, в одно и то же время – недавно, а именно… – Он достал из стола прибор, похожий на лупу, но с массой дополнительных приспособлений и, надвинув на главную линзу какую-то штучку, посмотрел на документ. – Не позже двенадцати дней назад. И судя по руке, написано Телгом Дрисо. А десять дней назад Телг Дрисо находился… – Он снова полез в стол и достал небольшую книжечку, и, пролистав, нашел нужную страницу. – В Лаборе находился этот вонючий кугос. И отдали вы ему не меньше трех сотен…

– Пять.

– Пять? – Офицер даже задохнулся от возмущения и громко стукнул кулаком по столу. – Да за пять он должен был оформить как минимум еще и бумагу от Гербовой комиссии!

– Так он и оформил. – Алексей улыбнулся. – И даже от щедрого сердца добавил проверочный лист места рождения от канцелярии двора Буроса.

– Ага. – Мужчина кивнул и задумался ненадолго, а затем встал и, отмотав барабан факсимильного телеграфа, стал просматривать текст на ленте.

– Да. А в Лабор двенадцать дней назад у нас вернулась из рейда харата Большой Гельты с таким огромным хабаром, что это попало в сводки. И привезли они с собой некоего мужчину, выглядящего как юноша, – он в этот момент обернулся и подмигнул Алексею. – Что, конечно, ни о чем не говорит. В итоге ватага заработала два миллиона восемьсот двадцать три тысячи золотом, что уже вообще ни в какие рамки не лезет. При этом, как и положено по старым законам харатов, юноша получил пять долей. Стало быть, не жадный. – Офицер снова задумался, вернулся к чтению донесения. – Убил на дуэли мастера меча Берга Кураса… О! – Контрразведчик удивленно перечитал текст и с усмешкой посмотрел на Алексея. – Отличное начало…

Он снова сел в кресло и задумчиво посмотрел на Алексея, словно перед зоологом находился совершенно невиданный зверь.

– И кого же принесло в мое хозяйство? – Офицер сложил пальцы в замок и, пристроив на них подбородок, сделал лицо внимательно слушающего человека.

– Да просто попал не туда при телепортации. – Алексей пожал плечами. – Вот и кручусь как могу. Заберут меня отсюда или нет, еще вопрос, так что нужно устраиваться со всем возможным комфортом и сразу надолго. А ваша страна мне кажется довольно перспективной. Король – маг, который собственной силой гарантирует спокойствие в государстве, в меру тупой парламент и в меру жадные торгаши. Что еще нужно процветающей стране? Только некоторое количество генералов, которым не все равно. Ну или на худой конец их адъютанты и командиры полков.

– Сформулировано не чеканно, но достойно. – Офицер встал, отошел к шкафу, повесил китель на плечики и достал оттуда совсем другой. Полного генерала, с внушительной коллекцией наград и нашивками за ранения.

– Так гораздо лучше. – Алексей кивнул. – Гармоничнее выглядите.

– Я знаю. – Генерал кивнул и задумчиво посмотрел в окно, за которым шумел главный зал прилета воздушного порта. – Я не могу вас перекупить, я не могу вас запугать, и даже выслать из страны не могу. – Он вздохнул. – Кстати, на чем прокололась Харисса?

Алексей сразу вспомнил жгучую брюнетку, с глазами орехового цвета, на борту «Скользящего облака», назойливо демонстрировавшую желание отдаться.

– Понимаете, женщине, какое бы она положение в общество ни занимала, сколько денег на счету ни имела и сколько самцов через себя ни пропустила, ей всегда не все равно, кто с ней разделит постель. И ей всегда и хочется и колется. Это как поднять лакату с земли. Фрукт выглядит просто на все сто, от него хорошо пахнет, но поднимаешь ты его с земли, а помыть негде. С мужчиной то же самое. Все равно опаска есть, даже если дама хромая на всю голову. А вот Хариссе было все равно. Она словно знала, что ей не повредят никакие последствия. Скандал, беременность, вообще все что угодно. Так человек поднимает лакату с земли, зная, что у него абсолютное пищеварение и совершенный иммунитет. А такое здоровье может обеспечить только контрразведка.

– Расслабилась прошмандовка, – прокомментировал генерал. – Ничего, у нас ее быстро к норме приведут. Но это никак не решает нашей проблемы. Мне сейчас проще замотать вас по инстанциям, чем рисковать, запуская в наш птичник такую лису.

– Да ладно. – Алексей отмахнулся. – Нет у меня никаких планов против Агелау и быть не может. Наоборот, хочу устроиться удобно и надолго, как потерпевший кораблекрушение на обитаемом острове. Снимут меня с острова или не снимут – еще вопрос, а жить надо. Скажу больше. Если у вас, а с некоторых пор и у нас, возникнут проблемы – я, разумеется, помогу вам чем смогу. Мои возможности невелики, но если что – обращайтесь.

В целом разговор с контрразведчиком оказался… странным. Понятно, что тот пытался выяснить, что за птицу принесло в его курятник, но у Алексея не пропадало ощущение недоговоренности. Словно генерал хотел что-то сказать, но так и не решился.

Город, открывшийся Алексею со смотровой площадки, был красив, словно елочная игрушка. Яркие разноцветные крыши, высокие арочные мосты над многочисленными реками и каналами, Башни причудливых форм и разной высоты, лодки, толпы хорошо одетой публики в скверах и парках, и большое количество летающего транспорта в небе. Установленная на мощную опору стереотруба с удобными наглазниками позволяла за гривенник медью любоваться видами, пока не надоест, и Алексей простоял не меньше часа, рассматривая город.

Ашир располагался в дельте Хассаты – самой полноводной реки Рабау. Перед тем как влиться в воды Южного океана, Хассата разбегалась по сотням протоков, образуя тысячи скальных островов разного размера, и на них за несколько тысячелетий вырос город.

Всемирное подтопление подняло уровень воды в столице на пять метров, что сделало первые этажи многих зданий нежилыми. Но к счастью, маги-бытовики разработали комплексную магему, укреплявшую стены и осушавшую внутренние помещения. Постепенно первые этажи стали подвалами, уровень поверхности островов подняли и достроили здания в высоту, так что город преобразился не очень сильно. Во всяком случае, очертания островов сохранились.

Но там, под водой, кроме первых этажей и подвалов, был еще не один уровень подземелий. Столица, которая за несколько тысяч лет существования постепенно проседала вниз, сохранила сотни километров проходов и подземные, а теперь уже и подводные сооружения.

Много раз и искатели сокровищ, и городской криминалитет, и даже солидные исследователи пытались проникнуть на нижние уровни столицы, но результат был один. Одиночки, группы и подготовленные экспедиции уходили и не возвращались. И все потому, что там, в глубине земли, находился комплекс сооружений, построенных в незапамятные времена самими Искусниками, с непонятной целью. А они умели охранять свои секреты.

Вообще вся страна не сильно пострадала в результате таяния ледников, что дало некоторым личностям повод утверждать, что маги были прямо причастны к всемирной катастрофе, так как в основном пострадали именно те государства, что были последовательными противниками магических технологий. Но эти говоруны очень быстро закончились в результате невероятных стечений обстоятельств и несчастных случаев, а новые болтуны не нашлись.

Зато Агелау расцвела как никогда. Став транзитным портом трех из пяти планетарных транспортных коридоров, правящая династия правильно распорядилась возможностями, создав комфортабельные условия и для промышленников, и для торговцев, при этом не давая им воли, ибо как заповедовал Амгор Третий: «Торговцы не только способны вырастить лес на песке, но и превратить лес в пустыню, и чаще у них получается именно второе».

Как столица не самого большого, но достаточно богатого государства, Ашир привлекал людей самого разного склада, от авантюристов всех мастей до рабочих и соискателей места в одном из многочисленных высших учебных заведений.

Столица поражала не только красотой зданий, но и напряженностью грузовых потоков. В воздухе, на земле и на воде было полно транспортных средств, от маленьких спортивных аппаратов до грузовых и туристических машин. И поскольку порт находился на одном из островов, к нему постоянно подъезжали, подлетали и подплывали все виды транспорта.

Алексей, подумав, решил воспользоваться именно летающим транспортом, и не прогадал. За одну серебряную монету пилот воздушного такси, похожего на венецианскую гондолу, только с закрытой кабиной и небольшими трехметровыми боковыми баллонами, приподнятыми вверх, не только покатал его над городом, но и рассказал о достопримечательностях, словно гид. А напоследок высадил на площадке самого лучшего ресторана в столице «Боро Ревас», принадлежащего знаменитой семье рестораторов с пятисотлетней историей.

Заскочив в уже закрывающийся лифт, Алексей спустился на три этажа вниз, прошел через технический этаж, обзаведясь по дороге белой накидкой и колпаком, и в таком виде спустился еще ниже, на первый этаж, накинул плащ, который до этого был в руках, и вышел к стоянке небольших прогулочных катеров.

Королевство Агелау, Ашир,

Крепостной остров,

Государственная стража

– Где вы его потеряли? – Вопреки распространенному мнению начальник Государственной стражи генерал Тагор Триссо предпочитал не орать на подчиненных. Разумеется, делал это время от времени, но скорее отдавая дань традиции, чем действительно чувствуя в этом необходимость.

Вот и сейчас, когда один из его заместителей подполковник Берсом Танай пришел с видом словно у побитого пса, сразу все понял. Собственно, это тоже результат. Именно для этого он выделил свою лучшую команду и вдобавок усилил их десятком топтунов. Но юноша оторвался от них. Оторвался легко, не напрягаясь и словно играя, и это в чужом городе и без малейшей поддержки. А это значило очень многое. И высокий уровень подготовки, и общую готовность этого господина Рокова к разного рода проблемам.

– А… откуда он, шеф? – осторожно поинтересовался подполковник Танай.

– Если бы я знал. – Тагор Триссо покачал головой, задумчиво глядя куда-то в пространство. Собственно, эта история началась с панического донесения одного из полевых агентов, доложившего об интересе Искусников к выкупу собственности на территории Рангольского болота.

Сразу пришлось поднимать полевых исполнителей и агентуру влияния в Лаборе, для прояснения дела, но все, наоборот, запуталось. Да, малой не был Искусником. Их всех знали в лицо и по повадкам. Конечно, и то и другое сменить недолго, но зачем самым могущественным существам на планете – фактически богам, такие ухищрения? Так что версию с резвящимся архимагистром отмели сразу. Зато мгновенно и довольно наглядно подтвердилась версия о иномирности объекта. В записях о нештатных ситуациях портальной сети Агелау было найдено сообщение о пробое нестационарного портала и смещении его в карантинную область, которой вот уже пятьдесят лет было Рангольское болото.

Много пищи для размышлений дал обыск багажа объекта. Предметы делились строго на две категории – антиквариат, найденный в покинутом городе, и новые, но абсолютно иномирные вещи. Что проясняло картину в одном месте, но запутывало в другом. Теоретически могло быть так, что портал через надпространство срабатывает нештатно, и вместо выхода там, где нужно, выбрасывает там, где не нужно. Но в абсолютном большинстве таких выбросов объект погибает только за счет отсутствия синхронизации окон, и его просто размазывает в брызги. Конечно, иномирный биоматериал ценная вещь, но риск получить живого демона в обитаемой части планеты слишком велик.

Как выразился штатный научный консультант Стражи, магистр Са Терво: «В целом все вроде логично, но так не бывает».

– Так просто еще ни разу не было, – произнес генерал вслух и посмотрел на подполковника. – Ты все равно своим выпиши слабительного. Пусть просрутся.

– Это само собой, – офицер кивнул. – Но в поиск его подавать?

– Зачем? – Генерал поднял кустистые брови. – Не сегодня завтра он будет стоять перед регистрационным окошком в районной управе, или не пить мне никогда валорского светлого.

– А какого района? – встрепенулся Танай.

– А вот это ты мне и расскажешь.