Глава 22. Нэсса Валенса, великая и ужасная

Обычно Кэсси была довольна своей жизнью, то есть довольна собой. В том, что текущее положение вещей ей совершенно не нравилось, винить тоже следовало исключительно себя и допущенную ею оплошность. Что б ещё хоть раз она пошла по наводке заклинания, не зная точно, кто его создал! Она сидела в узкой каморке на грубо сколоченной лавке, размышляя, что темница не предназначена для длительного содержания узников. Хорошо это или плохо – вопрос, конечно, отдельный. Передняя стена камеры была забрана решёткой, открывая всем вид на её понурую фигуру, окно отсутствовало, стол и кровать – тоже. Мебели попросту негде было разместиться, разве что под потолком – своды скального грота терялись высоко-высоко над головой.

Ещё один маг в той же форме и со столь же не внушающим доверия лицом, как у незнакомца из кареты, сидел за столом в центре круглой площадки внутри скалы – той площадки, по периметру которой располагалось пять одинаковых клеток и входная дверь. Кэсси поместили в клетке, расположенной прямо напротив выхода из подземного каземата, а соседние конуры были пусты – она успела оглядеться, пока её тащили за решётку.

Скрипнула дверь, и ввалились те двое, что участвовали в похищении: сутулый и лохматый был за кучера, высокий и лысый – за лакея на запятках.

– Командир улетел рапортовать о захвате, – сообщил лохматый. – Надеюсь, её не велят вздёрнуть на дереве.

– Угу, а то как бы дерево нас самих не придушило по еёприказу, – буркнул тюремщик, сидящий за столом.

– Бабушкины сказки, – презрительно хмыкнул лысый. – Если не перепутать тополь с душегубом, никто нас не придушит. Девчонка специалист по кустам да цветочкам, спору нет, яда тебе какого хошь в стакан нацедит, но она не магиня, пустышка. Да и нет такой магии, что позволяла бы растениями командовать!

– Так-то оно так, но ты видел, что у неё при обыске изъяли? Один огнецвет! – Отобранный у Кэсси клубок тускло мерцал на столе в прозрачной закрытой банке. Бедняга томился от жажды, но бесполезно просить негодяев полить несчастное растение. – У неё не было при себе ни амулетов охранных, ни артефактов боевых, ни сигналки, ни вестника магического, зачарованного вылетать по известному адресу в случае нападения, ни одной единицы холодного оружия!

Кэсси слушала длинное перечисление своих упущений и соглашалась, что сотрудница службы имперской безопасности вышла из неё бракованная, после таких проколов с ней разорвут контракт и уволят. Посмертно.

Она привыкла жить в полной безопасности за стенами академии и худшими кошмарами своей жизни считать чванство высокородных лордов и невежество студентов. Интриги, шпионы, преступления – всё казалось ей чем-то далёким, касающимся Кассандры Валенса лишь мельком. Её роль в расследованиях всегда была консультативной, и в голову не приходила мысль, что она может стать ключевой фигурой чьей-то криминально-политической драмы. Да, она повела себя чрезвычайно глупо, тюремщик прав.

Однако вывод тайного карателя оказался неожиданным и совершенно отличным от её:

– Самые сильные маги не разгуливают в ночи беспечно безоружными! Значит, нэсса уверена, что на природе её постоянно окружает множество защитников, ни к чему таскать при себе арсенал. В академии у неё репутация самого сурового и грозного преподавателя, её даже старший курс боевиков боится! В академии про неё говорят так: «Нэсса Валенса – умная женщина. Чаще всего – ужасно умная женщина, а порой просто ужасная: страшная в гневе, изощрённая в наказании». Из дворца доходят сплетни, что прикроватный столик младшего принца сплошь завален учебниками по магической ботанике. Не лекциями по боевой артефакторике, не описанием клинков, а справочниками по травкам, чтоб меня разорвало! Нет, меня милым личиком в заблуждение не введёшь, эта дамочка куда опаснее, чем выглядит, оттого и велели её схватить, а через пару часов придёт приказ о ликвидации. Вот скажи, ты бы вышел за пределы охраняемой территории без кинжала, артефактов и накопителей магии?

– Я, Рэмс, и по охраняемой территории без них бы не ходил.

– Так а я о чём! – Вся троица дружно уставилась на Кэсси.

М-да, странно ощущать себя божьей муравкой, когда на тебя взирают как на дьявольские силки.

Продолжение бурного обсуждения пробудило в Кэсси подобие сочувствия к собственным палачам. Они не ведали, что такое мирная жизнь простого обывателя, которому некого опасаться, кроме вора-карманника на рынке и пройдохи-торгаша. Когда она работала в отцовской лавке в родном городке, то даже слов таких не знала как боевой артефакт, а кинжал впервые увидела в руках Левитта. Сердце дрогнуло, в нём в стотысячный раз проклюнулась надежда, что лорд спохватится о своей протеже и найдёт её до того, как она заболтается на верёвке. Впрочем, вряд ли казнь отложат по её просьбе дождаться зеленоглазого. Надо претворять в жизнь собственные планы спасения! Раз её тут держат за царицу растений, как недавно высказался невыносимый брюнет, то грех не воспользоваться полезной репутацией. Ну и поторговаться не помешает, как изначально собиралась, надо лишь определиться, что и кому она может предложить. А что-то предложить можно каждому клиенту, богатый опыт торговли давно уверил её в этом.

В ожидании возвращения командира троица магов битый час азартно играла в карты, позабыв о пленнице. К сожалению, пили они только воду, зато их болтовня снабжала её ценной информацией. Приставленный наблюдать за камерами Рэмс витиевато ругался при каждом проигрыше, и напарники подтрунивали, что раз он впадает в ярость от утраты мелкой суммы денег, то с его финансами всё плохо. Тот в ответ жаловался на банковскую ссуду, съедающую львиную долю его доходов, и выражал надежды на премию за нейтрализацию опасной преступницы. Кэсси частенько доводилось так же уповать на премиальные и в её планах тоже маячил банковский займ, но сочувствия к собрату по материальным проблемам она не испытывала. Согласитесь, трудно сочувствовать тому, кто намерен поправить финансы твоей безвременной кончиной.

Лохматый к выигрышам и проигрышам относился равнодушно, его заботы относились к области романтики: вокруг приглянувшейся ему девушки увивался ретивый соперник. Соперник был высок (в отличие от него), улыбчив, разговорчив и пригож лицом (в отличие от него), и работал огранщиком камней у ювелира –привлекательная для девушек профессия (в отличие от его!). Кэсси молча согласилась, что при выборе между ювелиром и палачом-карателем она бы тоже отдала предпочтение первому. Кто бы что ни говорил, а профессия человека накладывает отпечаток на все его отношения, в том числе семейные.

– Уж я к ней и так и этак, а ей смех один! – стукнул кулаком по столу лохматый и перевернул стакан с водой. На полу образовалась лужица, на которую троица не обратила внимания, а Кэсси сильнее ощутила сухость во рту – в скальном гроте стояла духота.

С двумя карателями всё было предельно ясно – как и подавляющее большинство разумных существ, они терзались двумя вопросами: где взять деньги и как наладить личную жизнь. Спустя час она чётко поняла, что самый опасный из тройки её похитителей – лысый. Он ни на что не жаловался, ничего о себе не рассказывал, в основном молчал, а на все изредка обращаемые к нему вопросы отшучивался или отделывался фразами: «да у меня как у всех», «скучно живу, и поведать нечего». На практиках наибольшую тревогу у Кэсси всегда вызывали молчаливые студенты – невозможно было предугадать, какую глупость они совершат в следующий момент.

– Пойду перекурю, да гляну, не летит ли командир. На меня пока не сдавайте, – произнёс лысый, скинув карты и поднимаясь из-за стола.

– Иди-иди, а то всё везение себе забрал, – пробурчал Рэмс, завистливо косясь на горку медяков лысого. Тот демонстративно ссыпал выигрыш в карман и ушёл, насвистывая. – Живут же некоторые без всяких забот!

«С двумя магами, не блистающими умом и сообразительностью, договориться проще, чем с тремя!» – решилась Кэсси и сказала с нарочитой насмешкой, как только за лысым захлопнулась дверь:

– Отвадить кавалера от девушки проще простого: когда постоянно тошнит рядом с кем-то, начинаешь его избегать.

Картёжники замерли и развернулись к ней с таким изумлением, словно заговорили каменные стены грота. Видимо, узницам полагалось либо рыдать, заламывая руки, либо неметь от сильного испуга. Маги нахмурились, и если смотритель подземных казематов равнодушно отвернулся, не удостоив Кэсси ответом, то лохматый недоуменно спросил:

– Отчего тошнит?

– Растений, стимулирующих рвотный рефлекс, огромное количество. Организовать настройку их свойств на отдельного конкретного человека хороший специалист сумеет. И повторю: если девушку будет мутить при каждом приближении к ней парня, она начнёт его избегать уже на уровне подсознания. Метод не требует магии, а следовательно – магией не определяется, то есть идеально подходит для магинь.

– Заткнись, – велел Рэмс и посоветовал явно заинтересовавшемуся товарищу: – Не слушай её.

– Да не слушаю я. Нэсса, кто сумеет создать такой настой?

– Я сумею.

– Кто ещё?

– Не знаю, но другие вряд ли возьмутся, даже если могут – законность использования такого снадобья, как вы понимаете, чересчур сомнительна. Никому не охота перед службой имперской безопасности ответ держать, это лишь вы позволяете себе красть и убивать сотрудников СИБа.

– Нам твой СИБ не указ! Мы не подчиняемся имперским безопасникам! Мы выше твоих укрывателей! – рявкнули ей.

– Угу, потому и действуете втайне от них. Да-да, вы – альтернативное правосудие, я в курсе. Тысяча золотых – неплохая премия за мой побег? Скажете, меня спасли лишайники – они тут имеются местами. Жаль, в недостаточном количестве...

Кэсси резко оборвала себя, закрыв рот ладонью, и отвернулась к стене. Послышался шелест карт, рассыпавшихся веером по столу. Задвигались стулья.

– Чёртова девка, что она бормочет про лишайники? – зашептал Рэмс лохматому. – Смотри-ка, зеленоватая плесень на стене – лишайник? Надо было всю растительность гадскую со стен счистить, прежде чем эту сюда тащить!

– Чепуха все сказки про её способности.

– Ага, сам-то чего вскочил тогда и от стен попятился? Из школьного курса ботаники никак не вспомнишь, какой яд выделяет эта склизкая дрянь?

– У нас есть знаток, сейчас спросим, – прорычал лохматый, угрожающе окутываясь радужными заклинаниями и подступая к решётке.

Кэсси поднялась, развернулась и твёрдо встретила свирепый взгляд.

– Тысяча золотых в виде браслета, подаренного мне лордом Левиттом, и тошнотворная настойка, отпугивающая девушку от всех прочих кавалеров. К слову, куча золотых, прилагающихся к жениху, заметно повышает уровень его привлекательности для невесты. Готова дать магическую клятву неразглашения обстоятельств моего похищения, буду всех уверять, что ездила покататься по ночной столице. Лишайники выделяют фракции, обладающие снотворным действием, – информация для версии вашему начальству. Если не верите в мою способность командовать растениями – готова продемонстрировать её на примере огнецвета. Вы же не боитесь мирного перекати-поля, расходующего магию исключительно на свет, который даже не обожжёт?

Иронию маги не оценили и злобно насупились. Однако обещанное представление, выходящее за предписанные законами магии нормы, оказалось хорошей приманкой. Школьную ботанику эти двое давно позабыли, в академиях не обучались, так что устроить для них «волшебство» будет не слишком сложно. Она горячо надеялась на это!

– Вытряхните огнецвет на стол из банки, и я велю ему закатиться... – Кэсси оглядела подземную тюрьму, пожала плечами и якобы наугад ткнула в один из углов: – ...туда. Потом прикажу ему перестать светиться, а затем заставлю выкатиться обратно в центр, к столу.

Маги помолчали, несколько раз переглянулись, лохматый проворчал, что такое сотворить невозможно. Тюремщик Рэмс почесал в затылке, буркнул, что они ничего не потеряют, если проверят слова дамочки, и снял крышку с огнецвета.

Напуганный узник банки мигом скатился со стола и запрятался в самый тёмный угол подземелья – тот самый, освещённость которого и Кэсси сочла минимальной. Разумеется, полуразумный цветок тут же перестал светиться, чтобы не сдать врагам своё убежище, – нормальная реакция существа со здоровыми инстинктами, оказавшегося в непривычной обстановке. В знакомом с рождения доме огнецветы светились всегда, поскольку не ожидали подвоха от заботливых хозяев, а от подозрительных гостей прятались в давно присмотренных убежищах.

Однако огнецветы разводятся людьми и для людей, магам ни к чему цветы и керосиновые лампы, чтобы освещать себе путь во тьме. Поэтому студентам Кэсси, чтобы разбираться в повадках полуразумной и вовсе неразумной флоры, часто приходилось конспектировать сведения, прекрасно известные большинству людей обыкновенных. Например, что сок березы добывается с помощью разреза на стволе, а не выжимается из листьев, а в дикой природе огнецвет не так-то просто отыскать: шум шагов встревожит его и заставит погаснуть и спрятаться до того, как ищущий сможет увидеть живой огонёк. Кстати, широко распространённые в средней полосе огнецветы уходили влёт в лавке нэсса Годри как раз по причине трудностей охоты на них в диких лесах.

Тюремщики Кэсси не интересовались тонкими нюансами поведения огнецветов в нестандартных ситуациях, оттого прекращение свечения клубка вызвало у них потрясённый вздох: ни в домах людей, ни в лавках магических растений они никогда не видели НЕ светящихся огнецветов! Сосредоточившись, Кэсси усилила чувство собственной жажды, транслируя его своему питомцу. Чуть успокоившись в углу, тот украдкой, не полыхая ни одним язычком пламени, покатился к небольшой луже у стола – то есть, куда и было обещано Кэсси.

Нецензурная лексика полилась с языков карателей. Лохматый вихрем подхватил банку и накрыл ею огнецвет, как ядовитого тарантула.

– Полторы тысячи золотых – ещё пятьсот я успела накопить за годы работы в службе имперской безопасности. Плюс отворотный настой и любые клятвы, что посчитаете нужным на меня наложить. Кстати, вы же осознаёте, что меня будут искать и точно выйдут на ваш след? Мои способности слишком уникальны и очень нужны конторе – теперь-то вы не сомневаетесь в этом? Мести лорда Левитта не боитесь? Мар не из тех, кто прощает уничтожение ценных кадров.

Легко и «случайно» слетевшее с её уст уменьшительное имя высокого лорда произвело соответствующий эффект, убедив похитителей, что ходящие по столице слухи абсолютно верны.

– Она любовница заместителя главы конторы, а Левитт впрямь мстительный тип. Полторы тысячи? Не лжёшь? – В узких глазках Рэмса загорелся алчный огонёк, он подступил к решётке и опутал фигурку пленницы магическими нитями. – Марал Левитт действительно подарил тебе драгоценный браслет?

– Да.

– Не врёт. И стоит он тысячу золотых монет?

– Возможно, в два раза больше.

– Чёрт, опять не врёт! – У измученного банковской ссудой карателя выступили на лбу бисеринки пота от напряжённых размышлений.

– Не дури, нас наши же в холодную землю закопают, если мы девчонку отпустим! Нэсса, уйди в дальний угол и молчи там в тряпочку! Тряпочку выдам и в рот забью!

Лохматый утащил напарника в тот угол, где минуту назад прятался огнецвет, и окружил их заглушающим звук заклинанием. Кэсси видела, как ругаются маги, бурно доказывая что-то друг другу, но утратила возможность корректировать ход их беседы и направлять в нужное ей русло, а время утекало безвозвратно! Стоит вернуться лысому или командиру шайки – и её песенка спета.

Ссора закончилась внезапно: Рэмс с руганью выскочил за дверь, а лохматый с упрямым выражением лица уселся на стул, поднял с пола банку с огнецветом и крепко закрутил её крышкой. Затем почесал в затылке, ухмыльнулся, подошёл к камере Кэсси и навертел заклинания на решётку, подпитав их парой артефактов – те он закрепил на полу и присыпал для маскировки пыльной каменной крошкой. Предотвратил побег пленницы на случай её сговора с тюремщиком.

– Финансовые трудности скорее вынуждают идти на сделку, чем невзгоды романтического толка, – всегда знала это, – философски заметила Кэсси, вроде бы ни к кому не обращаясь, чтобы не напоминать усевшемуся за стол лохматому про обещанный кляп.

– Сделки не будет.

– Да-ааа? Тогда ты напрасно его отпустил... Или ты взял клятву, что он не побежит к гвардейцам и не пустит в подземелье усыпляющий газ?

– Заткнись!!!

«Клятву не взял», – удовлетворённо подытожила Кэсси. Она привалилась к стене и из-под опущенных ресниц наблюдала за магом, нервно забарабанившим пальцами по столу. Тот недолго усидел на месте: с тихим проклятьем метнулся к выходу, распахнул дверь – и Кэсси оглушило магическим взрывом: из-за растянутого за дверью защитного полога шумовая волна пошла внутрь грота.

– Кто не рискует, тот не богатеет, – прошипел Рэмс, возникая перед решёткой в радужных бликах отголосков взрыва. – Валим, пока гадёныш не очнулся и остальные не объявились! Клятву повторяй за мной...

Озвучить придуманный текст клятвы он не успел: его свалила с ног молния, когда он без раздумий сбил замок с укреплённой лохматым решётки. Кэсси посмотрела на сотрясаемого судорогами одного мага, на валяющегося без сознания другого – и опрометью бросилась вон из камеры.

Бежать, пока впрямь к месту действия не подтянулись новые персонажи! Какое счастье, что она не любитель платьев и туфель на каблуках – в брюках и ботинках у неё больше шансов домчаться до леса и доказать, что умеет выживать в нём не хуже своих студентов!

Через порог подземных казематов перелетела фигура лысого мага. Складывалось впечатление, ректор всё-таки велел кафедре проклятий помочь ему избавиться от нэссы Валенса! Всем составом работали коллеги, не иначе! Так-с, эти молодчики упоминали, что всегда имеют при себе холодное оружие – где оно у них приторочено?

Присев на корточки перед поверженным тюремщиком, Кэсси потянулась к ножнам на его портупее.

– Нэсса, бога ради, остановитесь! – завопил лысый. – Вам ничего не грозит, командира этой шайки мы уже перехватили и обезвредили! Всё, специальная операция завершена! Господи, да где ж оно?! – Лысый судорожно выворачивал карманы. – Вот, вам письмо от замглавы!

– Ты должен был отдать его намного раньше!!! – внезапно загрохотало под высокими-высокими сводами грота.

– Так не было подходящего момента!

– Зато теперь есть два полутрупа, по которым год отписываться будем!

Ошарашенная и полностью дезориентированная Кэсси наблюдала за тем, как с потолка спускаются два гвардейских звена. Судя по нашивкам на рукавах – маги из особого подразделения! Особисты не выезжали на места преступлений, не патрулировали улицы и не гонялись за шпионами. Чем конкретно занимались бойцы элитного подразделения, ведало лишь высокое начальство: работа особого подразделения была окутана почти такой же завесой загадочности, как отделение тайных карателей. Становилось ясно, почему: похоже, это были конкурирующие структуры. Какое счастье, что служба имперской безопасности не оставляет без надзора шайку самопровозглашённых палачей!

Но погодите, гвардейцы с самого начала под непроглядную мглу тут маскировались?! Лысый «каратель» досадливо крякнул, обходя поверженных «напарников», и сунул ей в руки отысканный мятый листок.

– Виноват, что сразу его не отдал. Теперь вижу – сильно прокололся!

В записке было начертано хорошо знакомым Кэсси почерком:

« Умоляю, НИЧЕГО не предпринимай, хитроумная моя, если тебя всё-таки похитят, а то мне страшно за карателей. Не волнуйся, всё под контролем. Ребята вытащат тебя из клетки тихо и незаметно, словно ты растворилась в воздухе. Главное, сама себя спасать не начинай, а то с содроганием представляю твои методы – тонны жалоб от аристократов добавляют красочности этим представлениям. Кэсси, сейчас ужасно несвоевременный момент для накаливания отношений с командующими полулегальной структуры карателей. Хотелось бы ликвидировать эти банды официально и без лишнего шума. Кроме того, мне гораздо спокойней, когда я точно знаю твоё местоположение. Особенно, если место – охраняемое ».

Кэсси огляделась в разгромленном узилище. «Тихо и незаметно, словно растворилась в воздухе... без лишнего шума...»

Чёрт побери!!!

Она вовсе не хотела ничего накалять. Она просто испугалась за свою жизнь – она женщина, ей можно! Ну, разбомбили немного пристанище карателей – так они сами тут ссорились, она вовсе за решёткой сидела, у неё свидетели есть! Оказывается... Если каратели тоже напишут жалобу в контору – полка с её личным делом гарантированно обрушится на голову секретаря.

– Страшный вы человек, нэсса, – проворчал командир сдвоенного отряда. – Замглавы не шутил, упомянув, что в крайнем случае он не слишком рассердится, если не все похитители останутся в живых.

– Никогда не думал, что так опасно не знать ботанику: тебя как младенца вокруг пальца обведут, и д осмерти голову заморочат – в самом прямом смысле «д осмерти», – сказал один из гвардейцев, вручая Кэсси банку с её огнецветом. – Скажите, нэсса, вы действительно можете без всякой магии, с помощью одних растений, сделать так, чтобы человека всегда тошнило в обществе определённого лица?

– Нет, это совершенно невозможно, – хрипло ответила Кэсси, с трудом приходя в себя. Она сунула за пазуху огнецвет и вернула на покосившийся стол треснувшую банку. – Когда я говорила это, меня не проверяли на правдивость.

– Вы были чертовски убедительны, – дружно заверили гвардейцы.

– Нам велено немедленно доставить нэссу Кассандру во дворец, – объявил лысый, игравший роль связи с внешним миром для сидевших в засаде товарищей, охранявших бедовую похищенную даму. – Лорд Левитт уже там, королевская стража временно отстранена от службы, дворец под нашим полным контролем, так что безопасно доставить туда нэссу.

– Зачем держать под контролем дворец? – растерялась Кэсси. Ведь не только же ради её пущей безопасности?!

– На короля совершено покушение, требуется помощь специалиста по магическим растениям. Лорд Левитт сам вам объяснит, что к чему, у нас нет всей полноты информации. Мы знаем одно: наша задача – не дать королям развязать братоубийственную войну между странами империи.

– Правильная задача, к решению такой грех не присоединиться. Я готова к отлёту, господа! Вы не присмотрите за моим огнецветом, пока я топчу королевские ковры? Спасибо, заберу, когда освобожусь.

« Если освобожусь, конечно. Спасать королей – занятие куда более опасное, чем вытаскивать соловьёв королевы из дьявольских силков!»