4
Стоны вновь кажутся не моими,
будто бы я провалилась в безвестность.
Я никогда по тебе не остыну,
Двадцать восьмого декабря засыпаю под утро. Я не хочу этой встречи, но бренное тело отключается, когда серое молоко рассвета просачивается сквозь тюль.
Мой любимый призрак улыбается, а в глазах горят жадные огоньки.
– Ты задержалась, – говорит лукаво, с порывистым шепотом, а я не могу уловить его тембр и запомнить голос. Он каждый раз другой: неведомый, незнакомый. Стою посреди комнаты и жадно хватаю воздух. Мне рядом с ним всегда всего мало. Воздуха, тепла, света, страсти…
– Отпусти меня. Не мучай, – говорю, а сама тянусь к его щеке. Хочу рассмотреть знакомые черты, родинки, морщинки, хоть что-то, за что можно зацепиться в реальной жизни. А вижу только глаза. Золотые, невозможно глубокие, с черными расширенными зрачками и отражением моего испуганного лица. Сон размывает образ Призрака и уничтожает меня. Еще два дня, и любимый снова растает на целый год.
– Ты сама меня держишь, – отсекает разговоры и оказывается ближе. Я слышу слабый запах чайного дерева. Невесомый, как и его облик.
– Скажи, кто ты? – тысячу раз заданный вопрос остается без ответа. Теплая рука приподнимает ночную сорочку и скользит по груди, сжимает, не спрашивая разрешения. Торможу его, перехватив пальцы. – Имя скажи! Где тебя найти? Умоляю…
– Нет, это не поможет, – он усмехается и наклоняет голову. Волосы щекочут ключицу, но я не могу рассмотреть их цвет. Призрак касается губами соска и водит языком по кругу ареолы. Нежно кусает, а затем резко отталкивает меня на кровать.
– Прошу… – шепчу неистово. – Четвертый год я, как в бреду. Или явись мне, или уходи, – говорю едва слышно и выгибаюсь, чтобы усилить его прикосновения, чтобы запомнить их. Призрак прижимает меня сильней к постели и не позволяет мне раскрепоститься, владеет мной, будто не он в моем сне, а я в его.
– Всему свое время, – говорит и второй рукой немного раздвигает мои бедра. Водит пальцами по коже и шумно дышит. – Скажи, ты будешь меня ждать? –ласкает и смотрит. Будто прожигает насквозь. Мучает. Испепеляет.
– Не-е-ет, – шепчу. – Я не хочу тебя больше ждать. Ты извел меня, я начну строить новую жизнь.
В пламени его радужек загорается ревность.
– С другом, который предал?
– Не твое дело! Ты – призрак, тебя вообще в моей жизни нет, – пытаюсь оттолкнуться, но он сильнее напирает и проникает пальцами глубже, заставляя вскрикнуть.
– Будешь ждать, я сказал. Я не отпускаю тебя. И никогда не отпущу.
– Бессовестный, – еле выговариваю, язык заплетается, а надломленный вожделением голос не хочет слушаться. Ловлю мерцание елочных гирлянд за крепкими плечами моего мучителя. Я никогда не отмечаю, в моем доме тихо и пусто в предновогоднюю ночь, потому что этот праздник наполнен болью и тоской разлуки. Шиплю, когда темп его движений во мне ускоряется: – Ненавижу-у-у.
– Любишь… – тянет он и наклоняется к губам. Толкается языком настойчиво, рождая трещины на моих защитных ограждениях. Шарит по телу горячими ладонями, распаляет так, что я не могу дышать и беспомощно тяну его на себя. Призрак всегда приходит без одежды: но и цвет кожи не различим в иллюзии сна. Я представляю его себе смуглым, как крепкий кофе. Хочу до безумия: то ли прогнать, то ли сделать своим навсегда.
– Можно я с тобой останусь? Во сне. Не хочу возвращаться во мрак реальности.
– Уверена, что ты спишь, когда со мной? Или, что бодрствуешь, когда просыпаешься? – отодвигает руку, разрешая мне секунду передохнуть, и забрасывает мои ноги себе на бедра.
Приятное тепло наполняет меня. Жесткие губы накрывают рот, не разрешая говорить. Да и я и не смогла бы: стон рвется наружу, цепляется за его язык, переплетается с шумным дыханием. Его или моим. Неважно.
– Ты отравил меня, – жалобно шепчу, когда он отрывается, чтобы перевернуть. Дерзкий, сильный и мой. Хватаюсь за спинку кровати и принимаю его жар. Плачу от распирающей приятной боли, что стянула низ живота и поясницу, и наклоняюсь ниже, на локти. Сильные ладони оглаживают мои бедра и тянут рывком на себя.
– Только посмей… перечить мне, – толкаясь, рычит Призрак. – Только моя, поняла? Узнаю, – хрипит, – что спуталась с кем-то, убью обоих.
Хочу сказать «еще как посмею», но оргазм настигает быстрее, чем я ожидала. Падаю и не могу удержаться. Хватаюсь за спинку кровати, а она пролетает сквозь пальцы…
Звон впивается в уши, и я понимаю, что проснулась. Это хорошо. Я знаю, что буду делать дальше.