56

Впечатлилась я настолько, что вальяжная нега вмиг выветрилась. Да и Кас тоже замер. Нет, его руки остались на своих местах, но он временно прекратил меня провоцировать. Однако явно навострил уши и от изумления даже непривычно широко распахнул глаза.

– Не знаю, – отозвалась неизвестная собеседница. – Но поблажки по учёбе они явно получают. Одной, говорят, по контрольной оценку исправили. Другая вообще экзамен не сдавала.

– Может и нам попробовать в любовницы пойти? Экзамен по зельям сдавать вообще не хочется.

– Да ну. Там же полкурса от зависти лопнут. С теми девочками через губу разговаривают, рядом с ними не сидят, в групповые проекты не берут. Говорят, даже о переносе занятий не предупреждают. Как бы подлянки делать не начали. Я уж лучше тройку, но сама.

Они ещё о чём-то поболтали, проверили свои курсовые проекты и ушли. Стоило двери в оранжерею хлопнуть, Кас обрёл дар речи и обеспокоенно, с нотками злости, спросил:

– Тебя что, в какой-то список внесли?

– Меня – нет, – лаконично ответила я, и между нами повисла неловкая пауза.

Я буквально по глазам прочитала следующий вопрос, но дождалась, когда ректор всё же поинтересуется:

– А кого тогда?

– Помнишь ту девочку, у которой ты спрашивал значение цветов?

– Какую? – поморщился он.

– Ты её ещё артефакт какой-то подарил, – напомнила я, и тут до него дошло:

– Ах, эту! Да, помню у меня какой-то экземпляр для тебя получился с небольшим дефектом, и я его отдал. Но она же там не одна? Раз они говорили про список?

– Нет, там ещё девочка, которая приносила за меня данные по проекту в первый раз. Девочка, у которой я перекупила платье на бал. Ещё одна по словесному описанию походила на мою маскировку на катке. Кто-то ещё же был…

Ректору, правда, уже было не важно, кто там ещё. Он демонстративно закатил глаза и от всей души сообщил:

– Какой же бред!

– Я с тобой полностью согласна, но меня они не слышат, – вздохнула я. – Мне неудобно перед девочками, но я на самом деле не готова брать огонь на себя. Да и не получится, вероятно.

– Ничего, – отозвался Кас с какой-то скрытой угрозой. – Если всё так, как ты говоришь, проблему можно решить и другим путём.

Каким – я угадать не могла. Но уже в понедельник на его лекции начала что-то подозревать. Должного внимания Китти, которая пряталась за колонной, я не уделила. Просто вошла в аудиторию и села на своё привычное место. Рядом чуть позже устроились Фанни и Гарриет, которые тоже ничего не заметили.

А вот ректор барышню-шпионку явно углядел. Я увидела, как он специально чуть пропустил её вперёд и закрыл за собой дверь. Только я никак не ожидала, что это их появление вместе вызовет столь сильную бурю эмоций.

– Боже, так вот почему она не ночевала сегодня в комнате! – вдруг выдохнула Фанни, прижав руку к груди. Вроде как за сердце картинно схватилась.

– Почему? – оторопело спросила я, даже позабыв, что от ректора за это можно и отхватить.

– Они ночевали вместе, – прошептала соседка заговорщицки. – Это же очевидно! Её не было в комнате всю ночь, а сейчас они зашли одновременно!

Я только глаза закатила, но дальше слушать не стала. Желание Китти исполнилось! А вот Элизабет я могла только посочувствовать.