24

Лучше всего настроение поднимает еда. Ничто не делает нас такими счастливыми как заброшенные в рот вкусняшки. Калории просто так генерируют эндорфины. Лучше любого секса! И не лгите себе! Оргазм длится максимум минуту, а шоколадку можно растянуть на минут пять. Поедание торта может вообще занять весь вечер. Чтобы не думать о Владыкине и Жаковой по пути домой я зашла во Вкус Вилл и купил себе супер жирную лазанью, мимозу из сёмги и пачку кокосовых вафель. Я собиралась забраться в кровать, включить сериал Кухня и крошить вафли прямо в постели. Это ли не истинный кайф? – Да, ма-ма. – Включаю звук в наушниках, порхая по кухне и разогревая еду. Только наставлений родительницы мне не хватало. – Что-то случилось или ты просто так звонишь? – Соскучилась по тебе дико, мартышка моя. – Хлюпает носом родительница, проявляя просто искусное балансирование в расистском юморе. Ладно, фамилия Белых, она сама с такой родилась. Но имя Снежана? И вот это детское прозвище – мартышка. – Расскажи мне, как ты там. Как твой сексуальный босс поживает, не обижает тебя? – Дом – работа, ничего интересно. Пока не успела подружиться ни с кем, кроме кассира на кассе круглосуточного магазина возле дома. – Наливаю в стакан рома, который купила ещё в аэропорту по вкусной цене. Про кассира не шучу. Парень, не умеющий улыбаться, стал привыкать, что ночью меня пробивает на сладости. – Босс – отлично, у нас с ним гармония и безупречное понимание друг друга. Непроизвольно сжимаю стакан сильнее положенного. С удовольствием плеснула бы его содержимое в холеную рожу. Сейчас Владыкин трахает Жакову у себя в кабинете, он и забыл скорее всего, что собирался со мной провести вечер. Да. Теперь между нами будет кристальное понимание. Я скручу себя в трдельник, но больше не позволю расшатать моё равновесие. – Нравится новая работа? – В диком восторге. – Мама всегда плохо различала сарказм. Не чувствовала его напрочь. – Теперь жалею, что не поступила в школу секретуток. На одном призвании далеко не уйдёшь на этом поприще. – Снежик, ну чего ты всё язвишь. – Мама тяжело вздыхает. Если бы она пошла в киноиндустрию, то могла бы сейчас быть гениальной, невероятно популярной артисткой. – Вот у тебя нет парня из-за твоего характера, постоянно бурчишь, чем-то недовольна, всё тебе не нравится. Какой мужчина выдержит такое? Тебе нужно быть помягче, посдержаннее… Моя романтичная мама считает, что счастье в семье, детях и сильном мужчине. Я её точку зрения никогда не разделяла, но и не осуждала. Каждому своё. – Думаешь, парень решит все мои проблемы? – Облизываю пальцы, на которых осталось немного лазаньи, пока я перекладывала шедевр итальянской кулинарии на тарелку. – Парень разукрасит твои серые будни. Вот скажи, ты прислушалась ко мне? Стала приветливее с начальником, улыбаешься ему, хлопаешь глазками как я тебя учила? – Мама, я сама приветливость. Вывернулась, так сказать, наизнанку. – Вспоминаю как позорно ползала по столу, пока доставала телефонную трубку. – Лишь бы понравиться Боссу – бесчувственному куску… Мою тираду прерывает звонок в дверь. Непроизвольно поднимаю вопросительно брови, я никого не знаю в Снежногорске и никого не жду в такой час. – Прости, перезвоню, мам, ко мне пришли. – Прежде, чем мама продолжит наставлять меня на путь истинный, отбиваюсь. У меня нет сейчас настроения слушать какой милой я должна быть с Владыкиным. Заглядываю в глазок и теряю дар речи. Под дверью стоит собственной персоной – Шеф. Руки в боки. Откуда у него мой адрес – понятно, квартиру оплачивает офис, но зачем он здесь? Рывком открываю дверь, не задумываясь о своём внешнем виде. А я ведь не ждала никого домой в гости. Больше напоминаю чучело, чем сексуальную девушку с кубинскими корнями. На мне растянутая футболка Рамштайн с пятнами от кетчупа и самодельные шорты (старые джинсы, которые я неаккуратно обрезала ножницами). Не самая завлекающая униформа. – Вы в курсе, Герасим Акакиевич, что харасмент нынче и на Руси запрещён? Скрещиваю воинственно руки на груди, лучшая защита – нападение. Я решаю встретить начальника во все оружии. – Не Акакич и уже ладно. – Хмыкает довольно Босс и нагло отодвигает меня в сторону, проходя в квартиру. Видимо у Владыкина нет понимания, что, предоставив работнику проживание в служебной квартире, он не имеет право приходить туда, когда ему заблагорассудится. – Почему ты не дождалась меня? – А должна была? – Владыкин с интересом осматривает квартиру, как будто впервые тут. Хотя, я думаю, такой помешанный на контроле человек как он, лично согласовывал жильё. Отдать ему должное, квартира очень хорошая и с новым ремонтном, достаточно просторная. Я даже не думала, что компании арендует нечто подобное в центре недалеко от офиса. Владыкин не скупился на своих сотрудников, поэтому его так любили и преданно относились к делу. – Ты ужинаешь? – Спрашивает он, видимо почуяв мою лазанью. – Порция строго на одного. – Делиться едой я не собираюсь. – Дома поедите. – Тут недалеко очень вкусная реберная Басты. Сейчас попрошу водителя привезти нам ужин. – Решает за меня Босс, забывая, что мы не в офисе и он не имеет право тут решать за меня. Владыкин достаёт телефон из кармана и печатает на нём что-то быстро. Я так ошарашена его наглостью, что не нахожу в себе силы возмутиться. Лишь когда он прячет телефон, отхожу ото сна и начинаю пыхтеть от негодования. – С чего Вы решили, что я хочу ужинать с Вами? – Снежана, я не люблю все эти игры. Человек я прямолинейный, и в других люблю это качество. – Он снимает пиджак и вешает его на вешалку в коридоре. Видимо Владыкин из тех людей, кому не нужно желать чувствовать себя как дома. – Ты мне нравишься. Сижу в офисе и мучаюсь от эрекции, потому что дико хочу тебя трахнуть.