33

– А я должна быть у Вас в кабинете двадцать четыре часа на семь? – Проявляю любопытство, старательно делая вид перед Маргаритой, что между мной и Владыкиным всё по-прежнему. – И что Вы вообще тут делаете? Напоминаю себе обезьяну со спичками, ей-богу, спалю сейчас весь офис. У Босса из ушей пар начинает валить. – Привет, Герасим. – Здоровается Маргарита, поправляя пиджак на плечах. – Ты ко мне по какому вопросу? Глядя на выражение лица Владыкина, я начинаю нервно елозить попкой по стулу, вспоминая вчерашнего Босса, таранящего мою дырочку прямо в коридоре на комоде. Соски от ярких картин в голове становятся острее, практически разрезая ткань хлопковой майки. Владыкин опускает глаза, и могу поклясться, у него начинает капать слюна на пол при виде моих возбужденных девочек. – Кхм. Я-я-я… – Босс почесывает рукой свою густую шевелюру. Так и вижу, как крутятся шестерёнки в его голове пытаясь найти ответ на вопрос подруги детства. – Хотел забрать график перевахтовки. – Вот она. – Кладу на стол лист А3 с графиком, пытаясь сдержать рвущееся ехидство. Поднимаюсь медленно на ноги с видом победительницы и расправляю складки на юбке. – Оставлю Вас тогда, чтобы Вы могли обсудить документ. Прощаюсь с Маргаритой и с важным видом дефилирую к выходу. Маленькая девочка внутри меня пищит, что Босс пришёл сюда из-за меня, но головой я понимаю, что если бы Владыкин был хоть как-то серьёзен по отношению ко мне, то обязательно бы приехал вчера ко мне домой. С учётом того, что между нами случился секс, самый крышесносный в моей жизни, мне теперь остаётся лишь держать лицо и не показывать Боссу, что это для меня это что-то значит. Пусть не думает, что моя вагина теперь всегда для него доступна. – Белых, а я разве отпускал тебя? – Выдает недовольно Владыкин, стоит мне коснуться дверной ручки. Я поравнялась с Боссом и теперь была всего в метре от него. – А разве держали? – Парирую в ответ. – И зачем Вам тут я? – Ты там, где я скажу. И я решаю – нужна мне ты или нет. – Напыщенный мудак. – Герасим Акакиевич. – Принимаю стойку солдата. – Слушаюсь и повинуюсь, но, чтобы удовлетворить ваши запросы, я должна понимать, чего Вы хотите. – Если бы ты не бегала бы от меня по офису с самого утра, то узнала бы ЧЕГО я хочу. – Вот как? – Вот как. – Простите, я Вам не мешаю? Может, мне уйти? – Вздрагиваю и мысленно чертыхаюсь. Идея сбежать от Босса не была такой уж хорошей, теперь поле битвы расширилось до пределов кабинета Маргариты. Но в оправдание себе могу сказать, что я не могла предположить, что Владыкин отправится на мои поиски. – Нет, спасибо за график. Если будут замечания напишу тебе прицельно в почте. – Владыкин забирает со стола лист. – А мы пойдём, открытых вопросов много. – Ага. Я так и поняла. – Протянула Начальница кадров с такой милой улыбкой, что у меня по спине пот полился рекой. Конечно, как женщина она всё прочувствовала. Надеюсь, Маргарите не сплетница. – В коридорах только не обсуждайте ваши открытые вопросы. Герасим «Не подноси лицо близко к сварочному аппарату – можешь ослепнуть.» – предупреждала меня в детстве учительница на уроках труда. Только вот она не говорила, что, если посмотреть на крошечные женские горошинки – можно выжечь себе роговицу глаз без сварочного прибора. Белых решила наказать меня после вчерашнего и нарядилась на работу как работница элитного эскорта. А красная юбка? Её жопу же теперь даже из космоса видно! – И что это было? – Мне приходится прикладывать массу усилий, чтобы не сорваться на крик. До чего я докатился? Бегаю по офису как дурачок за помощницей! Делать мне больше нечего? – Исполнений рабочих обязанностей. – Принимает позу монашки. От того как невинно она оттопыривает губы у меня член поджаривается в штанах. Сплошное издевательство. Я только вчера во вкус вошёл! – Я пошла забрать дорожную карту, потому что Вы распорядились принести её Вам на рассмотрение сегодня в приоритетном порядке. – Допустим. Садись, нам нужно поговорить. – Можно я возьму блокнот и ручку? – Зачем? – Чтобы записать все поручения. – Хлопает ресницами как ни в чём не бывало. – Запомнишь без блокнота. – Рявкаю и сжимаю ладони в кулаки. – Я хотел объясниться за вчерашнее. Получилось не красиво. – Делаю паузу, ненавижу объясняться, всего коробит, но понимаю, что должен. – Я… – Герасим Акакиевич, мы сейчас на работе. А по нашей договоренности на работе у нас только работа. Предлагаю не тратить рабочее время на обсуждение вчерашнего единичного эпизода. Единичного? Она сейчас сказала единичного? Бездушная стерва. Подсадила на крючок и теперь вертит возле носа всеми своими прелестями. – Хорошо. Отложим разговор до обеда. – Я обедаю сегодня с девчонками из отдела кадров. – Пообедаешь с ними в другой раз. – У Вас делая встреча? Почему я должна перенести обед? – Снежана, блядь. – Моё терпение лопается, я в шаге от того, чтобы задрать юбку и отшлёпать девчонку. – Ты по-хорошему совсем не понимаешь, на тебя только орать нужно? Почему, когда я пытаюсь нормально поговорить с тобой, ты ведёшь себя как подросток на ковре у директора. – Герасим Акакиевич, на работе мы работаем. А Вы сейчас пытаетесь давить на меня из-за того, что мы переспали. Ломаете мой рабочий график и гоняете по кабинетам. Это вообще называют харасментом. – Вот как. Харасмент значит. Ну окей, иди работай, примерная работница, а я вечером проверю как ты справляешься со своими обязанностями.