Глава 21

— Ты точно хочешь поспать в ловушке? — Сменил я тему, пока дух снова не возбудился.

— Спрашиваешь. Запускай её, немедленно.

— Подожди немного. Если я запущу эту ловушку, то долго ты не проспишь. Начнут делать ремонт и обязательно её повредят.

— С чего это здесь ремонт кто-то затеет? — Начал злиться Иванов. — Не позволю!

— Я покупаю Аю-Даг. Не буду же я жить в этих развалинах? Нужен ремонт.

— Ловкий. — Одобрительно пробурчал дух успокаиваясь. — Если ты хозяин, то запрети рабочим стену трогать.

— Запрет не спасает от случайностей и головотяпства. К тому же располагать магическую печать на самом видном месте не самое разумное решение. — У Иванова начало улучшаться настроение и грех было этим не воспользоваться. — Дед, ты знаешь, что это за руны?

— Нет. Они мне незнакомы. А ты их откуда знаешь? Я думал ты чернокнижник, но такую колыбель для души создавать не в их стиле.

— В том-то и дело, что я не знаю, откуда я их знаю. Стоп! Про эти ты не знаешь, а про другие?

— Но, но! Ты рано рот разеваешь на наследие рода Ивановых! Отомсти Романовым! Докажи, что достоин! Тогда и поговорим про руны. — Дух опять начал распаляться.

— Успокойся. Предлагаю руны по новой нанести на стену, где-нибудь в укромном месте. Есть здесь подходящая комната или закуток, в котором руны не будут бросаться в глаза?

— Точно не знаешь? — В голосе духа слышался неподдельный интерес.

— Откуда? Я по этому поместью ещё не шарился. Других проблем хватает.

— Я про руны спрашиваю. — Добавил Иванов. Но мне от такого уточнения понятней не стало. — Размер не имеет значения. Важны пропорции и правильность написания.

Сообразил я быстро.

— Если я напишу эти руны совсем мелко, на работе печати это не отразится?

— Правильно. Только не забывай, что для длительной работы печати, нужен внешний источник энергии. Проще говоря — накопитель. С его подбором есть свои тонкости, но тебе подойдёт любой более-менее ёмкий. — Иванов на секунду задумался, а я, наконец понял, чего не хватало в печати — накопителей! — Есть у меня одна вещица подходящая. Чернокнижники до неё не добрались. Чтоб их в Аду черти жарили.

— Где она? — Я помнил, что усадьбу несколько раз сносили полностью, поэтому вряд ли вещица находится близко.

— Двигайся за мной.

Иванов увеличил свою плотность, что сделало его более заметным в обычном зрении, и двинулся в сторону ворот. Я убрал руку с кристаллом от печати. Всё время разговора я был готов активировать её, если понадобится упаковать духа назад.

Шли мы долго. Злобный дед пёр напрямую через кусты, а не по тропкам в обход. Видимо, хотел хоть чем-то мне досадить. Интересно, станет ли он добрее после более длительного заключения в ловушке?

На то, как я вслед за ним спокойно прохожу сквозь кусты, Иванов только одобрительно что-то проворчал, но вопросов или комментариев от него не последовало.

Наш путь закончился возле отвесной скалы. Никаких признаков входа в пещеру видно не было. Дух, не останавливаясь, нырнул в камень. Пришлось последовать за ним.

Буквально через два шага я выпал из стены. Пола под ногами не оказалось. Пролетев метра три, я плавно спружинил об полпещеры, находясь уже в обычном состоянии. Организм опять сработал сам, на уровне рефлексов. Интересно, а если высота будет тридцать метров?

— Силён! — Одобрительно прозвучал гулкий голос Иванова, отвлекая меня от раздумий.

— Мы сюда зачем пришли? Мои умения проверять? — Я ничего интересного в этой пещере не увидел. Только заметил ход, возможно, ведущий наверх. Он был более доступный для обычных людей.

— Довольно интересные умения. Даже для представителя рода Ивановых. Согласись? — и не дав мне раскрыть рта, сразу продолжил. — Раз ты можешь проходить сквозь камень, обойдёмся без взлома гробницы.

— А хозяин этой гробницы не обидится?

Что-то многовато духов я повстречал в этом мире. При этом они умудрялись активно вмешиваться в жизнь людей. Зачастую самым пагубным для этих людей образом.

— Не было у этой гробницы никогда хозяина. Захоронили только тело. Пустую оболочку. И было это очень давно. Тысячелетия назад. — Пояснил Иванов и нырнул в стену пещеры.

Я последовал за ним. За преградой оказалась классическая усыпальница Короля. Прям так. С большой буквы.

Массивный каменный трон стоял в центре небольшого, и явно рукотворного помещения. На нём не было скелета. Он давно рассыпался в прах, как и его одеяние. Истлевшие куски ржавого железа остались на месте оружия. Не тронуло время лишь многочисленные золотые украшения. Они проступали из кучи праха и валялись на полу, рядом с троном. На вершине кучи лежала массивная корона, насыщенного фиолетового цвета.

В стенах были выдолблены многочисленные ниши. Одни из них пустовали, в других стояли небольшие ларцы, закрытые крышками.

Я подошёл ближе и щёлкнул по ближайшему ларцу пальцем. Тот оказался каменным. Заглядывать внутрь не стал. Посмотрел на Иванова, неотрывно наблюдающего за мной.

— Что мы здесь делаем? — Спросил у него. — Могилы будем разграблять?

— За давностью лет, забирая отсюда вещи, ты никого не побеспокоишь. Нет здесь никого. Все давно уже ушли.

— Пусть так. Но мне не нравится сама идея забирать вещи из мест погребения.

— Мёртвым эти вещи не нужны. А нам пригодятся.

— И это мне говорит дух давно умершего человека? Причём сам этот дух никаким наследством своего рода делиться не хочет. По-моему, здесь явная ошибка в логике.

— Нет тут никакой ошибки. Я-то здесь, а дух этого существа давно ушёл в мир иной. — Иванов говорил небрежно, но чувствовалась какая-то неискренность в его словах. — Пошарь в прахе, там лежит медальон, который тебе нужен.

Решил последовать его совету. Только осторожно. Бережно поднял корону и повесил её на спинку трона. На нём как раз нашёлся подходящий выступ. Судя по весу, она была золотая, но такого цвета я у золота не припомню.

Начал ворошить прах. То и дело попадались золотые украшения, видимо, раньше они были нашиты на одежду покойного. Нашёлся и золотой медальон со вставленным в него крупным камнем.

— Бери. Это сапфир. Он пойдёт на роль накопителя. А руны нанесёшь по кругу. — Распорядился дух.

Вот только брать этот медальон у меня не было никакого желания. Отодвинул его в сторону. Среди останков заметил другую необычную вещицу. Фигурка медведя, вставшего на дыбы, привлекла моё внимание. На вид вроде бы из золота, но заметен зеленоватый слой окиси, как на меди или бронзе. Взяв фигурку в руки, убедился, что она не золотая. Удельный вес не тот. И полой она не была. Мне подобную проверку несложно сделать.

Сам медведь изготовлен мастерски. Почти как живой, только маленький. Возможно, это был тотемный зверь похороненного здесь короля. Не знаю. В отличие от медальона, эта зверюшка во мне протеста не вызывала.

— Берём медведя. — Решил я, засовывая фигурку в карман.

— Сдалась тебе эта бронзовая игрушка? Бери лучше медальон. На него удобней руны наносить и накопитель не нужно встраивать. — Недовольный моим выбором проворчал Иванов. — Можешь и остальное золотишко отсюда забрать.

Золото из древнего захоронения меня интересовало в последнюю очередь. В деньгах я не нуждался, а проблем от этого золота обязательно прибавится. Это не считая различных слухов о том, что расхитители гробниц долго не живут.

Переплавить изделия на металл можно, но выгода получится небольшая. Продать как древние изделия неизвестного племени или царства намного выгодней. Но сразу встаёт вопрос о достоверности и месте, где они были найдены. Сейчас это не моя земля. По документам в данный момент она принадлежит Дадиани. Трудиться на благо чужого дяди меня не тянуло совершенно.

Неожиданно пришла в голову мысль.

— Слушай, а зачем отсюда что-то забирать? Место укромное. Лучше не сыскать. Давай тебе прямо здесь печать вырежем. Никто не побеспокоит. Сто процентов! — Озвучил я свою идею Иванову.

— Правильно мыслишь! — Согласился дух. — Только не на медведе режь. Не нравится он мне. Делай свою ловушку из медальона.

Я посмотрел на золотой кругляш, представил, как вырезаю на нём буквы и создаю ловушку, а потом оставляю его здесь. На сей раз никакого неприятия эта мысль не вызвала.

Работал, положив медальон на подлокотник кресла. В качестве инструмента использовал кристалл горного хрусталя, который носил с собой. Переключился на магическое зрение. В медальоне содержалось минимальное количество линий.

Сначала я лёгкими штрихами наметил контуры будущих рун. Просто царапал золото остриём, не используя переключение в сумеречное состояние.

Старался соблюсти пропорции, и вроде бы мне это удалось. Последовательность рун я прекрасно помнил, словно до этого зубрил их неделю.

Оставив медальон на подлокотнике, я огляделся. Странно, но на глаза не попалось ни одной заготовки под артефакт. Даже мало-мальски подходящих предметов не было. Хотя по идее их должно быть много в таком месте.

Вернулся взглядом к медальону и исправил мелкие неточности. После переключения внимания обнаружить их получилось легко. Так же как и исправить. Чистое золото — металл очень пластичный, поэтому мелкие штрихи заглаживались без следа.

Убедившись, что ошибок больше нет, начал углублять руны. Образовавшийся порошок периодически сдувал. Иванов затих, наблюдая за моей работой. Времени на создание надписи ушло совсем немного.

— Готов? — Поднял я взгляд на духа. Его любопытное лицо оказалось у меня перед носом.

— Подожди. Я проверю. — Иванов исчез, и через минуту снова возник рядом, чуть ли не елозя носом по медальону, он изучал руны. — Всё верно. — Вынес он вердикт. — Активируй.

Я прикоснулся кристаллом к камню в центре медальона и плеснул в него энергию. От души плеснул. Дух напоследок ничего сказать не успел, как оказался опутан нитями.

«Интересно, на сколько хватит энергии в камне? Зайду через недельку, проверю.» — решил я.

* * *

Майор бессовестно дрых в машине. А я думал, он тут переживает, волнуется за меня. Пришлось постучать в окошко. Машина оказалась запертой.

Он открыл один глаз и подозрительно посмотрел на меня. Потом крутанул ручку и чуть приспустил окно.

— Как сходил? — Поинтересовался майор.

— Пешком.

— Что «пешком»?

— Сходил, говорю, пешком. — Ответил я. — Ты чего заперся?

— Ты сам предупредил, что с тобой лучше не связываться, если ты сойдёшь с ума. — Не моргнув единственным открытым глазом, ответил майор.

— Судя по твоему поведению, свихнулся ты. Или спишь половиной мозга, как дельфин. Чего на меня одним глазом смотришь?

— Дельфин? Ты знаешь, как они спят?

— Писец. Я пошёл домой. Гоняй гусей дальше без меня.

Наш разговор точно не походил на общение двух вменяемых людей. Продолжать его дальше было бессмысленно.

— Иван, постой. — Сзади щёлкнула открываемая дверь. — Как всё прошло? Удалось избавиться от призрака?

— Временно. — Честно ответил я. — Пару лет он точно никого беспокоить не будет.

— Ты уверен? Как тебе это удалось?

Майор выбрался из машины и настороженно смотрел на меня. Что ему ответить на столь логичный вопрос я не знал. Думал об этом всю дорогу, но так ничего в голову и не пришло. Любой мой ответ повлечёт за собой множество уточняющих вопросов, отвечать на которые я не хотел. И промолчать не получится. Молчание и уход от темы вызовет лишние подозрения.

— Хочешь клятву дам, что Иванов в ближайшие пару лет ни для кого не опасен? — Предложил я.

— А потом? Что будет через два года? К тому же с твоими клятвами дичь полная происходит. Не хочу я с ними связываться. — Отказался майор.

Я по новой начал прокручивать в голове варианты ответов, но решение пришло неожиданно.

— Ты не устал сегодня за рулём сидеть? — Спросил у майора.

— Что ты задумал?

— Поехали в Симферополь к Луке. Он подтвердит, что я говорю правду. Мне, кстати, тоже в этом убедиться не помешает.

Майор ухмыльнулся и начал забираться обратно в машину.

— Чтобы я очередного одержимого сам к принцессе привёз? Не дождёшься! — Он закрыл двери и снова заблокировал их. — Или рассказывай, что произошло, или…

— Или? — Не удержался я от вопроса. — С какого перепугу ты решил, что я одержимый? Ты и твоё начальство вообще думало, как проверить, что я Иванова изгнал? Или до тебя только сейчас дошло, что поверить мне на слово не самый лучший выход?

— Лучше поздно, чем никогда! — Нашёл себе оправдание майор.

— Зашибись. И какой у нас выход?

— Не знаю. Но в Симферополь я тебя не повезу. — Отрезал майор.

— Слушай, а у тебя связь есть с Симферополем, или с людьми, которые Татьяну охраняют?

— Что ты придумал?

— Отправь им сообщение. Пусть узнают у Луки, правда ли то, о чём я говорю. — Предложил я. — Татьяна пусть спросит. Крестнице он должен ответить.

— Быстро ответ узнать не получится. — Немного подумав, ответил майор.

Меня давно удивляло, что даже у спецподразделений нет быстрой связи. У деда Зосима и то связной артефакт был. Правда, не известно, кем он работал, и на кого.

— У вас хотя бы голубиная почта есть? Или посыльного пошлёшь?

— Посыльный быстрее на такие небольшие расстояния. — Задумчиво произнёс майор. — Короче, жди здесь. Поеду, распоряжусь.

— Да ты охренел, майор. Что мне здесь делать? Ночь скоро.

— Иванова нет. Чего тебе бояться? — Ехидно спросил тот.

— Да лучше бы был. Легче было бы у местных любителей острых ощущений жратву отбирать. У твоих подручных перекус есть? Пусть делятся, пока тебя нет.

— Нет никаких подручных. Вдвоём мы здесь с тобой. — Признался майор. — Ладно. Я распоряжусь насчёт сообщения и вернусь с едой. Будем вместе ответа ждать. Так пойдёт?

— А если я одержимый? Кстати, с чего тебе такая мысль в голову пришла? Ты раньше наоборот был уверен, что не сможет Иванов меня под контроль взять.

— Я и сейчас уверен. Только, пока дремал, сон мне приснился. Яркий такой. Будто захватил тебя Иванов, и добрался до Татьяны, используя твоё тело. Ты уж извини, но такое может случиться. Как говорится: сон в руку.

— Да ё…й дед!… — Я длинно и не сдерживаясь выматерился.

Майор аж заслушался. Вряд ли некоторые обороты он слышал в этом мире.

— Я так понял, из твоей высокоучёной речи, что этот сон мне наслал сам Иванов? — Сделал он правильный вывод.

— Ну а кто больше? Или тебе такие яркие сны часто снятся? — После матюков мне стало легче. Теперь хоть понятно поведение майора. — Езжай давай. Я тебя здесь подожду.

* * *

Три священнослужителя, одетые в лучшие свои парадные одежды, кучкой стояли возле зарослей. Хотя в этом месте раньше была обычная, мощённая камнем дорожка. На отдалении от них замерли три дорогие машины. Ещё дальше полицейские сдерживали народ, рвущийся к источнику со святой водой.

— Что будем делать, святые отцы? — Медленно спросил тучный священник у своих тоже далеко не худых собратьев. — Ладно, нас святой Лука отказывается принять, но так опозориться перед всем городом, я тоже не рассчитывал. Вы представляете, какие завтра слухи среди нашей паствы поползут?

— Боюсь, вы ошибаетесь, ваше Высокопреподобие. — Ответил низенький священник. Был он не так толст, как остальные, но из-за своего роста, впечатление аскета не производил. — Слухи уже пошли.

— Народ уже шумит. — Обратил внимание на разволновавшихся людей третий священник.

Со стороны столпившихся у оцепления желающих исцелиться послышались возмущённые возгласы, которые сразу же стихли, после возгласа кого-то из полицейских. Что именно он выкрикнул было непонятно, но народ расступился. Также споро разошлись в стороны полицейские из оцепления, пропуская на стоянку ещё один автомобиль.

— Кого это нелёгкая принесла полюбоваться на наш позор? — Недовольно проворчал третий священник.

Из остановившегося автомобиля выскочил офицер в форме ГБ. Он подскочил к задней двери, но та уже начала открываться. На брусчатку из машины выпорхнула девушка и, не глядя на офицера, направилась к зарослям кустарника.

— Ваше Императорское Высочество… — обратился к ней высокий священник.

— Потом, отец Михаил. — Прервала его Татьяна, пробегая мимо. — Всё потом!

Следом за ней бежал офицер и водитель, выскочивший из машины. Отец Михаил попытался придержать водителя, чтобы расспросить о спешке, но получил неожиданно болезненный удар по запястью. Рука сразу онемела. Священник, занятый ушибленной конечностью, не заметил, как дочь императора, а за ней и офицер с водителем, спокойно миновали кусты. Только стук каблуков по камням указывал, что ломились они отнюдь не по бурелому.