Глава 14. Роман

Все явно вышло из-под контроля. Моя выдержка таяла, как снег под солнцем, и возвращаться не собиралась. Я даже не мог понять, что заставило меня раскрыться перед Валерией. Я никогда не был любителем поговорить по душам с женщинами. Тем более с малознакомыми. Но что-то в ней заставило меня захотеть успокоить ее, дать хоть каплю уверенности. Марина, моя бывшая, была живым доказательством того, что люди способны на поступки куда хуже. Так что этот бесхребетный физрук не заслуживал ни ее слез, ни нервов. Трудно было обманывать себя. Осознание, что я не должен испытывать к ней ничего подобного, не облегчало мое состояние. Я подошел к Валерии, чтобы убедиться, что она успокоилась после моих, пусть и нелепых, но искренних слов. Хотел попрощаться и уйти. Но не смог. Не сдержавшись, я подтянул ее ближе, почувствовал ее дрожь и, чтобы оправдать себя, придумал, что ее бывший где-то рядом и наблюдает за нами. Хотя, честно говоря, я бы сейчас и астероид, упавший у нее во дворе, не заметил. Я смотрел в ее глаза и не понимал, как она умудряется быть такой… магнетической. Как ей удается притягивать меня, словно гравитацией? Ее кожа была нежной, как лепесток, сладкой, как детское воспоминание о мороженом. Валерия пахла чистотой и цветами. Я начал фантазировать, как она приоткрывает губы, и уже готов был наклониться… – Лера, я от тебя такого не ожидал! Обвиняешь меня, а сама трешься об него, как кошка под валерьянкой! – прокричал ходячий облом, и мне тут же захотелось спуститься с крыльца и свернуть ему шею. – Стас, уходи! – ответила Валерия после недолгой заминки, а покраснев, отстранилась от меня. – Ты сам решил расстаться, так будь уверен в своем выборе до конца. – Расстаться? Мы просто слегка поссорились, а ты уже крутишь хвостом перед новым папашей? Что скажут на работе? – Стас? Как-вас-там? Я бы посоветовал вам прикрыть свою лавочку и побеспокоиться о вашей собственной репутации не только в школе, но и перед другими, не менее важными людьми в вашей жизни. Я едва сдержался, чтобы не выложить все факты, что знал о его долгах и обязательствах. Но это поставило бы меня в неловкое положение перед Валерией. Пришлось бы объяснять, откуда мне это известно и зачем я вообще копался в его делах. Я ожидал, что сейчас начнется драка – физрук бросится отбивать "свою" девушку, начнет кричать что-то вроде "Кем ты себя возомнил?". Но нет. Он быстро сдулся, бросил на нас недовольный взгляд и ушел, бормоча что-то под нос. – Спасибо, – прошептала Валерия, когда его фигура растворилась в темноте. – Не думала, что он придет выяснять отношения. – Всегда пожалуйста. Хотя, честно говоря, я не удивлен. Но думаю, сегодня он больше не вернется. – Роман Степанович… – Давай уже на "ты"? – предложил я. – Нам еще предстоит разыграть бурный роман. Официоз звучит как-то нелепо. – Роман? – удивленно переспросила она. – Ты же не хочешь, чтобы оно, – я кивнул в сторону удаляющегося Стаса, – тыкало в тебя пальцем и рассказывало всем, что я воспользовался тобой ради одной ночи? – Нет, – ответила она, мило моргая. – Подожди, ночи чего? Я продолжил озвучивать, пожалуй, самую глупую идею, которая приходила мне в голову за все мои тридцать пять лет: – Как я сказал: попортим нервишки твоему бывшему. Отобьем у него желание приходить, когда вздумается. Я перед тобой в долгу за сына. Так что такая театральная сценка мне не в тягость. – Ты уверен, что это хорошая идея? – засомневалась она, покусывая губу. Я едва сдержался, чтобы не коснуться ее лица и не провести пальцами по ее губам. – Никогда еще я не был так уверен в своем решении. Спокойной ночи, – закончил я и, наклонившись, поцеловал ее в щеку. Я развернулся и ушел, не оглядываясь. Сел в машину и поехал домой, с одной мыслью, разрывающей сознание: "Что за черт я творю? Старость не радость, и я окончательно выжил из ума? Она же невинная, как ребенок". Неделя пролетела мгновенно. Я наладил отношения с Денисом, и это не могло не радовать. Уже на следующее утро после разговора с Милой я извинился перед сыном, признав свою неправоту. Денис обрадовался, словно я подарил ему новый велосипед. Он стал взрослее, увереннее. А потом снова начал рассказывать о школе. Валерия Андреевна стала для него настоящим кумиром. Я не мог сдержать улыбки, когда слышал: "Учительница сказала то… Валерия Андреевна говорит это…" – Пап, а как ты думаешь, Валерия Андреевна разрешит отметить мой день рождения у нее дома? – спросил он как-то утром. Я удивленно посмотрел на него, не зная, что ответить. Он продолжил: – Помнишь, она говорила, что иногда устраивает праздники во дворе? Я знаю, мы всегда отмечаем дома с бабушкой Женей. Но я хочу пригласить одноклассников и Машу. Она живет недалеко. Ты разрешишь? Его взгляд был настолько жалобным, что я не смог отказать. Проблема была в том, что к этому моменту Валерия могла уже продать дом. И тогда участок пошел бы под снос. – Денис, давай обсудим это позже, – осторожно ответил я. – Но ты можешь спросить ее? Думаешь, она не откажет? В том, что Валерия не откажет, я не сомневался. Но это снова напомнило мне, зачем я вообще начал с ней общаться. – Ладно, пап, хорошего дня, – разочарованно сказал он, выходя из машины и направляясь к Маше, которая ждала его у входа в школу. До самого офиса меня не покидала мысль, терзающая совесть. Какой был правильный выход из этой ситуации, я не знал даже спустя две недели после нашей встречи. Поэтому первым делом я отправился к Кириллу. – Доброе утро, – пробормотал я, замечая, что он говорит по телефону. Кирилл кивнул, быстро закончил разговор и положил трубку. – Дай угадаю, все вышло из-под контроля, и ты ломаешь голову, что делать дальше? – с пониманием в голосе спросил он. Я запустил руку в волосы и начал: – Киря, мы столько лет работаем вместе. Ты знаешь, я никогда не отступал от плана. Идти по головам конкурентов – это одно. Но тут совсем другое. Эта… Милая Валерьянка Андреевна, – я усмехнулся, вспоминая, как она передразнивала мое имя. – Лера не продаст дом, а я не могу на нее давить. Она этого не заслуживает. – Ромыч, я тебе сразу сказал, что не против отступить, – успокоил он. – Я уже поговорил с архитектором. Их дом – самый крайний. Если мы его не получим, максимум, что пострадает – это парковка и наше самолюбие. Я устало выдохнул. Мысли в голове метались, как стая птиц. Что, если это увлечение пройдет? Если Лере надоест притворяться? А я ради какой-то щемящей нежности испорчу отношения с партнером? – Ром, ничего страшного не случится, если мы не выкупим этот участок, – сказал Кирилл, словно читая мои мысли. – Похоже, у тебя тоже ничего не вышло, раз ты сегодня такой понимающий? – усмехнулся я. Кирилл откинулся в кресле и засмеялся. Несколько долгих секунд молчал, а потом добавил: – Василиса сводит меня с ума! Какой там дом? Я о нем уже забыл. Хочешь, признаю поражение в нашем споре и отдам тебе свою машину? – Давай, каждый останется при своей. Глупо было вообще спорить. – Не скажи. Может, ты бы все равно познакомился со своей Валерьянкой, а я бы не начал охоту на Василису. В его голосе звучали мечтательные нотки. Я никогда не видел его таким задумчивым и неразговорчивым. Он явно не спешил делиться подробностями, а это значило, что все серьезно. Мы окончательно договорились исключить участок номер тринадцать из проекта. И это успокоило мою совесть. На выходе я обернулся и пошутил: – Кстати, знаешь, как она меня назвала за глаза? Роман Сатанович! Так что счет 1:1. – Пожалуй, это у них семейное, – засмеялся Киря. – Василиса в глаза назвала меня Адским Мурзиком. – Господи, она еще жива после такого? – подколол я, увернувшись от летящего в меня предмета. – Кстати, передай Валерьянке спасибо. – За что? – удивился я. – Ты хоть стал похож на человека, а не на дровосека, застрявшего в лесу на год. Выйдя из кабинета, я провел рукой по короткой бороде и улыбнулся. Надеялся, что Лере понравится мой новый вид. Теперь оставалось только придумать, как осторожно сообщить ей, что я не просто водитель в этом здании. Я – партнер компании, которая месяцами пыталась выкупить ее дом.