Глава 12

Майя

— Что-о-о?! — сама себя оглушаю от подсчета бесстрашного Сомова.

— У тебя на сборы минута. Можешь так идти или переоденься, но на виду.

И уставился на меня в ожидании зрелища.

Так, ну всё. Я за утюгом.

Напросился нахалюга. Если спросят, скажу, что умолял его двинуть пожестче. Не спалось этому гаду без крепкого пинка.

— Никуда я с тобой не пойду! Сейчас получишь пилюлю для ускорения!

С утюгом надвигаюсь на гостя козлиного.

— Майя, ты только на ногу себе не урони. А то потом таскать тебя придется, — он еще и заботится. Издевается же!

Фррр!

Отставляю утюг. Хватаю швабру. Она длиннее, легче достать до высокого парня.

— Мне уже пора бояться? Хоть предупреди, а то вдруг я нужный момент пропущу, — реагирует со смехом на мою оборону.

Он себя бессмертным считает? Реально?

А если шкаф на него сбросить…

— Да ты... ты знаешь, кто…

Замолкаю на красочных описаниях обнаглевшего вымогателя.

Дверь так и осталась нараспашку.

С разборками не обратила внимания.

На шум заглядывают девочки-соседки. И как раз те, что приходили к нам на подарочный торт. В лицо Сомовых, конечно, все знают. Близнецов сложно не заметить в универе.

— Оу! У тебя гости, Майя?

— А Леся где?

Попадос.

Девочки топчутся на пороге. Пока всё не вынюхают, уже не уйдут. Но и пойдут недалеко, мигом Лесе доложат.

— Ко мне зашел…эээ… Евсей с тем же вопросом, — спасаюсь, как утопающий в луже. — Но я же знаю, что Леся с Гордеем пошла на свидание. А брат его разыскивает. Нет здесь никого, кроме меня, — обращаюсь для вида к гостю.

Девочки принимаются строить глазки Сомову. Хотя бы второго близнеца хотят заполучить. Уходить, ну вообще не спешат. Еще немного и Дятлова сюда принесет для полного счастья.

Смотрю на грозу моей спокойной жизни. Всю просьбу вложила во взгляд, чтобы гад подыграл.

Он подходит ближе ко мне и к уху наклоняется.

— Уже четыре штрафных свидания и я тогда Евсей.

— Не дождешься, — шиплю я.

— Сказать, кто я?

Ё-моё.

Без веревки тянет на шее удавку.

Что делать? Как быть? Ой-й, пропадаю!

— Хорошо, Евсей. Дам тебе, что ты там хотел… — а что он мог, козлина, захотеть, так быстро не придумала для девочек.

— Отлично. Мне для соревнований нужен был поярче, а ходить по магазинам облом. — Подходит к шкафу и вытягивает оттуда мой шарф.

Эй, я не собираюсь со своей вещью расставаться.

Но так получилось, что жадиной становлюсь только я.

Девочки предлагают ему свои шарфы, называют мой блеклым, невзрачным. Гордей, отзываясь на имя брата, соглашается посмотреть. Шутит с ними и веселит. Само обаяние, чтоб его.

— Жду на улице.

Перед выходом коротко требует. И, таким образом, уводит соседок с подозрениями от меня.

Быстрей надеваю джинсы, другую футболку. Сверху накидываю пиджачок.  Фигушки буду наряжаться. Не забываю про сумку. И самое главное — безопасность. Для надежности выбираю половник. Надеюсь, не погнется об гада.

Так и выхожу из общаги с сумкой в одной руке и с половником в другой.

Машины Гордея не видно, а сам он, показывается из-за угла.

— Я думала, что ты с девочками останешься. — Зачем о них вспоминаю, не знаю, но бесят и он, и они.

— Не хватало мне лишиться прогулки с девушкой и ее половником, — замечает мое оружие и поджимает губы, чтоб не рассмеяться.

— Будешь лезть, моя рука не дрогнет.

— Майя, я в тебе не ошибся. С тобой нам любые бандиты не страшны. И в следующий раз возьми для комплекта ложку и вилку.

Нет, ну ты посмотри на него. Что захочу, то и возьму. Уж точно спрашивать не буду разрешения.

Хватает меня за руку и тянет. И вот куда он собрался? Куда Его величество несёт?

— Где твоя машина? — верчу головой.

— А зачем тебе она? — тянет дальше, словно бульдозером прёт.

— Ну как же… Поехать в ресторан.

Останавливается.

На меня с удивлением смотрит, вроде я сама его куда-то пригласила.

— Ты уже подарила свой ресторан и крутое свидание. На лимузине покаталась. Теперь пешочком пройдемся, на что заработала. Тебе понравится, не бойся.

И дальше потянул.

Ничего я не боюсь. Просто зубы от ветра стучат. Надо было кофту надеть потеплее. А еще лучше спать под одеялом. Но не так, как вчера, что мне снился всю ночь Гордей Сомов.

В дороге я пытаюсь говорить. Выяснить, чего пристал ко мне буйно помешанный.

И что он на это? Опять своё.

Будто я понравилась, зацепила мажоришку. Аппетит у него пропал, спится плохо, все мысли обо мне достают. Вдруг я его судьба? И проверить ему надо, видите ли.

А то что мне необходимо от него подальше держаться, никого не волнует?

Как быть с Лесей меня особенно тревожит. Прямо ест меня переживание, что я тяну с признанием. Во вранье уже по уши закопалась.

— Гордей, я всё, конечно, понимаю. Упал с кровати, разум помутился. Валялся на полу, и я тебе почудилась судьбой.

— Да ты еще и догадливая! Ухх, вдвойне с тобой повезло.

С таким восторгом произносит, что я чуть не поверила. Еще обнять хотел, но я успела половник вперед выставить.

Стоп. Мне ведь наоборот надо.

— А если ты поймешь, что я не судьба? Тогда хоть отстанешь? — Не даю ему долго радоваться везению. Обойдётся.

— Ну-у… тогда, конечно. Сама же меня отпускать не захочешь.

— Сомов, я еще заплачу, чтобы тебя не видеть, — злюсь и говорю ему в отместку.

Самоуверенный нахал с большой короной.

Кого хочу, того беру. А кто не надо, тех, кидаю.

Точно! Я знаю способ, как мне откопаться от вранья.

— Что? Уже боишься меня потерять? — как сквозь мысли услышал, но совсем не то.

— Трясусь и прыгаю от страха, Сомов.

Поддакиваю и себе думаю дальше план.

У меня есть шанс ни в чем не признаваться Лесе. Для этого нужно избавиться от Гордея. Не будет его — не будет проблем. Жизнь вернется, как раньше: с Лесиным нытьем и жалобами. А я буду умней и к нахалам не лезть.

Значит, Гордей должен понять, что со мной дело плохо. Худшей девушки не найти. Вместо тянуть на свидания, пусть шарахается, словно от чумы.

Хмм… придется постараться.

— Мы долго еще будем идти? Сколько можно? У меня ноги болят!

Выбираю для начала вариант «капризная девочка».

Буду гада доставать, чтоб отпугнуть скорее.

— Уже почти. До конца улицы осталось дойти, — и не дрогнул от моего нытья. А я же Леську копировала, пробовала завывать голосисто.

— Не, хватит на сегодня. Домой хочу! Мне спать пора!

— Уже выпрашиваешь поехать ко мне? Ну ты и быстрая, Майя.

Да он на всю голову озабоченный!

Я ему одно, а он мне про свое, гулящее, козлиное.

Спокойно идти не продолжил. И мне не дал.

— Сомов, а ну, прекрати это! Ты что себе позволяешь, зверье одичалое?!

Пытаюсь вырываться, половник в ход пускаю. Но все равно напал, схватил и на плечо закинул.

— Устала, значит, донесу. Видишь, как со мной удобно?

— Д-да, оч-чень, — трясусь теперь вниз головой, пока меня удобный гад везет, и бью его половником.

— Отличный массаж, детка. О да, давай, давай, старайся лучше. Кааайф.

Прижимает меня еще крепче и напевает себе под нос бодрую песенку.

Откуда в нем терпение взялось, я не пойму. Гордей, он же бешеный псих, лично проверить успела. Сейчас ему, хоть на голову плюнь, скажет, что классно, только и ждал от меня.

Ну ничего, я выбью терпение из непробиваемого короля. Знаю ведь, какой он бешеный. Сдуется вместе с короной. Уж я постараюсь.

Заносит меня в помещение вниз головой, по столикам понимаю, что в пиццерию.

— Мы на месте! Ура! Я к вам принес большую любительницу вашего заведения.

Ставит меня на пол.

Фух. Наконец-то.

Перед глазами мушки летают, но я их смахиваю половником.

— С чего ты взял, что я любительница?

Замечаю, что на нас все сотрудники пиццерии уставились и рассматривают меня с интересом.

— Ты же сама меня сюда отправляла из своего кафе. Вместе со мной и проверишь. Не самому же мне сюда ходить. С тобой веселее!

А ведь точно, мы оказались четко напротив моего кафе. Эх, лучше бы я сегодня работала. Поменяться пришлось мне вовсе не из-за свидания в ресторане, попросила одна из официанток. И мало мне терпеть Гордея на работе, теперь и у конкурентов должна.

А мы враждуем с этой пиццерией. Они у нас клиентов отбивают.

— Что будешь заказывать? Говори скорей, а то я голодный из-за тебя. — Торопит и не забывает упрекнуть.

То же мне злопамятный нашелся.

— Ничего не хочу, кроме лобстера!

Заявляю нагло и уверенно.

— Вы слышали? Лобстера нам!

Требовательно заказывает мажор.

Кассиры в пиццерии срываются на смех и тычут пальцем в меню на стене. У них из экзотики только пицца с креветками.

— Ну раз лобстера нет, тогда до свидания. — Разворачиваюсь в надежде смотаться отсюда, вернее, сбежать от нахала. В общаге наемся пельмешек и будет мне счастье.

— Куда? Нам уже нашли лобстера. — Вот врун. Я замечаю, как он подмигнул кассиру. — В пиццы сверху на терке посыпьте. И еще принесите ваших фирменных блюд. У меня девушка злится, когда не кормлю. Даже кусается!

Кассиры на него смотрят с сочувствием, а на меня, с недовольством. Я на них тоже вообще не с любовью. Мы в кафешке решили, что к конкурентам ни за что не пойдем. Гордей на первом же свидании умудрился мое правило нарушить. И кто он после этого?!

За столиком Гордей на меня смотрит, испепеляя блуждающим взглядом. Давит глазищами, бесит ресницами. Зачем парню такие густые и длинные? И вообще, запрещено таким красавчикам ходить, смущать приличных девушек.

Скорей бы уже принесли ему пиццы, пока меня не съел вместо начинки.

— Нравлюсь уже? — произносит с таким тоном, будто не вопрос.

— Ага, как тот ржавый гвоздь на стене, — показываю на стену.

— Да ладно? Настолько впился в твое сердце? Понимаю тебя.

Приподнимается над столом и ближе лицо приближает, устремляя взгляд на мои губы. Вдруг перепутал с заказом? А я же... я вообще-то несъедобная, могу горчить и насолить без меры.

А ещё могу кому-то двинуть. Вот и тянуться даже не надо.

Бамс.

— Это я проверяла на прочность твой прекрасный лоб, — сообщаю, зачем его стукнула половником.

Универсальная вещь, скажу я вам.

Отлично помогает от нахалов. Гордей сразу на место вернулся и лоб теперь трёт.

Официант приносит заказ, выставляя тарелки на стол.

Я уже собралась есть, как обычно. Но тут вспоминаю… нельзя же давать расслабляться красавчику. Доставать, так во всем. На что-то да и психанет.

— Нет, я так не привыкла, — оставляю столовые приборы. —  В моем лесу по-простому едят.

Тянусь к пицце и не беру кусок, а погружаю в начинку пальцы. Всю колбаску себе забираю. Перебьется мажор. Полную жменю начинки закидываю в рот. Потом и в салат к нему ныряю половником. Не зря же с собой взяла, да так и пробую прямо из него. А что, так больше влезет.

Сомов, немея, на минуту в шок впадает. И я же вижу — хочет наорать.

— Вкуснотищааа, — тяну с полным ртом.

Хм… чего-то не хватает.

— У тебя кофе вкуснее, — забираю его чашку, и «случайно» часть к нему в тарелку выливаю.

Ой, как я про соус забыла? Нельзя добру пропадать. Зачерпываю ладонью и прижимаю ко рту, размазывая по щекам липкую смесь.

Чувствую себя, полнейшей идиоткой, но зато на пути к избавлению.

Вон, парень почти созрел меня послать. Ноздри раздувает, лоб вытирает от моего сока, скоро откачивать будем.

Пусть знает, что со мной на штрафные свидания лучше не ходить. Опозорю Его величество, и соусом не подавлюсь.

Открывает рот, и я жду... сейчас-сейчас он сдуется. И-и-и...

— Ну ты, Майя, еще больше судьба, чем я мог даже подумать, — вообще не туда его понесло. Подводит глаза к потолку и за сердце хватается. — Детка, это офигенно!

Чё?

Он совсем уже дебил?

Я что, зря вся испачкалась? Сижу тут, липну, по локоть в салате, с маской из соуса на лице. Посетители пиццерии брезгливо отворачиваются или смеются, а этому — понравилось?

За что???

— Понимаешь, я же сдерживался. А с тобой не буду, — делится радостной новостью. — И раз такое дело, тогда тебе придется побороться за колбаску и оливки. Готова?

Выдвигает перед нами вторую пиццу.

Клянусь, сумасшедший из нас только Он.

Отступать некуда.

— Тебе только объедки достанутся. На золотом блюдечке будешь дома есть, — дразню и нападаю первой.

Наваливаюсь над столом и быстро собираю начинку. Гордей нависает сверху и еще проворнее хватает все самое вкусное.

— А ну верни, тот кусочек ко мне хотел в рот!

Я вырываю у него кусок гриба.

— Еще чего!

Хватает меня за руку. Совсем не ожидала, что он сделает дальше…

Наклоняется, и ворует губами грибок прямо из моих пальцев. Ох-х. Чувствую тепло его губ своей кожей, а он и не спешит, задерживаясь на кончиках пальцев. Вот и снова теряюсь, вдыхаю воздух глубже, что у них так душно в пиццерии. В животе волнение поднимается, это бабочек принесло меня добивать.

— Зато тебе перчик не достанется! — выкрикиваю на всю пиццерию и прыгаю на поиски.

— Аха-ха! Только у меня будет перчик.

Как Гордей успел, понять не могу.

У нее ловкость рук феноменальная.

Приходится половником себе помогать, да пару раз отгонять проворного гада.

— Сейчас наше любимое блюдо закажу, подожди, — предупреждает и встает со стула, отправляясь за официантом.

Осматриваю себя. Мама дорогая!

Свинья и то почище будет. Но хоть одежда спаслась. Я специально старалась, удар принимать на лицо и ладони. Волосы тоже в порядке. Зато Сомову я помогла стать испачканным полностью. Хи-хи. Ну в чем-то же я должна была победить на пером свидании.

— Вам сюда любимое блюдо подавать? — уточняет официант у Гордея.

— Да-да, мы очень хотим. Начинайте, пожалуйста, — одобряет заказ и мне подмигивает, мол, как же классно сидим.

Что начинайте, не пойму?

Что???

Тьфу-тьфу-тьфу!

— Вы зачем это? — я отплевываюсь лапшой.

Официант офигел, что ли?

Зачем он нам на головы вылил по тарелке супа?

Я же голову мыла сегодня с новым шампунем!

— Не обращайте внимания, все отлично. Моя девушка всегда так реагирует от счастья.

Мокрый, в супе, и потому еще живой, Гордей благодарит официанта и дает ему сразу за услугу чаевые. За такую сумму он мог на нас и по ведру не пожалеть.

Спасите кто-нибудь от психа, пока я тоже не свихнулась!