Глава 21

Майя

— А мне что-то будет? Я тоже хочу, — требовательно спрашивает веселый близнец.

— Я только Гордею готовила, — от Леси прилетает облом для Евсея, но ему от этого еще веселее становится.

— Понял? Только мне так повезло, — дразнит его Гордей, всё время косясь на меня.

И появляется из сумки Леси чудо из чудес.

Если что, я сразу сказала — затея фигня. Но соседки по этажу посоветовали. В таком случае, проще ракету остановить. Если подруге припекло, то всё, какие там спасатели. Бежать лучше и прятаться. Мы с Дятловым так и хотели, но Сомовы нам уйти не дают.

— Что это за хрень… В смысле, для чего он мне, Леся?

Радоваться красавчик перестает. Но Леська проворная, успевает не только подарить, но еще и прицепить свою приманку надежно.

— Это браслет для проверки на чувства. Специально для парочек. У меня такой тоже есть, — она задирает рукав и показывает. — Ты видишь, что у тебя краснеет? Значит, мы половинки!

— Ага, точно. Цвет изменился. — Евсей опережает брата с ответом, и мы все наблюдаем за странной реакцией.

Сам браслет выглядит, как тонкая нитка металла. Но в нем есть специальный реактив, который меняет цвет. Леся нам объясняет, что становится он красным у того, кто влюблен, и возле своей пары. Если нет никаких чувств, то чернеет или цвет не меняется.

— Ушастый, на тебе проверю.

Гордей выбирает сначала Ромку, и водит туда-сюда рукой с браслетом возле его лица.

Цвет не меняется.

Следующей мне такая честь достается. Я бы отказалась, но никто не спрашивал. Гордей мне даже ко лбу железяку прислонил. По виду, браслет стал чернее.

— Раз всем, то и мне, — Евсей просто пожимает брату руку, тем самым приблизившись.

Цвет неизменный, все та же железка темно-серого цвета.

— Ну-ка, теперь проверь еще меня, — Леська выгибает спину, грудь вперед, локоны распушила и тянется к Сомову.

Возле нее краснеет. Только возле подруги.

Обалдеть, да и только.

Неужели они половинки? Значит, Гордею она нравится, но меня достает. Сразу козлом захотелось назвать. И поздравить стулом по мажорской морде.

— Теперь ты понял? Понял? — ее губы ползут до ушей.

— Брат, ты понял, что попал? У тебя девушка спрашивает, — переводит для офигевшего братца Евсей.

— Даже я понял, — поддакивает Дятлов.

Можно я промолчу?

Опускаю на стол глаза. Настраиваюсь, порадоваться за подругу. Сейчас-сейчас, минуточку. Выпрыгну на стол и заору «Ура!»

— Меня интересует, как это снимается?! — раздраженно реагирует Гордей, пытаясь сдернуть приманку с руки. — Вы что, поверили? Цвет меняется за счет одинакового сопряжения с парным браслетом на маленьком расстоянии. Я такой ерундой в седьмом классе друзей развлекал. Леся, сними уже, я не ношу браслеты!

Глядите на него, подарками перебирает.

Надо было сразу капусту дарить. А Леська заладила, что у одной из девочек фишка сработала. Подцепила парня, потом прогнать не могла. До сих пор за ней бегает, просит с него браслет снять.

Стоп.

— Леся-я? У тебя есть, чем снять? — осторожненько так спрашиваю, не рискуя смотреть на Сомова. По-моему, нам хана.

— Там такое дело… — Леся ерзает на стуле. Вижу по ней, что дело труба. — Ключики такие мелкие были, совсем крошечные.

— И? — с рычанием от Гордея.

— Найти не смогла.

— Где тот магазин? Я поеду куплю.

Сомов все больше заводится, не хочет ни в какую подарочек.

— Там такое дело…

Капец. Она опять!

Дальше выясняется, что ключ индивидуальный для каждой пары браслетов. Сначала нужно открыть браслет у девушки, там выпадет специальный болтик, с помощью которого откроется второй. В общем, надо заказывать и ждать. И без Леси он не обойдется.

— Зато видеться будем чаще!

Позитива и бесстрашия у Леси не отнять.

— И так сниму, без всяких ключиков, — Гордей тоже не унывает, закрывая тонкий браслет сверху часами.

Братья поторопились на выход из столовки, и мне пришлось еще выслушивать, что с приманкой у Леси не вышло. Но она не отчаивалась, вспоминая другие советы от девочек.

Еще мне ясно становится, что четвертое свидание не миновать. Гордей не из тех, кто ведется на дешевые фокусы. И самым неожиданным для меня, что не вышло расстроиться.

Какая же я все-таки дурочка. Втайне от всех хочу попасть на свое штрафное свидание. Только для того, чтобы проучить нахального парня. Ну еще заглянуть, а что будет. Больше причин нет. Послушных нет. Остальные не поддаются контролю, сколько не гоню, а к Сомову тянутся.

И только я подумала, что братья ушли, значит, отстали. Не тот случай, означало для меня.

На следующей перемене меня вызывают к декану. Бегу, трясусь, вдруг натворила чего. Тесты по экономике сдала, пары не прогуливала. На этом всё. Для награждения тоже причин никаких.

— Пропустите, пропустите, — расталкиваю студентов в коридоре.

Вижу дверь в деканат моего факультета и бегу дальше, как вдруг меня тянет назад. Ну точно, как на адских гонках тогда зацепилась.

— Майя, не торопись. Декан подождет, — повеяло слишком знакомым голосом и ароматом.

— Гордей, не задерживай! Меня срочно вызвали, — вырываю свитер из пальцев вездесущего парня.

Только и знает, хватать в свои лапы. Как он здесь оказался?

Сомов поглядывает на меня с легкой улыбкой, взгляд прищурен, расслаблен. Удивление только у меня. И тут вот доходит…

— Откуда знаешь, что меня декан вызывал?

— Так объявляли же в микрофон. Ты разве не слышала? Касаткиной дать по заднице, чтобы перестала подружек сводить. Я посмотреть пришел.

Видали, нахала?

— Гордей! Это ты?

Повышаю голос и оглядываюсь, в любой момент, кто-то из однокурсников может пройти.

— Ну я, а кто ж еще, — как так и надо признается и тянет меня за собой, — Сама попросила нам шифроваться. Видишь? Стараюсь.

С его стараниями заикаться скоро начну.

«Ик-ик» — ну вот, уже первая стадия. Еще несколько раз испугает и выносите. Только не меня, а Сомова.

— Другого ничего придумать не мог?

— Мог и придумал: к ректору вызвать, на пожар, на потоп или кинуть на тебя подозрение в ужасно заразном вирусе. Надо будет отмазка, ко мне обращайся.

Фууух.

Спасибо, что к декану в таком случае.

Мысленно выдыхаю и даю Гордею пятьдесят подзатыльников. Маловато. Добавляю еще десять. Так тебе, мастеру выдумывать, чем меня достать.

— К чему такая срочность? Что надо барину от скромной девушки?

Выясняю, когда мы прячемся на этаж выше, за неработающим лифтом.

— Майя, я тебя только позвал, — отметает мою заявку на скромность. А мог бы и разглядеть это во мне! Попытаться хотя бы. — Нам надо было встретиться, в столовке же не в счет.

Добавить ему, что ли, ненасытному?

И как он понимает слово «нам»?

— Зачем? — чем он ближе, тем сильнее неловкость.

Но подозрительно не лезет обниматься и не тянется к моим губам. Стоит напротив, весь из себя красавчик, ему будут многие рады. Только сюда затянул именно меня. И в столовке вряд ли подсел для приманки.

— Если ты думаешь, что я знаю, где ключ от браслета парочек, то нет. Надо заказывать, ты же слышал, — не знаю почему говорю об этом, и почему смотрю на его руку, как будто проверяя реакцию цвета на меня.

— Ерундовину вечером дома сниму, не затем позвал. Там, в столовой, я к тебе подсел.

— Ты уверен? Сначала мне наоборот показалось.

— Ревнуешь? — впивается пронзительным взглядом.

Пффф.

— Совсем дурак? Нет, конечно.

— Ну ладно, — чему-то улыбается, точно дурак. — Просто не хочу, чтобы ты думала, что у меня с Лесей может быть связь.

— Тогда прямо ей скажи, чего мне объясняешь?

— Забыла, что мы друзья? — с укором вскидывает брови, и бережно поправляет мне прядь волос за ушко.

— Д-да, только друзья, — поспешно киваю три раза.

Ох, ну я, наверное, странная подруга. Меня рядом с Гордеем, когда не достает, а спокойно общается, будто током задевает. Воспламеняюсь, как спичка, тушить только некому. Гордей опять превратился в приличного парня, а это хуже, чем, когда нахалюга и бесит.

— После нашего четвертого свидания, я твоей Лесе конкретно скажу, чтоб отстала, — обещает мне.

Почему мне? Но я вижу, что ему это важно.

Только сомневаюсь, что Леся возьмет и отстанет.

* * *

Гордей

После встречи с Майей я направляюсь к своему курсу с самой довольной миной. Нервирую близнеца, но это меня радует еще больше.

— Что-то я не заметил у Майи никакой ревности. Зато Сосисочный парень, ух, как ее взволновал. Ты в пролете, Гор. Она его даже к нам ревновала.

— У кого глаза растут из задницы, и не то покажется, — уверенно чувствую себя.

— Говори что хочешь, а причин для радости не видно, — парирует Евсей, считая заранее выигрыш.

— Кому-то и нет. Но я смог проверить недотрогу. Она ко мне неравнодушна, точно говорю тебе.

Майя сидела в столовке напротив меня, и я видел ее эмоции, как в раскрытой книге. Зуб даю, она не балдела, наблюдая за мной. Топила глаза в кофейном стакане, губы поджимала и часто хмурилась. Подругу в обиду давать всё так же не хочет, но и я для нее уже не тот чужой, опасный мажор. Мой план помог к ней приблизиться и привязать.

— Вот сидел бы ты там на моем месте, тогда бы заметил, — добавляю недоверчивому брату.

— Мне и с моего места отлично замечалось, — он тянет лыбу и палец в меня тычет. — Больше всех спалился ты, Гор. Бедолага чуть не сгорел под твоим "нежным" вниманием, совсем не ревнующего парня. Скрежет твоих зубов на всю столовку раздавался.

Да ну его, я про недотрогу, а не о себе.

Просто бесит ушастый и всё. Лезет и нарывается мне под горячую руку.

И если дружбан Майи злил, то Леся во время ланча больше всех меня веселила своими забавными приемчиками. Надо же, выдумала прицепить ерунду, да еще в нее верить.

… Только вот вечером мне становится совсем не до смеха, в отличие от бессердечных братьев. Попросил помочь на свою голову.

— Не получилось секатором, ножовка победит. Пили, давай! — Евсей протягивает Платону инструмент.

— Эй, осторожнее! Здесь еще моя рука вообще-то, — напоминаю очумелым мастерам, до этого, чуть молотком не прибили.

Старший брат находит ручную ножовку, и мы пилим каждый по очереди. Браслету хоть бы что. Рука скорей отвалится, чем издевательство для парочек.

В ход идет еще шлифовальная машина. Успехов никаких. И наши труды застает отец за самым важным занятием. Называет нас горем безруким и хватает ножницы для резки металла.

Я прощаюсь с рукой, могла бы еще послужить. Матюкаюсь на Лесю, гадюку липучую. Братья ржут, а отец, заявляя своё любимое: «Учитесь, балбесы!» — надавливает острыми зубцами на браслет.

Скрежет металла зудит в уши, затем браслет натягивается… дзяк-бряк.

— Твою мать! Ножницы сломались, — теперь у отца, вместо одного, инструмент из двух половинок в руках.

А долбанный браслет висит на моем запястье и подло блестит.

— Ну с этим мы точно справимся! Держите его!

Платон бежит ко мне с огромной бензопилой. Евсей просит дать ему тоже попробовать. И я тут вдруг понимаю, а куда мне спешить?

— Отвалите, придурки! Я лучше в магазине ключ закажу.

Ору на них уже в побеге до своего этажа. Закрываюсь на все замки. Представляю, сколько они меня теперь будут дразнить бензопилой. Но не больше, чем проигранным спором на недотрогу.

* * *

Майя

В пятницу вечером я выскальзываю из общаги, снова под предлогом работы.

Несколько дней находилась на стрёме. Сама не спрашивала, но все ждала, когда же закончатся мои муки. Знать, что штрафное свидание состоится и не представлять себе где — не просто муки, а целое Сомовское издевательство.

В дороге вставляю наушники в уши, только вместо музыки, вспоминаются последние дни. Может быть в них разгадка? Гордей под разными предлогами меня продолжал доставать. А я, как безнадежная дурочка, ждала, ну когда же достанет, если долго не писал или не делал попыток подкрадываться.

И мою вчерашнюю смену в кафе Сомов, конечно же, не пропустил. Гонял без издевательств, но вызывал частенько. Скучно ему было, видите ли, без меня. Еще раз придет, вместо заказа — подносом получит. Надоело уже терпеть разговорчики бармена и напарницы. Для них мы уже парочкой стали, скоро поженят нас. А я и знать не буду, бегая по вызову к наглющему клиенту.

— Я на месте. И куда мне идти? — звоню интригану, а сама дрожу в предвкушении.

После крыши, куда еще больше романтика?

После парка, где еще меня экстримом добить?

Неужто в ресторан отведет и лобстером накормит наконец-то?

Ох, чего я только не думала. Все перебрала. Удивить меня Сомов не сможет. Так ему и скажу: «А я догадалась! Выкуси, тоже мне выдумщик».

— Смотри перед собой. Видишь желтую вывеску?

Присматриваюсь.

— Ну. Вижу кафе.

— Иди туда, занимай столик. Я скоро буду, когда освобожусь.

— Ладно, — получается слегка поникшим голосом.

Значит, решил напоследок не заморачиваться. Такой я вывод делаю. И даже не поторопился приехать ко времени. Хотя сам меня подгонял.

Понятное дело, гулящая его натура занята. С одной задержался, вторую подхватил, третья на проводе. А мне идти самой приказывает, да там дожидаться, пока девочки отпустят ослепительного мачо нарасхват.

Последнее свидание все-таки. Ради договора захожу, куда позвали.

Внутри кафе выглядит намного солиднее, чем то, где я работаю. Больше зал и интерьер современный и яркий. Посетителей прилично уже собралось. Нахожу свободный стол и занимаю.

Мне приносят меню. Немного сомневаюсь, придет ли. И принимаю решение,  заказывать только чай. Вдруг не доберется самый занятый в мире парень? Кафе находится в центральной части города и цены здесь далеко не для студентов.

— Добрый вечер. У вас можно принять заказ?

— А? Что?!

Хватаю со стола папку меню и машу ей перед глазами. Тепловой удар, что ли? Надо было не ехать в автобусе.

— Может вам подсказать что-то? Вы обращайтесь.

Вежливо со мной говорит официант.

Все бы ничего.

Но мой официант — Гордей Сомов.

— Почему ты здесь? Ты же не работаешь в кафе!

Принимаю за очередной розыгрыш. Сейчас посмеется и рядом сядет.

Хотяя… на нем фирменный костюм заведения. Такие здесь у всех официантов, я успела заметить.

— Не работал, так и есть. Но сегодня я делаю исключение и отработаю смену твоим личным официантом.

— Это не шутка?

— Серьезно. По мне разве не видно? — показывает на костюм и поднос с важным видом.

Глядите, как подготовился.

— И я смогу вызывать тебя, сколько захочу?

— Ну да. Всё для тебя, Майя.

Подождите. Сейчас приду в себя.

Это значит, мы поменялись?

Я ему смогу за все мои муки отомстить???

— Точно ты мой официант? - контрольное уточнение, мне сложно поверить в чудо такое.

— Самый настоящий на сегодняшний вечер. И заказываешь, что душе угодно, за мой счёт.

Урааа!!!

Боже! Спасииибо!

Забываю о других посетителях. Прыгаю на стуле и танцую.

Самый лучший день настал.

Ну держись, мажор, попляшешь у меня.