Глава 3

Самое тяжелое в воскресенье - встать по будильнику. Особенно когда твои соседки по комнате спят и не собираются вставать как минимум до обеда.

Я торопливо вырубаю противный писк, который разбудил меня. И сажусь одновременно со стуком в дверь. Кто приперся в выходной в восемь утра?

- Даш…если ты встала, выкини дятла в окно. - слышу стон со стороны Риты. Маша молча прячет голову под подушку.

- Дятлы порядочные птицы. - ворчу, подходя к двери, куда продолжают добиться. - А тут просто придурок хомо сапиенс, у которого бессонница. Млять! - это я дверь открыла и теперь разглядываю рожу незваного гостя. В этот час особенно омерзительную.

- Дашутка?

Этот смертник мало того, что в такую рань приперся, так еще и притащил огромный букет роз. Стоит такой красивый, в модной куртке, с не менее модной стрижкой и улыбается во все свои виниры.

Возможно, я слишком объективно сужу, но Станислав Велицкий моего уважения пока что ничем не заслужил.

- Привет, Стас. - игнорирую букет, который мне едва ли не в нос уже упирается. - Пока, Стас.

А он ботинок ставит между дверью и косяком. Видать, в кино подсмотрел такой трюк. Я в последнее мгновение успеваю притормозить, так что дверь бьет больно, но точно ничего не ломает.

К чести придурка, он не начинает выть на весь этаж. Лишь стискивает зубы и шипит сквозь них ругательство.

- Ногу убери. - советую ему. - Мне на работу пора.

- Ну что ты за стерва, Арсеньева? - смотрит на меня сузившимися глазами. - Я к тебе со всей душой…

- Ты ко мне не с душой, а с другими частями тела. - сообщаю, позволяя ему убрать ногу. - Велицкий, уйди, пожалуйста. У меня девчонки спят. Проснутся - тебя кастрируют.

- Классно выглядишь! - с него как с гуся вода. Я ему ногу прищемила, а он сейчас меня взглядом сожрать пытается. Дверь то открыла в шортах и футболке, у которой одно плечо постоянно сползает вниз.

- Спасибо, Стас. - все же тяну дверь на себя, хотя он пытается придержать ее. - Все, пока!

- Стерва ты, Дашка! - повторяет он беззлобно. - Но красивая. Цветы возьми.

- У меня вазы нет. - сообщаю сурово и, наконец, закрываю дверь.

- Как же задолбали твои кавалеры. - теперь это Маша мне предъявить пытается.

Ну все, Велицкий до следующих выходных не появится. У него просто пунктик какой-то. Обязательно припрется в субботу или в воскресенье, притащит веник, начнет звать на свидание, я его пошлю и он опять отступит до следующих выходных.

Молча беру полотенце и тороплюсь в душевую. Там сейчас пусто. Кто-то отсыпается, а кто-то еще и не ложился. Там влажность смешивается с запахом гелей для душа и дезодорантами, а еще немного отдает хлоркой. Торопливо принимаю душ, чтобы окончательно проснуться. Натягиваю джинсы, футболку и серый свитшот, больше размера на три. Волосы в тугой хвост, на лицо увлажняющий крем. Смотрю в запотевшее зеркало и вижу бледную девушку в мешковатой одежде и с разноцветными глазами. Жалко, конечно, что на линзы аллергия. Но есть темные очки, в конце концов.

Успеваю еще съесть наспех сделанный бутерброд, запить растворимым кофе и понять, что сахар кончился. Была очередь Риты его покупать, но, кажется, кто-то или забыл, или опять прогулял все выданные предками деньги.

Ладно, сама куплю после работы.

Конец марта все же выдался на удивление теплым. То, что было огромными сугробами еще в феврале, теперь выглядят серыми кучками, которые днем медленно, но верно превращаются в месиво. Но пока что еще все замерзшее, так что я бегу на остановку иногда позволяя себе прокатиться на ледяных дорожках.

В автобусе такая зверская печка, что приходится расстегнуть пуховик и снять шапку. И опять мне везет, так как в этот час пассажиров мало. Удается даже устроиться в дальнем углу и посмотреть на сонный город, который сейчас в переходной стадии от зимней белоснежности к весенней нежности. Это довольно таки грязная фаза, особенно если идти вдоль дороги. А именно этим я и занимаюсь, когда выбегаю на последней остановке. Увы, в коттеджный элитный поселок автобус простых смертных не ходит. Так что двадцать минут ножками, ножками. Отличная замену беговой дорожке, между прочим.

Меня обгоняет огромный белый внедорожник, рядом со мной чуть притормаживает. Я успеваю увидеть в окне холеную женскую мордочку, надменный взгляд, а затем автомобиль резко ускоряется. Если бы лужи не были покрыты тонким льдом, то сейчас обтекала бы в прямом смысле слова. А так лишь наслаждаюсь звуком взвизгнувших покрышек.

- Марат, привет. - всех охранников на въезде уже знаю в лицо и по именам. Пропуск для меня у них выписан на год вперед.

- О, Дарья. - он машет рукой. - Давай подкину до места. Макс, подменишь?

- Да тут идти то! Спасибо, не надо!

На самом деле не надо. Во-первых, сегодня не так холодно, во-вторых, я чувствую, что нравлюсь Марату. Но не хочу давать ему ни малейшего повода. Он клевый, симпатичный, вроде как добрый. Зачем ему такая как я?

Трехэтажный коттедж в классическом стиле с самого первого взгляда показался мне оплотом тепла и уюта. Правда говорят, что атмосферу делают люди.

Я не успеваю позвонить в дверь, как она распахивается. И меня оглушают детские крики:

- Дашка пришла! Ура!

- Даш, будем форт строить!

- Нет, сначала корабль! Она мне корабль обещала. Даш, скажи!

- Форт!

- Корабль!

- Форт!

Пятилетние близняшки с русыми волосами и карими глазами, одетые в бледно-голубые пушистые пижамы, скачут вокруг меня с таким видом, точно я - Дед Мороз. И притащила им мешок подарков.

Присаживаюсь и молча обнимаю их. Вот кого я обожаю, так это детей. И…там они были моим единственным спасением от всего.

И сейчас тоже.

- Дашенька! Алиса, Максим, дайте Даше раздеться. Так, где ваши манеры?!

Карина на своих близняшек никогда не повышает голоса. Но они слушаются ее беспрекословно. Миг, и они моментально становятся паиньками. Правда, ровно на две секунды.

- Я вот сейчас не понял! - а вот голос ее мужа такой, что, кажется, стены вздрагивают. Нет, он не злой, просто громкий. Веселый, смешливый и громкий. Его очень много. Лично у меня всегда ощущение после общения с Иваром, что я побывала в урагане и чудом выжила.

- Кто там завтрак не доел?!

Близняшек как ветром сдувает.

- Ты выглядишь бледной, я сказала Павлу, чтобы он приготовил твой любимый завтрак. - тут же сообщает Карина, пока я раздеваюсь и вешаю пуховик в шкаф. - Даша, спасибо огромное за то, что выручаешь нас.

- Ты знаешь, что я обожаю детей.

Это не я их выручаю, а они меня. Четыре года назад Карина спасла меня в прямом смысле слова. И продолжает спасать. Подработка няней по выходным дает дополнительный доход. И позволяет ненадолго окунуться в тот мир, где тепло, уважение и любовь не просто слова.

Уверена, что общение с близняшками окончательно выкинет из моей головы субботний конфуз с Ильей Романовичем.

***

Все же обидно, что когда занимаешься любимым делом, то время точно летит со скоростью стрелы. А вот, например, на лекции по методике преподавания иностранных языков секунды, наоборот, растягиваются как резина для рогатки. Бр-р-р.

В общем, как я ни стараюсь растянуть удовольствие, но все равно наступает вечер, а с ним возвращаются и родители Алиски и Макса. К тому времени мы с мелкими успели поужинать, построить в комнате отдыха на втором этаже крепость, для которой собрали по всему дому подушки. После чего близняшки изображали пиратов, а я с двумя кошками оборонялись. Хотя вру, животные сразу показали, что у них лапки и просто сели умываться.

- Я их измотала. - шепотом говорю Карине, когда она заглядывает в детскую. Мелкие ждали родителей, ждали, но за день потратили столько энергии, что просто вырубились. И теперь сопят каждый в своей кровати: у Алиски она в виде гоночной машины, а у Макса похожа на палатку, только больших размеров. Эти двое отказываются спать в разных комнатах, так что в итоге стену между ними снесли и сделали одну огромную детскую.

- У тебя талант. - сообщает Карина. - Даша, спасибо большое!

Мы с ней выходим из спальни, и в коридоре сразу натыкаемся на Ивара. Я тихо выдыхаю от облегчения при виде одетого мужчины. Просто однажды попала в неловкую ситуацию. Диана попросила переночевать у них, чтобы помочь ей с близняшками, которые болели ветрянкой. Ивар, как назло, уехал по делам в Москву, так что Карине реально требовалась помощь. И никто из нас не подумал, что господин Холод решит вернуться на сутки раньше. И уж точно я не ожидала встретить в коридоре в три часа ночи огромного мужчину, одетого в одно лишь крохотное полотенце. На тот момент мои занятия с психологом только начались, так что такое зрелище заставило окаменеть, а затем - заорать. Господин Холод тогда охренел не меньше, зачем-то прикрылся кошкой и ускакал обратно в ванную комнату.

- Дашка! Я тебе такси вызвал, сейчас будет. - сообщают мне. - И почему ты сегодня им не воспользовалась, когда сюда ехала? Сказал же, что эти траты компенсирую!

- Забыла! - развожу руками. - Как-то завертелась с утра, вспомнила уже когда села в автобус. Да вообще не проблема! Тем более не холодно, прогуляться самое то!

- Ага, прогуляться вдоль дороги, под освежающим дождичком от проезжающих мимо машин. Давай, Дарья, заканчивай дурить. В субботу чтоб приехала на такси, а то…

- Ничего ты не сделаешь. - вмешивается Карина. - Хотя нет…можешь пригрозить вылечить зуб без анестезии! Идем, Даша, провожу тебя до такси.

Каждый раз в глубине души не хочу покидать этот Дом с большой буквы.

“Тоже будет такой. - говорю себе в сотый раз, пока натягиваю пуховик. - Да, мужчины рядом со мной не предвидится, но сейчас он и не обязателен”.

Темнеет уже не так рано, но все равно уже спустились сумерки. Воздух пахнет сыростью и весной. Я с жадностью вдыхаю его, едва ли не пью.

Кто-то не любит это время года за лужи, перепады погоды и прочее. А я наоборот - обожаю. В такое время, когда все просыпается, в душе начинает зреть слабая надежда, что смогу когда-нибудь победить свои страхи. Что однажды я смогу представить семью, в которой есть не только я и дети, но и мужчина.

Пока стоим с ней у ворот и наслаждаемся весенними сумерками, заодно и болтаем обо всем, благо общих тем хватает. Тут и там сверкают огни соседних домов, где-то протяжно орет кот. Потом рявкнули на него: “Барсело де Нюхонт, хватит орать! Ты благородный мейн-кун, а не драный Васька”!

- Васька ему задницу надрал сразу же. - ворчу я, глядя на возникшие вдалеке огоньки автомобиля. - Дворовые коты самые отмороженные во всех смыслах!

- И лучше. - кивает Карина. - Мне, правда, породистый достался, но по характеру тот еще дворовый отбитый котяра.

Как она про мужа то по доброму!

Автомобиль приближался. Серебристый ауди…ну да, мы ж его ждем. Я в машинах разбираюсь на уровне: “эта вот красненькая, а эта страшненькая”. До десяти лет я автомобилями не интересовалась, а после и вовсе их практически не видела.

Карина же рядом со мной хмурится и снова смотрит на приложение. А после мы с ней обе замираем, когда автомобиль останавливается возле нас. Нет, теперь я вижу, что он слишком роскошный для такси.

Стекло медленно опускается, а я так же медленно делаю шаг назад. Не от страха, а скорее от неожиданности. И от нее же у меня сама собой вырывается фраза:

- Илья Романович, по жизни вы препод, а таксуете для души?!

Нет, ну серьезно! Каков шанс встретить его среди миллиона с лишним жителей города? Я в статистику не очень, но уверена, что будет он очень небольшим.

- Арсеньева, ну ты лучше можешь в ехидство! Оно у тебя отсырело что ли?

- Даша, ты его знаешь? - в голосе Карины любопытство с легким опасением.

Мы с ней немного похожи в этом плане. Только у моей наставницы и работодательницы прошлое оставило физические следы, а у меня они в душе и башке. И оттуда их не убрать лазерной шлифовкой.

- Это преподаватель. - сообщаю будничным тоном. - И дядя моей подруги. Илья Романович, у вас так талантов много! Пробуетесь на роль таксиста?

- Уже лучше, Арсеньева. По дороге потренируешься, садись. - этот нахал отлично знает какое впечатление производит на женский пол. Особенно когда вот так слегка щурит зеленые наглые глаза.

- Милая девушка, я близко знаю Дарью.

Придурок, зашей себе рот скрепками, пожалуйста!

- Даш? - Карина смотрит на меня.

- Да, я его очень хорошо знаю. - фырчу недовольно. - Илья Романович еще и дипломный руководитель другой моей подруги.

- А вы такси ждете? - ну Илья Романович прямо чудеса дедукции проявляет. - Там на въезде такси какое-то столкнулось с мощным таким внедорожником.

- Серебристое ауди А3? - вздыхает Карина, опять открывая приложение. - Да, он отменил вызов. Пишет, что нам надо перезаказать машину.

- Оно самое. Дарья, садись уже, я домой хочу.

- Ну так езжайте. - машу рукой. - Не поверите, Илья Романович, но в городе не одна машина, есть и другие.

- В курсе, Арсеньева. И вот в одну из машин я предлагаю вам сесть. Тут тепло, не воняет, есть конфетки.

- Слушай, конфетки это тема! - громко говорит Карина, а на ухо очень тихо шепчет. - Вспомни слова Регины.

- Она слишком много всего говорила. - шепчу в ответ, но уже понимаю, что имеет в виду Карина.

Регина - мой психолог. Она фигни не скажет!

- Илья Романович, только высадите меня в стороне от общежития. - строго говорю, залезая в салон, где пахнет его парфюмом. Нотки морского бриза и весны. Я где-то читала, что парфюм на каждом человеке раскрывается по своему. Не знаю правда или нет, но Илье Романовичу этот запах подходит идеально. Точно он уже родился с флакончиком в руках.

Что за мысли вообще?

- Серьезно, Дарья? Ты и опасаешься каких-то жалких слухов?

- Для вас то они может и жалкие. - говорю строго. - А я не люблю, когда мне в спину шепчутся. И вообще, моя главная мечта - стать невидимкой. У меня даже начинает получаться!

- Арсеньева, странные у тебя мечты я скажу. - Илье Романовичу что в лоб, что по лбу. - Ну вот станешь ты невидимкой, сядешь в такси и что дальше? Или в аудиторию зайдешь, а там на тебя сядут, так как не заметят. Не-е-е-ет, неправильно ты приоритеты расставляешь.

- Ну так вы поделитесь тогда мудростью предков. - предлагаю в ответ. - С высоты, так сказать, прожитых лет вам должно быть виднее, верно?

Ну как бы в глубине души хотела уколоть, чего уж там.

- Ой как неправдоподо-о-о-обно. - тянет насмешливо Илья Романович. - Ну ты хоть сначала сама поверь в то, что я прям старый-старый маразматик, а потом уж говори.

- Вы не старый, Илья Романович, вы - настоявшийся.

- А ты, Арсеньева, так понимаю, молодой букет?

Вот что у него не отнять так это умение подкалывать. И мне нравится перекидываться фразочками. В такие моменты я чувствую себя почти нормальной. Можно даже на секунду представить, что у нас свидание. Первое. Когда разговариваешь и осторожно прощупываешь почву на предмет совместимости.

Мы мчимся по дороге. Ну как мчимся…для черепахи, наверное, скорость хорошая. Воскресенье, семь вечера, проспект, легкий гололед. Все условия для пробки. Как назло, где-то впереди произошли сразу две аварии, да еще и на соседних полосах.

- Дарья, расслабься. - конечно, от зоркого взгляда Кострова ничего не укроется. - Тут тепло, светло и безопасно.

- Илья Романович, почему вы не встречаетесь со студентками?

Бедный мой собеседник аж дергается. Я же морщусь от автомобильного сигнала, на который он случайно нажал.

- Да вы не волнуйтесь! - успокаиваю его. - Я не претендую. Просто интересно.

- А мне просто страшно. - признается со смешком.

- Вот теперь мой черед говорить вам, Илья Романович, что надо расслабиться. Со мной вы в безопасности.

Сидя за рулем, мой собеседник пытается отвесить поклон. Но тут наша полоса приходит в движение и приходится Илье Романовичу вновь обратить свое внимание на дорогу. Но я прямо вот кожей ощущаю как его внимание все равно пытается перекинуться на меня.

- Илья Романович, смотрите на дорогу. Я не хочу, чтобы аварий стало еще больше. Нас с вами тогда озверевшие водители сожгут.

- Дарья, ты - жестокая девушка! Говоришь такие вещи и велишь смотреть на дорогу! Чего ты вообще это начала?

Да, Илья Романович, когда я вам скажу про свою идею, то вы вообще в обморок еще уплывете. Я, пожалуй, дождусь пока доедем до места. А пока осторожно еще кое-что узнаю.

- Слухи про вас ходят. - поджимаю картинно губы и даже слегка в сторону отодвигаюсь. - Ну знаете, типа вы весь такой честный-честный, а сами то одну зажмете, то другую. А потом их запугиваете.

И какая будет реакция? Вообще-то я все это выдумала, причем только что. Ева с Лекси уверяют, что мои самые лучшие идеи это те, которые возникли буквально за секунду.

К чести Ильи Романовича орать он не начинает. Но молчит почти минуту. При этом напряжение в салоне нарастает, хотя оно не злое, а скорее любопытное.

- Я даже не знаю, что сказать. Начну оправдываться - получится, точно и правда виноват. Доказательств у меня нет, только слова. Пару лет назад мне приписывали как минимум трех внебрачных детей: двух от одной студентки и одного от аспирантки. Так что преследования студенток это еще ничего.

- Как же сложно работать преподавателем. - вздыхаю с деланным сочувствием.

- Поправка! - замечает Илья Романович. - Сложно работать, когда ты красивый обаятельный и неженатый преподаватель.

Кажется, самовлюбленность тоже родилась чуть раньше него. У меня сразу несколько колких фраз рождается. И каждая точно выведет мужчину из себя.

Но мне то он нужен добрый и довольный. Так что прикусываем язык. Я перестаралась и в итоге прикусила его по-настоящему. Отчего слезы на глазах и невольное ойканье.

На мое счастье пробка, наконец, рассасывается. И мы трогаемся уже на нормальной скорости.

Илья Романович все же не последняя скотина, так что он останавливается, как я и просила, в стороне от общаг.

- Спасибо! Илья Романович…

- Погоди! - он тянется и достает с заднего сиденья куртку. - Доведу тебя до общаги.

- Илья Романович! Так вы с тем же успехом тогда могли меня довезти до входа. Смысл был в том, чтобы нас вместе не увидели. Ладно, я хотела спросить кое что. Только обещайте, что не поднимете меня на смех и не наорете!

- Арсеньева, я сейчас двери заблокирую от любопытства. Чего хотела?

Я нервно оглядываюсь на двери. Нет, он шутит, вот и все. Костров хороший, как бы по детски это ни звучало. Тем более у нас много общих знакомых, от которых я о нем ничего ужасного не слышала.

- Значит, со студентками вы ни-ни?

- А-а-а-а-а-а! Я сейчас лбом о руль постучусь! Нет, Арсеньева, нет! Вашей чести ничего не угрожает!

- Супер! - я прижимаю ладони к груди и выпаливаю, умильно глядя в зеленые глаза. - Илья Романович, помогите мне перестать бояться мужчин!