ГЛАВА 6.2 АЛИНА

Издалека стадион казался огромной пухлой тарелкой, но внутри – оправдал все ожидания Алины.

Это был размах. Он затмевал все площадки, на которых Алине приходилось выступать за всю свою жизнь. Огромное поле с разметкой для бега, отдельные зоны для всех видов соревнований: в прыжках, кроссе, остались даже ручные перекладины для гимнасток. Блестящая сероватая крыша с прозрачным куполом, который пропускал яркий солнечный свет и защищал от дождя. Трибуны, обрамляющие площадку по кругу, состояли из пластмассовых синих сидений, повернутыми к центру. Были отведены зоны для фанклубов, ВИП-ложе с натянутым тентом, даже виднелись места, отведенные для тележек с едой. Под крышей, по периметру стадиона, развешаны огромные телевизоры и табло. Сейчас они были непроглядно черные, но Алина уже готова была увидеть на них свое имя…

— Какие трибуны… А если придет много народа? — рядом ужасалась Вера, пока Алина оглядывалась в восторге.

— Конечно, придет. Будет и телевидение! — рядом семенил Женя.

— Что?! — ахнула Вера.

— Да кому вы, замарашки без фигуры, нужно-то? — мимо проплыла гордая Полина. Напудрила лицо и избавилась от бледности. И даже голос не дрожал – умудрилась успокоить нервы.

Полина с подругами посмеялись и быстро ушли прочь. А Женя, на удивление, не сдержал смешка. Алина лишь выразительно приподняла бровь, и парень стушевался, а Вера покраснела до кончиков волос.

Стадион наполнялся людьми – множество сотрудников в оранжевых жилетах подготавливали трассы, а судьи и организаторы в черно-белой форме сновали туда-сюда. Они и проводили команды к раздевалкам. К Атлантам и Гармонии Ветра присоединились и другие клубы – как никак, это соревнование созвало множество ребят отовсюду. Алина оценивающе проходила взглядом по девушкам, пытаясь оценить соперниц.

Раздевалка оказалась тоже всем на зависть – личные шкафчики, огромные душевые с перегородками, зеркало во всю стену, наблюдался даже холодильник с бесплатными напитками. Оттуда на Алину поглядывала газировка в фиолетовой, кричащей банке. Алина сдержала себя не без труда. Слабости остались в Звездном, а тут – только сила.

Начав переодеваться, Вера подала грустный голос:

— Мне кажется, наш Женя втюрился в эту стерву.

— Что? — Алина не сразу расслышала, увлеченно собирая волосы в хвост.

— В Полину, говорю! Они целовались в поезде, ты видела?!

Лишь слышала – Алина тщетно пыталась уснуть, но шумные игры не давали ей и шанса.

— И?

— Он посмеялся над её шуткой, хотя она нас оскорбила!

— Женя не очень умный, знаешь же…

— Но…

— Вер, — вздохнула Алина, убирая расческу. — Не зацикливайся на этом. Мы на соревнованиях – это самое главное.

Вера отрешенно опустила руки и прикрыла глаза.

— Наверное, ты права…

В раздевалках были небольшие прямоугольные окна над шкафчиками, а в некоторых местах над скамейками. Несколько девчонок забрались на них и громко шептались. Любопытствуя, Алина залезла следом.

Народ на трибунах собирался – заняли едва ли треть. Это не футбольный матч и не громкие игры профессиональных спортсменов, поэтому Алина и не ждала ажиотажа. Приехали некоторые родители участников, что узнавалось по болтовне рядом. А еще – приехал популярный спортивный канал, что будет вести репортаж в прямом эфире. Отсюда было видно, как расставляют камеры и бегают репортеры. Бегали они вокруг прибывших судей – одного из капитанов «Стрелы» Алина узнала по блестящей лысине. Она видела его фото в журналах – суровый тренер, подготавливающий чемпионов. Даже он приехал…

Но девчонки интересовались не им, а журналистами.

— Как думаешь, нас будут снимать крупным планом?!

— Не дай Бог – я не накрашена!

Суета захватила женскую раздевалку, и Алина заметила, что даже Вера достала из сумки помаду.

К чему это – это не конкурс красоты.

— Не старайся даже, — рядом с Верой оказалась гадина-Полина. Прекрасна, как и всегда. Облегающая форма и идеальный макияж. Хлопала длиннющими ресницами, а пухлые губы кривились в усмешке. — Тебе ничто не поможет, смирись, Любимова.

Вера замерла, испуганно наблюдая, как даже незнакомые девочки в раздевалке поглядывают на нее с ухмылками. Убирает помаду обратно, отводя взгляд. А Полина, довольная собой, фыркает и уходит.

— Ненавижу её, — бурчит Вера, когда подходит Алина.

— Забудь о ней. Сорев…

— Знаю я, — перебила Вера резко, а потом сразу же стушевалась. — Прости… Я просто волнуюсь.

Вера застряла в том возрасте, когда на школьные придирки можно только расплакаться. Алина вздохнула и не собиралась об этом говорить – Полина могла бросаться колкостями сколько угодно, на поле она окажется неудачницей. Разве что-то, кроме этого, имеет значение?

Поэтому Алина не понимала, что Вера расстраивается. Лучше бы тренировалась больше – тогда бы утерла нос Полине и не обращала внимание на её жалкие попытки задеть.