Глава 16
Рома, улички Парижа
— Надо было взять судочки и утащить с собой, — Маргоша хихикает, наваливаясь на меня. Мы пили только кофе перед уходом, но кажется, что девушка нашла что-то покрепче. — Так было бы интереснее.
— И нас бы выставили с позором, — Ника кивает не с меньшим азартом. — Блин, вернёмся завтра и возьмём всё, что можно.
— Чумные.
Брат закатывает глаза, когда девушки отрываются чуть вперёд. Мы медленно бродим по улочкам Парижа, не желая спускаться в метро. А зачем? Погода шикарная для начала мая, тепло. Только наслаждаться вечерним воздухом и тем, что туристов становится всё меньше.
— Так что у вас с Марго? — Ник спрашивает, когда девушки не в зоне слышимости. — Я вообще не понял.
— Не твое дело, Ник. Вот серьёзно, сейчас не лезь в наши отношения, ладно?
— Да без проблем. Просто, она то спорит, что никогда в тебя не влюбится, то через пару минут ты представляешь всем как свою девушку. И сама Марго ничего не говорит. Я лишь стараюсь всё понять, Ром.
— Зачем?
— Чтобы понять, она табу теперь или можно к ней подкатить.
Руки непроизвольно сжимаются в кулаки и бьёт мысль, что мама не обрадуется нашей драке с Ником. Часто в детстве устраивали потасовки, и каждый раз доставалось.
Но нам больше не по пять лет, чтобы делить паравозик. Сейчас вопрос идёт о Маргоше, и брату пора отваливать. Уверен, что девушка не отреагирует на его подкаты, но нечего вообще лезть к моей девушке.
— Да я шучу, Господи Боже, — брат толкает меня кулаком в плечо, бессовестно насмехаясь. — Нет, в плане, Марго реально интересная. И забавная. Я как-то раньше в ней этого не замечал. Мы и не общались толком, чтобы понять. И чисто теоритически, я бы не прочь пригласить её на свидание…
— Ник!
— В теории и другой жизни. Она твоя девушка, ну или не девушка, а я в чужие отношения не лезу. Ты же знаешь. Мне своей драмы хватает.
— У тебя драма, когда назначаешь свидание сразу двум на одно время.
— Это было всего раз и случайно. Не приписывай мне лишнего, Ром. И мы не мою жизнь обсуждаем. Так что с Марго?
— Да всё нормально. Она уже не огрызается на каждое слово, что можно считать победой.
— Значит, в нашем споре на Марго ты таки победишь?
— Споре на кого?
Увлёкшись мыслью, что моя морковка может понравиться брату и завяжется Санта-Барбара, я упускаю Нику и Маргошу из виду. А нужно было лучше смотреть.
Во-первых, Париж город опасный, тем более поздним вечером. Хватает всяких воришек и дебоширов, которые способны пристать к одиноким девушкам.
А во-вторых, так бы я заметил, что девушки облокотились о перила, наблюдая за редкими корабликами. И, конечно же, прекрасно слышали слова брата.
Спасибо, блин, удружил.
— Так что за спор? — Маргоша морщит носик, а я понимаю, что влип. И после такого девушка меня к себе больше не подпустит. — Ну, Исаев, я жду. И рискни сейчас время прибавить.
— Мы с Ником поспорили, в самолёте, — засовываю ладони в карманы джинсов, видя как Ники переглядываются между собой. — По факту, это ничего такого.
— Ну? На что именно? Сколько дней, чтобы затащить в постель или на поцелуй?
— На то, что ты в меня не влюбишься.
— Эм. Это наш с тобой спор.
Магоша хмурится ещё сильнее. Не верит, как дать, не верит в мои слова. Придумала уже себе что-то и сейчас сама себя накрутить. А я даже не могу придумать достойного оправдания.
Я привык лгать и изворачиваться, это не так сложно, как кажется в детстве. И кто в наше время честный сильно? Но вот сейчас лгать Маргоше и сочинять на ходу какие-то более логичные отмазки — не хотелось.
— В общем, Ник был уверен, что ты в меня не влюбишься, потому что тебе нравится другой, — говорить имя Ника не хотелось. — Ну и мы поспорили, что ты не влюбишься. Морковка, прости, это не…
— Это не оригинально. Я надеялась на что-то не такое банальное. Уж лучше бы с постелью, правда.
Девушка сдувает с лица пряди и просто жмёт плечами. А затем разворачивается, размеренно продолжая шагать по мосту. Но ощущение такое, что сейчас с моста Александра III я полечу в грязную Сену.
— Маргоша, тормози.
Оставляю позади подругу девушку и брата. Пускай Ник чем-то её займёт, пока я разбираюсь с морковкой. С другой девушкой бы забил, бегать за кем-то не особо планировал.
Но планирую я одно, а Маргоша, как обычно, всё меняет. И мне теперь нужно быстро реабилитироваться, пока меня не отправили в вечный бан. Ловлю девушку за плечи, разворачивая к себе.
Ожидаю удара или подрагивающих губ, слёз. Но Маргоша смотрит с интересом, словно не слышала ничего.
— Ну?
— Слушай, это похоже на сюжет мелодрамы. Когда девочка узнаёт о споре, обижается. Минут двадцать герои страдают, ходят вокруг да около, а потом всё возвращается на свои места. Давай пропусти эти двадцать минут, а?
— Ром. Я не собираюсь играть в эти двадцать минут.
Точно, Маргоша же не из тех глупышек, которые ведутся на каждое слово. И если что-то решила для себя, то будет упрямо переть, чего бы это не стоило. Как и я, в принципе.
— Морковка…
— Господи, ты ведь правда… — Маргоша вдруг цепляет язычок молнии на моей толстовки. Играется с ним и тянет вниз. — Ты действительно сейчас ожидаешь, что я тебя пошлю куда-то.
— А ты не пошлёшь?
— Ром, ты спорил с Ником по той же схеме, что и со мной. Я как бы была в курсе твоего плана — влюбить меня в себя. Это не новость, вообще-то.
— Да, но я спорил за твоей спиной и….
— Если там было что-то за поцелуи или…
— Не было, честно. Просто о том, что я не смогу тебя покорить. Способы и доказательства не обсуждались. В плане, я выигрывал спор с Ником, если выигрывал его с тобой. Вот.
— Тогда я не понимаю, почему я должна обижаться. Ну, это тоже самое, просто с другим человеком. Меня не задело, правда.
И я чувствую это. Потому что Маргоша, наконец, справляется с замком кофты и запускает свои ладони под неё. Обнимает меня, прижимаясь щекой к грудной клетке.
Дышит спокойно, никаких истерик. И рассуждает не как второкурсница, а взрослая девушка. Хотя могла дать мне волчий билет и больше не подпускать. А нет, едва ли не ближе, чем когда-либо было.
Маргоша оказывается ещё более идеальна, чем я себе представлял.
Марго, отель
— Я устала, — заявляю, когда мы возвращаемся в отель. — Фух, когда мы там уже домой?
— Я думал, что тебя нужно будет силком с Парижа увозить.
— Нет, всё, я готова. Не думала, что тут будет настолько интенсивно. Я уже люблю этот город, но просто… Слишком.
Сбрасываю кроссовки, отправляя телефон на зарядку. Раньше я бы первой сбежала в номер Ники, этажом ниже. Она специально выбирала этот же отель, чтобы мы провели больше времени вместе.
Но сейчас я просто выжатый лимон, который закинули в блендер. И реальность кружится вокруг меня, набирая стремительные обороты.
— Я в душ.
Потому что мне нужно освежиться и прийти в себя. Холодная вода отрезвит и немного взбодрит. Хотя бы для того, чтобы хватило сил доползти до кровати.
— Морковка, а я ведь могу пойти с тобой?
— Ром…
— Шучу, я не собираюсь давить на тебя.
Киваю, потому что благодарность тут явно лишняя. Да и даже не смотря на желание, я бы не запустила его так далеко. Между нами существует та тонкая грань, которую я не решаюсь переступить.
Пока мы только обнимаемся и целуемся, то я могу делать вид, что ничего в этом нет. Просто реакция организма, просто я давно ни с кем не встречалась. А Исаев, очевидно, умеет ухаживать за девушками. Но на этом всё.
А если я позволю хоть чуточку больше, то придётся признать, что это не просто физиология. Что мне нравится его улыбка и как парень ерошит свои волосы. Как его губы растягиваются в довольной улыбке, отдаваясь пропущенным ударом моего сердца.
Признаваться я не хотела.
Поэтому стою под потоком воды, не двигаясь. Думаю и думаю, пока окончательно не запутываюсь в собственных чувствах. Почему в школе не учат, как понять влюблена ли ты? Зачем мне дискриминант или писать сочинение по какому-то роману на пять страниц, если сейчас я такая потерянная?
Мою волосы, долго рассматриваю себя в зеркале. Всеми способами оттягивая возвращение в спальню, где меня ждёт Рома. Словно если я ещё одну минутку постою посреди ванной, то он забудет о моём существовании.
Ну, амнезия в раннем возрасте, со всеми же случается.
Вытираю волосы полотенцем, натягиваю пижаму. Мне кажется, что я уже жутко поправилась. Не то, чтобы когда-то сильно заморачивалась по поводу лишнего веса, но Ника права. После похода в этот китайский ресторанчик можно набрать миллион килограмм.
Ух, вернусь из Парижа колобком и даже жалеть не буду.
Кажется, что наелась на всю жизнь вперёд. Хотя прогулка по ночному городу помогла. Нет больше тяжести, никакого чувства переедания. Удивительная лёгкость.
А ещё, совсем неправильно, стало даже легче, когда узнала о споре Ника и Ромы. Я же чего-то подобного ожидала. Не знаю почему, просто складывалось ощущение, что что-то не так.
И не раз парни замолкали, когда я оказывалась рядом. Наверное, обсуждали это же. Может, мне стоило обидеться. Закатить скандал, уйти ночевать к Нике.
Но я сказала Роме правду. Я не обиделась за этот спор, по сути, это ведь тоже самое, что и между нами. Просто уверенность Исаева в том, что он выиграет. И больше ничего.
— Морковка, если ты утонула там, то я готов идти к тебе на помощь. Искусственное дыхание — первым делом.
— Выхожу. Сам захотел со мной жить, — бросаю в лицо, возвращаясь в комнату. — Привыкай, Ром, что некоторые полжизни проводят в ванной.
— Ничего, я к тебе уже привык. Хотя не против проводить полжизни вместе.
— Ой, иди уже.
Отмахиваюсь на его очередной подкат, отправляя в душ. Исаев мастер говорить всякие глупости, которые удивительно образом находят отклик в моей душе.
Созваниваюсь с мамой, рассказывая всё-всё о сегодняшнем дне. В очередной раз убеждаю, что денег у меня хватает и всё хорошо. Тем более, что Рома не дал мне заплатить за ужин. Посмотрел так, что даже спорить не могла.
— На свиданиях я плачу, — сказал как отрезал, отодвигая меня от кассы возле входа.
Тогда мне оставалось лишь согласиться. А сейчас подскакиваю на кровати, забираясь в сумку, где хранятся конверты. Достаю под номером шесть, довольно улыбаясь.
— Что ты уже задумала? — Рома справляется быстро. — Очередную пакость?
— Я ни одной пакости тебе ещё не сделала. Но — открывай.
— И где я прокололся?
— Свидание-прогулка по ночному городу. У нас же было свидание, ты сам сказал. Ну и прогулка, и ночной город. Так что попадание по всем пунктам. Я выиграла.
— Хорошо. Только загадаешь твое желание завтра? Потому что я очень хочу воспользоваться последними минутами своего. Я ведь могу, да?
— Да.
Потому что мне тоже нужны эти последние минуты, чтобы оправдывать собственную тягу к Исаеву.
Я ожидаю, что Рома в ту же секунду что-то сделает. Я буквально дала ему полный доступ к желаниям, не стала ничего менять. А он просто ложится рядом, утыкаясь в телефон.
Серьёзно? Это снова попытка заинтересовать меня своим игнором или просто уже не интересно. Ну, заметил, что я совсем не против очередных поцелуев, и как-то отпало желание.
— Две минутки, морковка, — вдруг произносит Рома, вырывая меня из мыслей. — Тут мама… В общем Ник, чтоб его, скинул наши фотки в семейный чат. И всем интересно, что за рыжую девчонку я обнимаю.
— Семейный чат?
Делаю вид, что меня заинтересовало только это. Хотя хочется узнать, что его мама сказала обо мне. Она часто видит девушек Ромы или это уникальный случай? А ещё больше интересно — что именно Исаев там пишет.
— Пятнадцать людей в семье, тут по личным сообщениям не набегаешься. Иди ко мне, — тянет за запястье, заставляя упасть на его грудь. — Сейчас отпишусь в этом балагане и продолжим.
— Нечего продолжать.
— Тогда начнём, не вопрос. Я на любое предложение согласен. Видишь, какой я безотказный, пользуйся.
— Ага.
Лежу на парне, упираясь ладошкой его плечо. Веду выше, задеваю пальцами кадык. Просто касаюсь, без объяснений самой себе, что это значит. Ведь всё и так понятно.
Мне нравится его касаться, и лежать вот так — тоже нравится. Просто и спокойно, без лишних движений. Словно всю жизнь так делала, а не всего пару дней провожу вместе с Ромой.
— Тут отец спрашивает, когда я тебя с ним познакомлю.
— Что?
— Лежи, — надавливает на талию, когда я подскакиваю. Оставляет поцелуй в волосах, улыбается, подлец. — Так, без точной даты. Я сказал, что сначала мы договоримся за свадьбу, а потом уже приведу тебя домой.
— Исаев, блин!
— Уже сколько, морковка, минута?
— Сорок секунд, не перегибай.
— Тогда я просто обязан ими воспользоваться.
Всё происходит так быстро, что я не успеваю понять. Вот парень цепляет мой подбородок двумя пальцами, а вот мы уже целуемся. Долго, явно больше, чем отведённое время.
Но у меня не получается связать мысли воедино. Слишком хорошо и правильно сейчас. Никаких оправданий и побегов, только чистое наслаждение, которое бежит по венам.
И я растворяюсь в этом чувстве, в самом парне. Его близость греет кожу, ладони гладят спину. Я сама сжимаю пальцами край его футболки, словно хватаюсь за единственный ориентир в жизни.
Рома мягко надавливает на меня, опуская на кровать. Нависает сверху, прижимает своим телом. Наши ноги переплетаются, дыхание смешивается.
— Морковка, я ведь могу снять твою футболку, да?
— Да.
Отвечаю привычно, не обращая внимания, что уже десять минут идёт новый день. И в моих словах ни капли слепого согласия, потому что так просто надо.
Хотя да, нужно. Мне кажется, что я просто взорвусь, если сейчас заставлю Рому остановиться. Слишком много чувств меня переполняет, чтобы всё отмотать назад.
— Маргоша, ты очень красивая.
И это его «Маргоша» смущает намного больше, чем сам комплимент. Когда парень называет меня морковкой, это всё так просто и с лёгкой издёвкой. А сейчас — в его голосе звучит нежность, восхищение.
— Маргоша.
Повторяет, добивая меня. Шепчет моё имя, словно я забыла его, в перерывах между поцелуями. Они становятся всё настойчивее, я всё сильнее дрожу в чужих объятиях.
— Я не давлю, — произносит вдруг, хотя как раз таки давит. И своим весом, и касаниями. И тем, как всего за несколько дней сделал это со мной. — Не давлю, Маргош.
— Не давишь.
Мне не хватает воздуха, и очень хорошо. Всё остальное становится неважно, сейчас существуем только мы. В этой комнате, на этих простынях. Чувство единения, когда всё сужается до нас двоих.
Бешено колотящееся сердце, приятная расслабленность.
— Красивая.
Повторяет, будто знает, что мне важно это услышать. Особенно сейчас, когда ожидание становится невыносимым. Мне просто нужен он рядом. Почувствовать твёрдые мышцы плеч, и всю остальную твёрдость тоже.
— Ром…
Мой голос срывается, я сама словно лечу.
— Сейчас, Маргош. Не представляешь, что со мной делаешь.
Представляю, потому что парень делает всё это самое со мной. Полностью лишает разума и чувств, последние клетки мозга работают лишь для того, чтобы я запомнила этот момент.
Между нами оставалась лишь тонкая грань.
И Исаев её перепрыгнул.
Рома, отель
В это сложнее поверить, чем кажется на самом деле. Маргоша в моих руках, сладко сопит, прижимаясь. Я могу её касаться, без проблем. По факту, девушка дала мне карт-бланш на всё.
И я подлец, так что собираюсь этим воспользоваться.
— Спишь, морковка?
— Исаев, не приставай. Какой же ты…
— Какой?
Догадаюсь, что она сейчас ответит. Но мне остро необходимо слышать её голос. И это «Исаев, блин», много других колких слов. Просто чтобы убедиться — Маргоша не жалеет о том, что между нами произошло.
Потому что с неё не убудет просто свариться в каких-то своих переживаниях и мыслях. А мне сейчас совсем другое нужно. Уткнуться носом в рыжую макушку, вдохнуть запах шампуня и меня самого.
Надеялся, но не ожидал, что всё так закончится. Был готов к очередным битвам с девушкой и приставаниям, которые ничего не дадут. Но это уже привычка, никаких слепых надежд.
Но вот. Маргоша в моих руках. Сама жмётся, укладывая ладошку на мою грудь. Шпарит дыханием, чувствую улыбку на губах, когда целует куда-то в область ребра.
— Так какой я, морковка?
— Невозможный.
— Так это хорошо или плохо?
— Это просто ты. Всегда добиваешься своего, да?
— О, я рад, что мы прояснили тот момент, что ты моя.
— Исаев, блин.
Толкает в бок, запрокидывает голову, чтобы встретиться со мной глазами. Хмурится и стреляет молниями в глазах. Как легко вывести эту бестию из себя. Не нужно никаких дополнительных усилий.
— Ну так что, морковка, кажется, я выиграл спор.
Произношу, а потом понимаю, что зря вообще открыл рот. Сейчас она вскинется и мне прилетит. И никакой спокойной ночи с Маргошей под боком не будет.
Ожидал такой реакции, когда рассказал о споре с Ником. Что сейчас отправит меня подальше и скроется до самого отлёта домой. Но тогда она спокойно отреагировала, и сейчас должна.
— Ром, ну ты ведь не маленький, — поднимается, улыбаясь. Добирается до края кровати, закутываясь в одеяло. — То, что у нас что-то было, ещё не значит, что я влюблена.
Вау.
Маргоша умеет ранить словами ещё лучше, чем я. То есть, я-то не хотел ничего такого, а девушка — явно. Ну или просто рубит правду, пожимая плечами.
И правда ведь, для некоторых совместная ночь не повод даже для знакомства. А уж любви и подавно.
Но у нас же всё было с ней. И прогулки, и свидания. И миллион всевозможных поцелуев, от которых всё тело превращалось в кремень. Не верю, что для Маргоши это было просто на раз.
Она ведь не из тех, кто просто так прыгает к кому-то в кровать, да даже поцелуи позволяет. А мне позволила, всё. Не сразу, но ведь сдалась. Дрожала в моих руках, а теперь смотрит так, словно это ничего не значило.
И, неверное, впервые чувствую себя той девчонкой, которую сейчас попросят уйти и больше не звонить.
Оказывается, это обидно.
— Так что, Ром, если ты надеялся на признание — прости. Ты проиграл.
— Не вопрос, буду твоим личным водителем. На сколько мы там договаривались? На неделю?
— Или на месяц. Не помню. Нужно будет у Ника спросить, он же выступал нашим свидетелем. Ладно, я в душ. Одна.
Улетает так легко и просто, прикрывая за собой дверь ванной комнаты. Невозможная девчонка, так реагирует на любую мою ошибку. Словно вовсе их не замечает.
Да, отцу Маргоша точно понравится. Он-то любитель лажать в отношениях, это у нас семейное. Мама никогда не закрывает на подобное глаза, указывая на любую мелочь. Это их своеобразная игра. Ну и любовь мамы подтрунивать над отцом, словно месть за то, что он творил в дни их знакомства.
Подумываю, что можно отвезти девушку сразу к себе. А чего тянуть? Нет, за такое мне точно влетит, не успею даже ладошку перехватить. Поэтому сначала свидание, после займу квартиру одного из братьев. Хорошо иметь большую семью, кто-то да свалит в отпуск.
А дальше разберёмся.
Маргоши долго нет, ничего удивительного. Кажется, если её не поторапливать, то девушка действительно может оттуда вообще не выходит.
Жду её, но медленно проваливаюсь в сон. Шарю ладонью по постели, убеждаясь, что девушка ещё не вернулась. Как только ляжет — сразу притяну её к себе. И повторю, что ничего плохого не имел ввиду.
Если бы спорили, что влюблюсь я — я бы сразу признал поражение.
Оказывается, я всё-таки заснул. Просто отрубился, а теперь подскакиваю вместе с хлопком двери. Оборачиваюсь к ванной, но Маргоши там нет.
Как и её вещей в номере.