Глава 10

Как же хорошо… Потягиваюсь на кровати и мысленно благодарю в очередной раз Всевышнего за то, что все так сложилось. Аккуратно встаю с постели, стараясь не задеть кошку. Я несколько часов придумывала ей имя и наконец-то разродилась перед самым попаданием в царство Морфея. Соня. Сонюшка. И еще куча вариаций этого имени, как нельзя лучше, подходят четвероногой любительнице поспать.

Перевела взгляд на часы: половина восьмого. Находиться в спальне только потому, что Миша еще не ушел из дома — не хочу. Ну и чего уж греха таить, мне хочется с ним поговорить. Ну и совсем чуточку увидеть.

Тихонько приоткрыла дверь и вышла из спальни. Вот никак я не ожидала увидеть Медведева с голым верхом, подтягивающегося на… вот же, тупица, перекладине. А я еще раздумывала вчера, что за странная вешалка висит на стене гостиной.

Миша в наушниках и с закрытыми глазами, от чего мое появление, к счастью, им не замечено. Смотреть спокойно на то, как его мышцы перекатываются от каждого движения — сложно. Какое-то простое по своей сути зрелище завораживает. Чувство дежавю, как с венами. Точно. Да что ж это за наваждение? Какая банальность — любоваться чьими-то мышцами.

Внезапно Миша открыл глаза и, кажется, в этот момент, мое сердце пропустило удары. Чувствую себя преступницей, которую поймали на месте преступления. Боже, как же неловко.

— Чего встала? — грубо бросил Медведев, достав из ушей наушники. Шумно сглотнула и ляпнула первое, что пришло на ум:

— В туалет захотела.

Резко развернулась и полетела в ванную комнату. Долго успокаивалась с помощью обливания лица холодной водой. Наконец, немного успокоившись, стала приводить себя в порядок. Не знаю сколько тут провела времени, но, когда открыла дверь и попала взглядом на в очередной раз хмурого Мишу, моментально осознала, что гигиенические процедуры я принимала долго.

— Двадцать четыре минуты, — недовольно произносит Медведев, облокотившись о дверной косяк. — У нас хоть и не коммуналка, но ты должна четко уяснить, что живешь здесь не одна, — стирает со лба пот и закидывает полотенце на плечо.

Странно. Он же весь мокрый от пота, мне должно быть неприятно, но почему-то… неприятно не становится.

— Извини. Я часто задумываюсь под душем. Больше так не буду.

Хочу выйти из ванной, а не получается, Медведев стоит в проходе и сверлит меня взглядом. Да что не так? Я же извинилась. Становится в очередной раз не по себе. Смотреть ему в лицо не могу. От того мой взгляд как-то машинально фиксируется на грудных мышцах Медведева.

— Что ты там увидела, просто Мария? Снова варикоз? — насмешливо произносит он.

— Нет. Просто…

— Что?

— Удивляюсь.

— Чему?

— Тому, что у тебя грудь больше моей, — тихо произношу я и, легонько оттолкнув Мишу, вылетаю из ванной.

* * *

Пробыла в комнате ровно двадцать минут, переоделась в свою собственную одежду и, все же не выдержав, пошла на кухню. Медведев стоит у плиты ко мне спиной.

— Давай я приготовлю тебе омлет.

— Не надо готовить мне никакой завтрак, — снова недовольно произносит Миша, не поворачиваясь от плиты.

— Но я же встала, почему нет?

— А зачем ты, собственно, встала в такую рань?

— Потому что я не дрыхну, как ты выразился, до десяти часов, — обиженно произношу я. — К тому же, я жаворонок.

— Час от часу не легче. Тогда не маячь перед моими глазами. А самое главное — не болтай. Я люблю завтракать молча. И пока ты там намывала свое феячное тело, я себе этот завтрак приготовил. Тебе накладывать? — наконец поворачивается ко мне лицом.

— А что ты готовишь?

— Яичницу с картошкой, беконом и сосисками.

— Нет, благодарю. Для меня это слишком тяжелая пища.

— Хорош выпендриваться, я повторяю, что тетки с плеткой и твоего отца здесь нет. Растрясёшь калории с помощью йоги.

— Возможно, в чем-то ты прав. Только мне полсосисочки, одно яичко и совсем чуть-чуть картофеля. Бекон можно не класть.

— Я тебя просил не называть так яйца.

— Извини. Оно само как-то.

Стоит признать, что завтрак хоть и жирный, но вкусный. А еще Миша напоминает мне какого-то деревенщину, который уплетает уже четвертый кусок хлеба с картофелем. Углевод с углеводом, где это видано?

— Очень вкусно. Спасибо. А когда ты успел сделать картофель? Разве он готовится так быстро?

— Если он отварен три дня назад, то обжарить его на сковородке не составит труда и не займет много времени.

— Три дня? А это безопасно, есть пищу с таким сроком?

— Туалет в твоем распоряжении. Причем бесплатно. Только не трать много туалетной бумаги, как за вчерашний день. Она трехслойная.

Хамло, грубиян и жмот. Еще и хлебом тарелку протирает. А теперь сушку в чай макает. Колхозник! Никакой он мне не суженый. Сны не всегда сбываются наяву.

— Миша? — как можно доброжелательнее произношу я.

— Что? — не переводя взгляд от чашки, небрежно бросает он.

— Мне не очень подходит одежда той женщины. Пока, конечно, сойдет, но можно мне купить что-нибудь по размеру и по вкусу? Не брендовую, — быстро добавляю я. — Взамен я отдам тебе браслет с бриллиантами, а ты потом его как-нибудь сдашь. Или девушке своей подаришь. Он дорогой. И новый. Я его только один раз надевала. Клянусь.

— Можно. Но чуть позже. Не надо тебе пока никуда высовываться. Пока просто отдохни пару дней, книги почитай, порнушку посмотри.

— Что?!

— Я имел в виду кино для взрослых, а не мультик про длинноволосую в башне. Так как завтрак готовил я, посуду и плиту моешь ты. Как сделаешь, жду тебя в гостиной.

Ничего не отвечаю. Медленно, но исполняю сказанное, ругаясь про себя за то, что в доме нет перчаток для мытья посуды. Это как же так можно себя не уважать?

Справившись с заданием, нехотя вошла в гостиную, обнаружив на руках у Миши кошку.

— На диван ее не пускай. Поцарапает — придушу, — ставит Соню на пол. — Тебя, а не ее. Иди сюда, — хлопает по дивану. Молча подхожу к нему и присаживаюсь рядом.

— Тебе надо гульнуть, Маш.

— В каком смысле?

— В прямом. Тебе двадцать один год, давно пора встречаться с парнями. Погуляешь перед тем, как отец найдет тебя. Будет хоть что вспомнить.

— Интимные отношения до брака — это неправильно. Такое не приветствуется в моей семье, но главное…

— Зато во всем мире — такое приветствуется и не считается ничем зазорным, — резко перебивает меня.

— Я так не хочу, не потому что мне это вбивали в голову, а потому что я хочу это делать только по любви, — вместо ответа Миша закатывает глаза. — Если встречу такого человека, то можно и до брака.

— Я тебе не говорю пускаться во все тяжкие, просто начни с виртуального общения. Тебе так будет проще. Пообщайся со своими сверстниками, станешь немного приближенной к реальной жизни.

— Виртуально?

— Ты не можешь не знать, что существуют сайты знакомств и соцсети.

— Знаю, конечно.

— Тем более. Я оставил тебе вкладки, воспользуйся ими. Тебе точно пойдет на пользу.

Миша еще что-то упорно объясняет про открытые сайты, дает какие-то несущественные указания по сохранению дома в целости и сохранности, я же думаю только о том, как выйти из дома и купить одежду.

— Из дома не выходить. Ты меня поняла? — киваю. — Конверт с деньгами я для профилактики забрал. Не время сейчас. Ну все, сегодня отдыхай, на завтра подыщу тебе какие-нибудь переводы. Если в итоге какой-нибудь парень пригласит тебя на свидание, сразу не соглашайся. Скажи, что ты пока не в городе. Просто общение. Флирт. В общем, сама разберешься. Помолиться за тебя, что ли?

— За себя помолись, грешник, а я справлюсь.

— Вечером увидим.

— Миша?

— Что?

— А какое твое любимое блюдо?

— Жричодали.

— Ну я же серьезно.

— Я всеяден. Не надо мне ничего сегодня пробовать готовить. Я приду поздно. Если возникнут вопросы — звони.

— А куда ты?

— Куда надо. Пока.

* * *

Не день, а сплошные эмоциональные качели. Прекрасное начало утра, отвратительное его продолжение в виде злого Медведева, дурацких переписок в соцсети, уже более сносное продолжение обеда и прекрасное завершения дня с самой лучшей книжкой на свете. Улыбка так и не сходит с моего лица. Вот это я понимаю жизнь.

— Что у тебя с лицом? — резко открываю глаза. Передо мной стоит Миша, как всегда, с нахмуренным лицом. Я так была погружена в себя, что даже не услышала, как он пришел. Перевожу взгляд на стену: половина одиннадцатого.

— Нормальным людям свойственно улыбаться, Миша, так что все у меня в порядке с лицом.

— Ну и какова причина того, что нормальная просто Мария улыбается? — садится рядом со мной на диван.

— Я влюбилась. В общем, нашла идеального мужчину.

— Где? В соцсети? — усмехается.

— Во второй главе любовного романа.

Если до этого Миша усмехнулся еле слышно, то сейчас смеется в голос. Очень жаль, что ему так идет улыбка. Захотелось моментально выбить ему передний зуб.

— А что смешного?

— Даю угадаю, это твой первый любовный роман?

— Нет. Несколько было прочитано раньше. Одна из помощниц приносила. Днем еще один прочитала, а это последний, а что?

— Да так. Ладно, а что там с виртуальным общением?

— Ничего хорошего.

— Что случилось? Тебя кто-то обидел? — это что я сейчас слышу обеспокоенность в голосе?

— Нет. Просто один попался извращенец, другой… какой-то странный.

— Разрешишь почитать ваши переписки?

— Не надо, — мотаю головой.

— Так что случилось? Почему ничего хорошего?

— Первый парень после нормального общения в итоге пригласил меня в нехорошее место.

— Куда?

— Не буду я это даже произносить.

— Матерное слово?

— Нет, но… стыдно как-то, — пытаюсь встать, на что Медведев возвращает меня на место.

— Ну так куда? В койку?

— Почти, — шумно вдохнула и все же произнесла. — В писку. Мало того, что пошляк, так еще и малообразованным оказался. Два предлога написал «на» и «в» писку. И без мягкого знака. Дурость какая-то. Разве нормальные люди предлагают туда… в… и на… идти? И главное, как он себе это представляет?

Вижу, что этот гад хочется улыбнуться, но сдерживается. Становится снова не по себе. Что я такого сказала?

— Вписка — это вечеринка с ночевкой. Малознакомые люди собираются в чьей-то квартире и весело гуляют там всю ночь.

Молчу, не зная, что сказать. Дурость какая-то!

— Какой полоумный мог придумать такое название для вечеринки с ночевкой?!

— Погугли на досуге. Так что расслабься, можешь продолжить с ним общение, ну если ты, конечно, в ответ не посылала его на похожие слова.

— Я не так воспитана, чтобы кого-то куда-то посылать.

— Ага. Посмотрим через сколько ты пошлешь меня хотя бы в задницу. Ну ладно, что там со вторым парнем?

— Странный какой-то. Симпатичный на фото и общался очень любезно, а потом вдруг написал мне, что хочет прислать мне фотографию своего дружка.

— И? — улыбаясь, произносит Миша.

— А я не понимаю, зачем мне фотография его друга, если я его совсем не знаю. Зачем мне еще один? Сказала, что не хочу фотографию.

Медведев издал какой-то непонятный звук. То ли подавился, то ли еще что. Но вроде бы не смеется и на том спасибо.

— А дальше что? Что-нибудь было еще в вашей переписке?

— Он попросил прислать фото моей киски. А я подумала, что это еще более странно. Я не говорила ему про то, что у меня есть кошка в принципе. В общем, мне показалось это подозрительным, и я вышла отовсюду.

Миша откашливается, проводит пальцами под глазами и переводит на меня взгляд.

Что я опять не так сказала? Что за странное выражение лица?

— Что опять не так? Надо было все же показать кошку?

— Как бы тебе объяснить… он просил тебя показать киску, а не кошку.

— Котенок, киса, киска, кошка. Какая разница?

— В нашем обществе большая. Киска — это не животное.

— В смысле?

— В прямом. Некоторые, ну если быть точнее — многие, так называют то, что находится у тебя и у всех женщин между ног.

— Не поняла.

— Слово похожее, на то куда тебя звал предыдущий кусок дебила. В смысле первый парень.

Кажется, я вечность обдумывала сказанное Медведевым. Это как вообще можно до такого додуматься. А самое главное, почему? Как так можно?

— Зачем называть это кошкой? Потому что пушисто? Или похоже на усы? Но… есть же много гладких. Хотя сфинксы гладкие. Нет, не понимаю. За что так с кошкой?!

— Понятия не имею, — уже не сдерживая смеха, выдает Миша. — Ты только сейчас сиди, не падай. И еще сильнее не красней.

— Что опять?

— По первому пункту, когда парень хотел показать тебе своего дружка. Это не то, о чем ты подумала. Это не его друг человек, дружок — это то, что у этого долбанутого между ног.

Снова загруз на несколько секунд и все… мой мир уже никогда не будет прежним. Перевожу взгляд со своих ладоней на Мишу и понимаю, что он испытывает самое что ни на есть наслаждение от всего этого.

— То есть вписка — это вечеринка, а киска и дружок — это не животное и человек? Да что не так с этим миром?!

Вскакиваю с дивана, дабы поскорее скрыться с глаз Медведева.

— Маша, — слышу позади себя открытый смех, и желание ударить Мишу усиливается в стократ. Выглядеть дурой в чьих угодно глазах, по меньшей мере, — неприятно. Ну подожди у меня, Медведев, посмеешься еще.

СПАСИБО всем за комментарии, лайки и награды♥♥♥