Глава седьмая

Я дура? Может быть, но очень счастливая, прижимаюсь к Тиграну, он так обнимает меня, как будто боится, что если выпустит, то потеряет. Ночью он был разным, то нежным, то страстным.

А он ведь не решил свою проблему, вдруг просто ездит по ушам, что невеста для него ничего не значит, а мало ли таких случаев? Сколько мужиков, готовых рассказать сказочку, чтобы затащить женщину в постель?

Нет! Отбросила дурные мысли, что червячком засели в моей голове. Мой Тигран не такой! Я чувствую его, он не способен на такую подлость.

Вы можете сказать, что я просто влюбленная дурочка в розовых очках, и просто и не могу видеть реальной картины, а я скажу, мне виднее.

Видела в глазах, что я не просто увлечение, что много значу для него. Аккуратно вылезла из цепких лап моего тигрёнка, в шкафу нашла его футболку, надела и утонула.

Впереди другая дилемма, стриптанец, и я не знаю, как рассказать Тиграну, на что я подписалась, как он отнесется к этому. Может, просто отказаться? Я поставила вариться кофе, услышала мелодию звонка, бросилась на поиски телефона, пока он не разбудил Тиграна. Только зря волновалась, он даже не пошевелился, спит, как сурок, умаялся, бедняжка.

Взглянула на дисплей, звонила моя соседка снизу.

– Да, Ангелина Петровна?

– Лерка! Зараза такая! Быстро открывай дверь, не то я её вышибу!

– Я не дома, что случилось?

– Что?! Вы меня топите!

– Меня два дня не было дома, как я могла это сделать?

– Мне всё равно! Возвращайся быстрее, или ты хочешь делать ремонт всем соседям ниже тебя? – волосы на затылке встали дыбом, там же бабушка с антиквариатом! У которой кресло самой императрицы! Да если продать все мои органы, всё равно не расплачусь.

– Ангелиночка Петровна, я мигом, сейчас только такси вызову.

Пулей залетела в комнату, быстро напялила шорты и топик. С тоской посмотрела на блаженного соню, с растрепанными волосами. Нет, я не буду его будить, всё-таки это мои проблемы, а не его.

На кухне зашипело убегающее кофе.

– Твою мать! – понеслась туда, убирая турку, звонила в такси, говорила адрес.

Мне повезло, до дома мы быстро добрались, перескакивая через две ступени, залетела на свой этаж, где увидела не привычную картину. Всегда с лоском одетая Ангелина Петровна, была в выцветшем халате, со сбившейся на бок кичкой. В таком виде она могла появиться на людях по двум причинам: если началась третья мировая война или катастрофа мирового масштаба.

– Что же вы, сволочи, делаете?! Почему мой дом превратился в венецианский канал?

– Простите, но я тут не причем! Меня же не было, – торопливо открыла дверь и ахнула, вода полилась в подъезд, мне было по щиколотку, шла по холодной воде на звук льющейся воды, он шёл из ванной, открыла дверь, и меня чуть не сбило потоком.

– С*ка! Толик! – видимо хотел набрать ванну, а сам умотал куда-то. Закрыла краны, открыла пробку.

– В общем, ничего не знаю, Лерка! – сердито кричала Ангелина Петровна из подъезда. – С этого пропойки взять ничего, так что готовь денежку, – я перестала черпать воду.

– Почему я?

– Я всё сказала! Или встретимся в суде, и тебе придётся переписать квартиру на меня. – Ангелина Петровна, захлопнула дверь, я продолжила черпать воду, мимо меня проплыли мои единственные фирменные кроссовки марки Nike, с болью в сердце смотрела на столь дорогую для меня покупку, превратившуюся в ничто.

– Чертов Толик! Ну, только появись в квартире, я его на ленточки порву, – в кармане разрывался телефон, глянула на дисплей, звонил Тигран, но мне не до того было. Засунула телефон в задний карман шорт. Когда вся вода была убрана, в квартиру заявился пьяный в драбадан Толик.

– Какого х*ра ты устроил потоп? – налетел на него с порога.

– Что?! – он уставился на меня округлившимися глазами, даже протрезвел на минуту.

– Ты ванну набирал, ушёл, а краны не закрыл.

– Ни хера! – он потряс указательным пальцем перед моим носом и отрицательно покачал головой. – Я тут не при делах, я точно помню, что закрывал. Тебе не повесить на меня это.

– Где ты был?

– Да Лёхе достался ящик палёной водки. Конфискат утилизировали, а он спер по-тихому.

– Мне неинтересно слушать о твоих пьяных путешествиях, ты оплачиваешь ремонт Ангелине.

– Ага! – хохотнул. – Во! – показал мне фигушку. – Выкуси! Я человек бедный, безработный, а тебе помогут, раз е*ут, то твоя проблема – это и их проблема, а я спать.

– Что ты сказал, придурок? – задыхаясь от ненависти, толкнула его, Толик шлёпнулся, ударился носом и не найдя больше сил встать на ноги, так и пополз на карачках.

– Всегда истинные питерцы страдают от лимиты! Ничего, вот начнётся революция, и я первым тебя расстреляю! – угрожающе говорил Толик. Я бы даже рассмеялась, от вида этого декабриста на карачках, если бы не проблемы, свалившиеся на мои плечи.

Видимо, на мне теперь ещё и ремонт для Ангелины Петровны. Взвыла, как раненый волк, подняла глаза к потолку, ища там ответа, за что мне это всё? Провидение и ангелы-хранители, видимо, в отпуске, с потолка на меня упал только кусок штукатурки.

Вечером пришла в клуб, нашла Илью в его кабинете.

– Привет, Лера. Готова к сегодняшнему выступлению? – тяжело вздохнув, села на кресло напротив.

– Об этом я и хотела поговорить. Я не смогу выступать сегодня. И вообще никогда не смогу. – Илья пристально посмотрел на меня.

– Ты с ума сошла? Я рекламу сделал, большинство сегодняшних гостей, прошу заметить, очень влиятельных, придут на твое выступление. Я отменил твой выход как певицы, и что я им покажу? Себя, что ли? Извини Лера, но так дела не делаются. Если ты отказываешься, то мне придётся взять с тебя неустойку.

– И сколько же это? – дрогнувшим голосом спросила его. Он черкнул на розовом листочке цифры, увидев которые, мои глаза чуть не вылезли от шока. Работаешь, трудишься, а в итоге обрастаешь только долгами! Может, это кара?

– Вот это ты получишь, если выступишь, – он передал мне другой листочек, цифры там были в разы меньше, но сумма всё равно впечатляющая.

Похоже, у меня нет выбора.

– Хорошо.

– Я приготовил для тебя костюм, переодевайся, готовься, а я подожду в коридоре.

– А если меня узнают?

– Не узнают, – он протянул мне венецианскую маску, которая закрывала 2/3 лица, и парик.

– В общем, разбирайся, я закрою тебя на ключ. Это будет интересно, даже персонал не будет знать, кто ты.

В пакете был обычный костюм для стрип пластики: трусы с завышенной талией, лиф и гольфы, естественно, туфли на высоком каблуке. В зеркало на меня смотрела другая девушка: блондинка с длинными волосами, в жутко соблазнительном костюме, туфли на высокой платформе делали меня ростом с Тиграна. Лица не видно, только половина губ.

Когда вернулся Илья, я уже привыкла к своему новому облику. Он оценивающе посмотрел на меня.

– Ого! Слушай, супер! Как тебя представить публике?

– Шанталь, меня так звали на танцах. Вот трек, – передала ему запись на флешке. Вопрос, что танцевать, не стоял, станцую то, что мы ставили для отчётного концерта.

Провалюсь с треском, и Илья поймёт, что найдёт себе кого-то получше, и освободит меня от этой обязанности.

– Ни с кем не разговаривай, – давал напутствия Илья, – чтобы тебя не смогли узнать.

Мы вышли в коридор, где я столкнулась нос к носу с Тиграном. Он смотрел на меня удивленно, а потом заинтересованно. Он узнал меня или нет?

– Илья, кто это? – что значит, кто?! Он реально не узнаёт меня? Он провел со мной ночь и пусть на мне этот идиотский наряд и маска на лице, но всё же узнать-то можно. И только хотела всё это ему высказать, но тут заговорил Илья.

– Это Шанталь, она глухонемая и не может разговаривать, – ах, точно, я же Шанталь и вести себя должна, как эта танцовщица. Пошленько улыбнулась, поставив руку на пояс, прогнулась в спине, демонстрируя грудь. Великая вещь пуш-ап, никакого силикона не нужно. Глаза Тиграна устремились в откровенный вырез, загорелись. Он хочет меня! Надеюсь, он узнал, не то ему конец! Я лично его кастрирую!

– Хорошо, Шанталь. – он так произнес мое имя, словно пробуя на вкус. – Порадуйте меня сегодня, – кивнула, пошла следом за Ильёй намеренно походкой от бедра. Конечно, он пялился! Чёртов Тигран! Вот специально так станцую, чтобы все мужики слюной изошли! И проверим, как это понравится моему собственнику.

В клубе аншлаг, столько народу пришло посмотреть на меня, на стенах плакаты, с чёрным женским силуэтом возле пилона. Прошла под завистливые взгляды соперниц. На сцене темно, меня не видно, я легла на пол, уткнувшись лицом в колени, зазвучала музыка, изгибаясь, поднимаю голову, когда делала шпагат, в воздухе искала в толпе Тиграна, его глаза превратились в пламя, видела, как вздымается его грудь, распутница Шанталь провела по себе рукой, представляя, что это руки Тиграна.

Сегодня был ужасный день, хотелось выплеснуть весь негатив, я оторвалась по полной на пилоне, понимая, что выступаю в этой роли первый и последний раз. Но одновременно хотелось, чтобы Тиграну понравилась распутница Шанталь, и ещё я ревновала к ней.

Когда музыка затихла, тяжело дыша, оглядела зал, кругом стояла оглушительная тишина. Почему-то стало обидно, я выложилась в танце вся без остатка, а им не понравилось.

Когда решила уходить, послышались аплодисменты, кто-то кричал «Браво!» А я никого не замечала, смотрела в глаза Тиграна, не могла понять, что он чувствует, столько эмоций сменилось на его лице. Поклонившись, поспешила за кулисы.

– Шанталь, давай быстрее! – поторапливал меня Илья. Мы вошли в его кабинет. И только за нами захлопнулась дверь, как в неё постучали.

– Илья!

– Меня никто не должен видеть! Ты обещал! – прошептала я.

– Хорошо. Пойдём в соседнюю комнату, там подсобка.

– Илья, – послышался голос Тиграна, – мне нужно поговорить с тобой, это срочно! – собрав вещи, спряталась в кладовой. Быстро переодеваясь, подслушала их разговор, нехорошо, конечно, но я не специально.

– Да, Тигран Савельевич, – услышала голос Ильи.

– Ты можешь дать мне адрес этой Шанталь? – спросил Тигран.

– Что, понравилась? – смеясь, спросил он.

– В том-то и проблема, что очень, но у меня есть девушка и… В общем, дай адрес, а там я разберусь.

Что?! Не узнал меня и хочет встретиться с Шанталь! Провела рукой по искусственным волосам и с ненавистью посмотрела на дверь.

– Я обещал не распространять информацию про танцовщицу, – сейчас подойдёт и откроет дверь. И как я буду выпутываться?

– Что за бред?! – рявкает Тигран, теряя терпение. – Она у тебя не устроена официально, что ли? – почему-то Илья решил выгораживать меня.

– Ну, извини, хороших танцовщиц днем с огнем не сыщешь.

– Я хочу встречу с ней! Приват. – Что?! Какой ещё, на фиг, приват?

– Тигран Савельевич, – замялся Илья, – не могу. Я обещал этой девушке, что ничего такого не будет.

– Хорошо, – облегчённо выдохнула, но рано. – Тогда ты уволен, – нарочито-холодным тоном произнес Тигран. – И ещё, ты заплатишь мне вот такую неустойку.

– Твою мать! – по голосу администратора, было понятно, что сумма там огромная.

– Хорошо, я поговорю с ней, но не знаю, сумею ли убедить, – поникшим голосом произнес Илья.

– Это в твоих интересах. Ты проделал огромную работу, превратился из простого официанта в администратора успешного клуба. – По позвоночнику пополз страх, обжигая холодом. Конечно, Илья согласится, и что мне делать в этом случае?

Послышались шаги, в мою дверь постучались, я уже переоделась и молча вышла.

– Ты всё слышала, Валерия?

– Да, слышала, – надела рюкзак на плечо.

– Сделаешь? – с надеждой спросил Илья.

– Нет, не проси. Я сразу говорила, что это плохая идея.

– Лера, увидев тебя, я же поверил, дал шанс проявить, стать певицей. Силком в стрип я тебя не тащил, ты сама согласилась. Лера, прошу, только танец.

– Хорошо, – согласилась, скрипя зубами, смотрела в пол, куда угодно, только не на Илью. Что он теперь обо мне подумает?

– Спасибо, Лера, ты спасла меня. Деньги за сегодняшнее выступление переведу тебе на карточку.

Вышла из кабинета, спустилась по лестнице для сотрудников. Внизу стоял Тигран, разговаривая с Марго, та строила ему глазки, изгибалась, но он словно не замечал этого или привык, что к нему так и липнут женщины. Прошла мимо.

– Валерия, задержитесь, пожалуйста. Ты свободна, Маргарита. – Змеюка расстроенно вздохнула, проходя мимо меня, закатила глаза. Тигран проводил Марго долгим взглядом. – Неужели я ошиблась в нём, и он просто бабник?

– Лера… – он прижал меня к стене, сжимал попку руками, целовал мою шею. – Я проснулся, ты уже сбежала, – говорил он в перерывах между поцелуями, мозги обуглились, когда он рядом, я не могу ни о чём думать, превращаюсь в податливую куклу.

– У меня были небольшие проблемы.

– Что-то серьёзное? Я могу помочь?

– Нет, ерунда. Я сама справлюсь.

– Но ты сегодня не выступаешь? – уже выступила, результат: отбила у самой себя мужика.

– Должна была, но Илья отменил выступление. Говорят, какая-то танцовщица новая появилась? – прощупывала почву.

– Да.

– Стрип танцевала? – он кивнул. Немногословен, на вопросы напрямую не отвечает.

– Тебе понравилось? – пыталась сдержать гневные нотки, но получилось плохо.

– Ты ревнуешь? – глаза заблестели, белоснежная улыбка очаровала. Зараза! Я даже злиться на него не могу!

– Пойдём ко мне в кабинет? Я очень соскучился. Я тебя вчера пожалел, а сегодня хочу взять по полной программе, – едва сдержалась, но я не могу идти на поводу своих инстинктов, нужно сначала выяснить, что он решил делать с этой распутницей, Шанталь. То есть со мной… Реально мозгами поедешь.

– Нет, я устала, домой поеду.

– Подождёшь меня? У меня кое-какие дела остались?

– Увидимся завтра? – у Тиграна зазвонил телефон.

– Да, Илья. Танцовщица? – сглотнула. – Завтра? – он посмотрел на меня, словно делал выбор.

– Да, хорошо. Пусть завтра приходит, – он выбрал не меня! А эту выдру, Шанталь!

– Я поеду, – он кивнул, даже не догнал, не поцеловал напоследок.

Что ощущаешь, когда ты проиграл сам себе? Опустошение. Потому что в реальной жизни я ни разу не Шанталь. О чём тут говорить? Если я туфли надевала два раза: на выпускной и для Тиграна. Я не могу быть соблазнительницей, не могу флиртовать, как Марго, если люблю, то скажу открыто.

Вернулась домой, лёжа на кровати, то и дело посматривала на телефон, ожидая звонка от Тиграна, смс, хоть что-то, но трубка предательски молчала.

Долго не могла уснуть, ещё этот сосед, Толик, привел в дом какого-то алкаша, скорее всего, того Лёху. Видимо, паленка не вся была выпита. Слушала, как Толик болтал всякую ерунду, что он и Афган прошел, и Чечню, и во второй мировой участвовал. Видимо, с математикой у него беда. И слушать, как они друг друга уважают, было смешно, бутылка водки – вот цена, за которую можно купить их нерушимую дружбу.

«Лера, завтра не сможем встретиться», пришло смс от Тиграна.

Ну, я ему завтра устрою! Я так станцую, что у него дым из ушей пойдёт, а потом уйду по-английски, не попрощавшись. Пусть потом бегает, просит прощения.

Утром боевой настрой поутих, и мне уже ничего не хотелось. Просто посмотреть в глаза Тиграна, убедиться, что между нами всё по-прежнему, что это не просто страсть с его стороны, а нечто большее.

Но он не звонил, и к концу вечера я извелась. Хотелось закутаться в плед, включить какую-то мелодраму и под крик: все мужики козлы, поглощать ложками шоколад, обливаясь горючими слезами. Кажется, так делают героини, которых бросают красавчики.

Я вдруг почувствовала себя маленькой девочкой, которой просто захотелось, чтобы рядом была мама. Странно, я всё детство хотела казаться взрослее, когда мама пыталась меня утешить, я как ежик выставляла иголки, говорила, что я уже не маленькая, справлюсь сама. А сейчас появилось желание прижаться к маминой груди, вдохнуть запах Salvador Dali, её любимых духов, просто посидеть и помолчать. По-моему, я тоскую по родным.

Недолго думая, набрала мамин номер.

– Привет, Лерочка, я так соскучилась, – всего несколько слов, и я уже хлюпаю носом.

– Привет, мам, – осипшим голосом говорю, жалею, что она так далеко, и я не смогу приехать к ней.

– У тебя всё хорошо? – обеспокоенно спрашивает она. Волшебная способность, обладают ею только истинные мамы, понять по голосу, что с ребёнком что-то не так.

– Всё хорошо, – я пытаюсь бодро произнести, но маму фиг обманешь. Я даже знаю, что она сейчас хмурится, скорее всего, откладывает в сторону пряжу.

– Может, поделишься? – я хочу, но боюсь напугать её ещё больше.

– Есть один парень… – ну как парень, мужчина, от которого я без ума. И проведя с ним ночь, боюсь, что всё на этом закончится, что я из тех дурочек, что похоть приняли за любовь и видели то, что в действительности не существует.

Всё это я хотела сказать, но произнесла:

– Мама, всё сложно, я запуталась.

– Ой, Лерочка. Не думай о плохом. Ты же его любишь?

– Да.

– Тогда слушай, что внутренний голос подсказывает.

– А как вы?

– Мы с отцом переехали на дачу, на лето.

– И как он?

– Не знаю, мы поссорились. И он ушёл копаться в старой консервной банке, называя её Ласточка.

– Из-за чего поссорились?

– Он скосил мои розы! Ты же знаешь, какого они требуют ухода, а он проехался по ним газонокосилкой.

– Сочувствую.

Мама ещё много чего рассказала, что наша кошка Майка, которую я притащила десять лет назад, подралась с котом, с каждой мелочью, которую рассказывала мама, на душе становилось лучше, словно побывала дому.

– Ну, всё, детка, мне пора, папа пришёл, весь в мазуте и теперь пачкает мне мебель.

– Хорошо, передавай ему привет, – нажала отбой.

Вечером я опять в клубе, Илья прислал мне сценический костюм, так что из машины вышла «при параде», таксист сально улыбался, он, кажется, догадался, что под белым плащом.

Илья проводил меня в вип комнату, где на диване меня ждал Тигран. Он поднес ко рту квадратной формы стакан, и отпил светло-коричневую жижу, побрякивая кубиками льда.

Серые глаза обжигали холодом, он выглядел неприступным, чужим.

Звучала музыка, шла походкой от бедра к нему, извивалась возле него. Не могла смотреть, повернулась к нему спиной, дразня, приподнимала края пальто, показывая черную кружевную подвязку.

– Повернись ко мне лицом, – хриплым голосом произнес Тигран. Ой, кто-то растерял всю свою уверенность. Повернулась, скинула одежду, осталась в соблазнительном белье. Серые глаза были похожи на расплавленное серебро. Он потянулся ко мне рукой, стукнула по наглой конечности. Разведя широко колени, села между ног, с его губ слетел свистящий звук.

– Всё! Достаточно этого спектакля, Лера! – он скинул с меня маску. – Иди сюда, – как голодный вампир, впился в мои губы, со стоном хозяйничал у меня во рту. Я сидела у него на коленях, упёрлась ладошками в грудь, оттолкнула его.

– Ты узнал?!

– Конечно, сразу, как только увидел тебя на сцене. Сначала хотел положить тебя на колени и хорошенько отшлепать, а потом так был захвачен зрелищем, не знал, что ты талантливая стриптизёрша.

– Танцовщица! – возмущённо поправила его, ерзая на бугре между ног.

– Но ты говорил так, как будто выбираешь между мной и Шанталь.

– Я видел, что ты зашла в кабинет Ильи, хотел, чтобы ты почувствовала себя в моей шкуре. Знаешь, как я ревновал, когда на тебя смотрела толпа похотливых кобелей? И вообще, хватит болтать, – он потянулся к застежке на бюстгальтере. – Я едва дождался сегодняшнего вечера.

– Тоже приручить хотел?

– Угу. Терпения не хватило, – хотела возмутиться, но тут он справился с застежкой и облизнулся, как мартовский кот, обжигающе смотря на грудь.

– Какие красивые, – взвесил их, схватил меня мертвой хваткой, терзал губами сосок, непроизвольно двигал бедрами.

– Тигран....

– М-м-м? – довольно промурлыкал он, смотрел на меня снизу вверх, продолжая терзать меня.

В этот раз было всё быстро, резко, страстно. Он даже не успел раздеться.

– Моя детка, – рычал Тигран, бешено вколачиваясь, покрывая шею поцелуями, жадно выпивая мои стоны.

– Люблю, – прошептала я у самых его губ, улетая в космос вместе с ним.