Глава 26

Эли

Небо заволокли темные тучи, но мне плевать. Сижу на ступеньках под мерзким моросящим дождем, глядя перед собой в одну точку. Мои волосы насквозь промокли и свисают сосульками, но и это меня сейчас не волнует.

В моих руках телефон, на экране которого мигает непрочитанное сообщение от отца с датой и временем самолета обратно в Англию, ведь по результатам экзаменов, которые огласили пару часов назад, стипендии в магистратуре мне не видать. Да, конечно, еще есть шанс, что я смогу претендовать на нее после победы на чемпионате, но какой смысл рассуждать об этом, если этой самой победы пока и вовсе нет на горизонте.

Конечно же, отец отказал мне в просьбе оплатить хотя бы один год обучения, сославшись на то, что у него нет денег. Нет денег именно на меня. Ведь двое его других детей учатся в престижных колледжах, и их обучение он оплатить в состоянии.

С губ срывается грустный смешок. Прячу лицо ладонями и закрываю глаза.

Не знаю, на что я рассчитывала, когда писала ему. Но точно не на то, что он просто молча пришлет мне билет домой.

Отец года.

За время ведения блога и работы в SMM я смогла накопить небольшую сумму, которая могла бы покрыть мои расходы, но точно не на учебу. И ее уж точно бы хватило на то, чтобы купить самой себе билет.

Вот только что мне делать в Англии?

Мама живет на Бали, а может, уже и нет. Мы не общались несколько лет, с того самого момента, как я перевелась в Юту по обмену. И она даже ни разу не попыталась со мной связаться. И несмотря на гражданство Великобритании, мне совершенно нечего там делать. Вся моя жизнь здесь, в Солт-Лейк-Сити.

Моя учебная виза вот-вот закончится, а подать документы на рабочую, чтобы пройти практику, я смогу, только будучи студентом магистратуры. Но без необходимой суммы я не могу стать студентом магистратуры. Замкнутый круг.

— Ягодка, я, конечно, люблю, когда ты вся влажная, но то, что ты сидишь под дождем, смущает даже меня, — вдруг раздается голос Деймона.

— Деймон, у меня сегодня очень плохой день. И я в отвратительном настроении. Прошу, засунь все свои похабные подкаты себе в задницу и оставь меня в покое, — не поднимая на него взгляда, прошу я.

Замечаю, что на меня больше не летят капли, и все же открываю глаза. Прямо над головой вижу зонт, а перед моим лицом — взволнованный взгляд Деймона, севшего на пятки передо мной и держащего этот самый зонт.

— Нас могут увидеть, — выдавливаю из себя.

— Да мне плевать. Я не буду стоять и смотреть, как ты сидишь под дождем на улице. У тебя какой-то фетиш на дождь? Нравится сидеть на холодных ступеньках полностью промокшей? — Он вскидывает бровь. — Потому что если нет, то я планирую тебя отсюда унести.

— Унести? — переспрашиваю я.

Шумно выдохнув, Деймон вдруг без слов передает мне рукоятку зонта, чтобы я взяла его, а затем одной рукой касается моей спины, пока другой проскальзывает мне под колени. Не успеваю опомниться, как оказываюсь на его руках. Он выпрямляется так легко, словно я ничего не вешу, после чего направляется в сторону моего дома.

— Ты собираешься отнести меня домой? — задаю наитупейший вопрос.

— Рад, что твой мозг не успел отморозиться.

— На улице тепло.

— Поэтому ты как ледышка? — сквозь зубы цедит Деймон. — Эли, какого черта?

— У меня плохой день.

— Ты посидела на холодной лестнице и вся промокла, он разве стал лучше?

— Нет. И не отпускай шутки про то, что лучше бы я посидела на твоем лице.

— Это и вправду было бы лучше, ягодка.

С моих губ срывается смешок, пока я внимательно разглядываю его лицо. Оно сегодня на удивление сосредоточено и взволновано. Карие глаза сегодня кажутся какими-то темными. А пухлые соблазнительные губы сжаты в тонкую линию.

Он выглядит рассерженным, но я все еще не знаю, могу ли я спросить его почему. Поскольку наша сделка, скорее всего, не подразумевает то, что у нас будут разговоры по душам. Но тогда какое ему дело до того, что я промокла?

— Я могу дойти сама.

— Обычно, когда такое говорят мне мои пациенты, я их хвалю.

Коротко смеюсь и обхватываю его шею свободной рукой, пока другой крепко сжимаю зонт, чтобы Деймон не промок. Хотя, учитывая то, что я насквозь мокрая, своей одеждой я определенно уже оставила следы на его.

— Почему ты решил стать спортивным реабилитологом?

— Потому что за четыре года слишком часто видел, как ломаются парни на поле. И понял, что хочу помогать тем, кому кажется, что жизни после спорта не существует. Парадокс в том, что они получают не просто физическую травму. В этот момент они ломаются и психологически. Это сидит в голове и не поддается контролю. И реабилитация не столько помогает быстро вернуться в форму, сколько позволяет радоваться простым мелочам вроде того, что ты смог пошевелить собственной ногой или самостоятельно дойти без костылей. Мне хочется делать что-то важное, как-то помогать людям. Тем более раз Господь даровал мне волшебные руки. Уж ты-то знаешь. — На его губах появляется самодовольная ухмылка.

Я качаю головой, но все же тоже издаю смешок.

— А почему у тебя плохой день? — спрашивает Деймон, удивляя меня, ведь я не думала, что он захочет узнать.

— Потому что я не набрала нужное количество баллов, чтобы получить стипендию в магистратуре.

— Но ты можешь получить спортивную стипендию. У тебя ведь сейчас именно такая, да?

— Да, — киваю я и тут же хмурюсь, пытаясь понять, откуда ему это известно. — Но для этого нужно победить на чемпионате штата. А это довольно сложно, учитывая то, что «Ягуары» будут выступать в неполном составе из-за травмированных флайеров.

— Брось, ягодка. Ты звезда чирлидинга.

— Ты хоть раз видел нашу программу? Или твой взгляд всегда падал лишь под юбки флайерам?

— Мне не нравится то, что ты слишком хорошо меня знаешь. — Он притворно дует губы, и я лишь усмехаюсь. — Но на самом деле я видел, как много ты тренируешься. Сколько раз падаешь, а затем снова встаешь. Каждый твой прыжок отработан, каждый мах ногой доведен до идеала, а твоя ультракороткая юбка лишь придает всему этому особый шарм. Потому что ты охренительная.

От его слов я задерживаю дыхание.

— У меня встает, когда я вижу тебя с помпонами.

— У тебя встает даже от легкого дуновения ветерка, — закатив глаза, смеюсь.

Деймон неисправим.

— Нет, знаешь, как бы странно это ни прозвучало… Я давно не засматривался на других девушек.

— Я видела тебя на стадионе вчера. Ты флиртовал с нашими новенькими.

— Ревнуешь? — дерзко улыбается Деймон. — Не нужно, ягодка. Если бы я хотел трахаться с кем-то другим, то уже бы делал это, а не был бы сейчас здесь, с тобой. Я знаю, что не могу дать тебе того, чего ты хочешь. Но дружба с привилегиями может помочь нам обоим. Ты полностью устраиваешь меня в постели. Ты не стеснительная, говоришь о том, чего хочешь, и не имитируешь оргазм. Я ненавижу женщин, которые его имитируют. И дело даже не в эго, а в том, что она и сама в этот момент не получает удовольствия. И вместо того чтобы делать вид, что тебе хорошо, лучше просто открыть рот и сказать, что нужно сделать, чтобы и в самом деле испытать оргазм. Никогда не имитируй, ладно?

— С чего ты взял, что я не имитирую? — фыркаю я.

— Нет, ягодка. Ты не такая. Ты чертовски охренительна в сексе. И поэтому можешь не волноваться насчет других чирлидерш. Ты единственная, на чью задницу под юбкой я хочу смотреть.

— Вот это комплименты! — С моих губ срывается смешок. — Ты не устал меня нести?

— Нет, не устал. Ты легкая. И краем глаза я могу любоваться твоими сиськами с этого ракурса.

Я закатываю глаза с цоканьем.

— Прости. Ты просила оставить сегодня все свои тупые подкаты. Так тебя расстроило что-то еще?

Прикусив губу, обдумываю, должна ли я сказать ему, что у нас осталось не так много времени на наш секс по дружбе. Но все же решаю промолчать, ведь я не хочу, чтобы все это между нами заканчивалось.

— Нет, — лгу я тихим голосом.

Деймон внимательно смотрит на меня своими янтарными глазами и будто бы понимает, что я солгала. Хотя что за глупости? Наверняка я лишь придумываю. Ему будет все равно, когда я улечу. Он сможет быстро найти мне замену, это не такая уж проблема, ведь каждая девчонка в кампусе мечтает оказаться в его постели.

А я… вряд ли я так просто смогу забыть Деймона Сантоса и то, что он заставлял меня чувствовать рядом с ним самой собой.

— У меня сегодня вечеринка. Ты придешь?

Мотаю головой.

— Тебе бы не помешало развеяться, ягодка.

— Это вряд ли мне поможет.

— Ты уверена? — Он опускает меня на ноги возле дома.

— Да. Не люблю вечеринки. — Я выдавливаю из себя улыбку. — Но ты повеселись. И спасибо, что проводил меня.

— Я не позволю какому-то дождю выполнять за меня работу и делать тебя мокрой. — Подмигнув, Деймон отходит от меня и возвращается в сторону кампуса.

Я смотрю ему вслед, даже не замечая, как по щеке стекает слеза.