Глава 61. Тахир
Глава 61. Тахир
Тахир вносит меня в спальню. Широким шагом, не сбавляя скорости, будто опасается, что если замедлится, я растворюсь в воздухе.
Рядом с кроватью он осторожно ставит меня на ноги, достаёт артефакт, что крепил на плече в лесу.
Изумруды вспыхивают… и мир затихает. Полностью. Ни звука из коридора, ни отголосков пира. Только наше учащённое дыхание.
Тахир отступает на шаг. Смотрит на меня. Стоит близко. Его глаза темнеют, в них плещется что-то дикое, и я не могу отвести от них взгляд.
— Долго ждал, — говорит он низко, и в его голосе вибрация, от которой мурашки бегут по всему телу. — Дождался.
Я хочу ответить, что тоже ждала, но слова замирают у меня на губах: Тахир начинает раздеваться.
Медленно. С нарочитой неспешностью.
Застёжки звенят. Здесь так тихо, что я слышу шелест его дорогой одежды.
Заворожённо смотрю на его руки — сильные, с длинными пальцами и широкими запястьями, — как они двигаются, обнажая его мощные плечи, широкую грудь.
Его совершенно рельефное тело приковывает взгляд. Каждая мышца перекатывается при при резких, но удивительно гармоничных движениях.
Любуюсь его изумрудной кожей с тёплым живым оттенком. Замечаю тонкие давно зажившие шрамы на плечах и у края рельефного пресса.
Нестерпимо хочется подойти ближе, коснуться, но не могу пошевелиться. Стою, как зачарованная. Смотрю…
Тахир медлит, оставаясь в одних штанах, обтягивающих его сильные узкие бёдра, давая мне время разглядеть его. Охватываю взглядом совершенный, умопомрачительно мускулистый торс, поднимаю глаза на его сосредоточенное лицо.
Какой же он красивый… Мужественный, нестерпимо желанный. Почему я ещё не подошла? Почему он ещё не прикоснулся ко мне?..
— Нравлюсь? — спрашивает он хрипло.
Я киваю. Не могу вымолвить ни слова. Он усмехается краешком губ и продолжает раздеваться. Штаны падают, он перешагивает через них, и я смотрю на него целиком.
Краснея, опускаю глаза на его возбуждение и сглатываю: там он тоже весь красивый, длинный и крупный. Внутри всё вспыхивает, и я вскидываю взгляд на его лицо, погружаясь в бездну потемневших глаз.
Отчётливо чувствую себя одетой напротив его — обнажённого. Моё свадебное платье из тёмно-зелёного шёлка кажется досадной помехой, но я будто окаменела.
Смотрю на моего мужа, и двинуться не могу...
Его нагая сила и моя укрытая шёлком хрупкость — от этого контраста во всём моём замершем теле просыпается острая, жгучая дрожь.
Тахир всё не двигается. Смотрит на меня. Пристально. Скользит взглядом по моему лицу, задерживается на губах, опускается ниже, на грудь, и ещё ниже, на бёдра.
Я так остро чувствую его горящий взгляд, словно прикосновение.
— Подойди, — велит он низко.
Сама не понимаю, как ноги слушаются, когда они совсем ватные. Делаю шаг. Второй. Останавливаюсь совсем близко от него.
Он не прикасается. Только смотрит сверху вниз. А в глазах плещется такое…
— Разденься, — его новый приказ.
Его низкий, вибрирующе-сильный голос звучит повелительно, но в нём столько ласкового тепла и собственнической нежности, что я не могу ему не подчиниться.
Мои пальцы дрожат, когда я тянусь к пряжке пояса. Серебро скользит, ткань расходится.
Платье падает к моим ногам, затем и сорочка. В его глазах что-то настолько жаркое вспыхивает, что я невольно опасливо прикрываюсь руками. Он перехватывает меня за запястья, разводит мои руки в стороны.
— Не надо, — говорит он, и голос его становится ещё ниже, обретая бархатно-рычащие ноты. — Я хочу видеть тебя.
Замираю, позволяя ему смотреть. Внизу живота начинает пульсировать и тянуть неумолимо нарастающим желанием.
И тоже смотрю… в его лицо, как его горящий взгляд ласкает моё обнажённое тело, как темнеют его глаза, а на скулах проступают желваки.
Понимаю вдруг, чего ему стоит сдерживаться.
— Какая же ты красивая, — хрипло и низко произносит он. — За всю жизнь не насмотрюсь.
С этими словами Тахир медленно поднимает руку. Одно плавное неспешное движение — и его тёплая ладонь ложится на мою талию. Я чувствую, как сильно он сдерживает себя, как напряжены его пальцы, когда он осторожно касается моей обнажённой кожи.
— Иди ко мне, жена, — произносит он, притягивая меня к себе.
Я делаю шаг, и, наконец, ощущаю его жёсткое рельефное тело. Грудь к моей груди, его бёдра к моим, его внушительное возбуждение, такое явное и твёрдое, упирающееся мне в живот.
Он не двигается. Только стоит так, давая мне время осознать нашу близость. Представить, что будет дальше.
Стою, подрагивая, чувствуя, как его рука медленно гладит мою спину, изучает каждый позвонок, вырисовывает кончиками пальцев круги, и я не выдерживаю — с тихим всхлипом обнимаю его и прижимаюсь ещё плотнее к нему.
— Нежность моя… — шепчет он мне в волосы, прижимая к себе сильнее. — Бесконечно любимая. Нестерпимо желанная.
Отстраняется, касается осторожно моего подбородка, приподнимает моё лицо. Наклоняется, и его губы касаются уголка моих губ.
— Сейчас я возьму тебя, — жарко шепчет он мне в губы. — Буду делать тебе хорошо…
От его уверенных слов у меня внутри всё сжимается, а между ног совсем уже влажно и так горячо. Ожидание распаляет меня. Я уже совсем на грани. От его слов и желания, плещущегося в низком голосе, от близости. От предвкушения…
С хриплым стоном Тахир вдруг резко опускает руки ниже, на мои ягодицы. Сжимает, поднимает, и я взлетаю в его сильных руках.
Он держит меня на весу, и я чувствую, как легко ему удерживать меня. Никакого усилия. Только стальная мощь. Я обнимаю его за шею, прижимаюсь к нему, смотрю сверху вниз в его пылающие страстью глаза.
Тахир медленно опускает меня, я чувствую его твёрдость у самого входа, и… безошибочно точным плавным движением он вторгается вглубь, наполняя меня до краёв.
Стону протяжно, запрокинув голову от ощущения восхитительной наполненности. Он большой, но я уже вся мокрая для него.
Это остро, ярко, и я стону от нового сильного движения, когда он заполняет меня ещё глубже.
Сильные и плавные толчки. Обжигающе неспешный ритм.
Он держит меня на весу, с лёгкостью приподнимает, опускает, и каждый раз я чувствую, как глубоко он проникает, как восхитительно приятно растягивает меня.
Его лицо передо мной. Сосредоточенное, мужественно красивое, с прищуренными глазами. Смотрит на меня неотрывно, жадно, словно опасается моргнуть и тут же потерять меня.
Ритм нарастает, его бёдра двигаются быстрее и сильнее, и я прижимаюсь к нему, обнимая его за шею, чувствуя, как он управляет каждым моим движением.
Я стону всё громче, совершенно не сдерживаясь. Благодарна Тахиру за артефакт тишины, ведь с ним я могу быть собой. Потому что то, что я чувствую с ним, никак не смогу в себе сдержать.
Мои ногти впиваются в его плечи, но он даже не морщится. Только улыбается хищной довольной улыбкой, от которой я не могу отвести глаз.
Его толчки становятся быстрее, глубже, и… неожиданно мир вокруг меня взрывается.
Я вдруг вспыхиваю с громким стоном и сладкой дрожью, а Тахир продолжает двигаться, не давая мне успокоиться, продлевая мгновения ослепительного наслаждения.
Вторая волна накатывает тут же, быстрее, острее. Я извиваюсь в его руках, но он держит меня с лёгкостью, так надёжно, что я полностью расслабляюсь, позволяя урагану блаженства унести меня в небеса.
Смутно осознаю, что Тахир опускает меня на кровать. Затуманенным взглядом смотрю на него, в его глазах — жаркое, дикое пламя.
Я дрожу, стону его имя, а он смотрит на меня… и вдруг обнимает меня, прижимая к себе. Утыкается лицом в мои волосы. Дышит глубоко, неровно.
Я обнимаю его крепче, чувствуя, как внутри разливается счастье. Оно такое огромное, такое всепоглощающее, что не помещается в груди, ищет выход через слёзы, которые уже подступают к глазам.
Тахир чуть отстраняется, смотрит на меня. Проводит пальцем по моей щеке, стирая непрошеную влагу, и наклоняется к моим губам.
Его губы прижимаются к моим с уверенностью, осознанием своего полного права брать меня поцелуем, брать меня всю. С нестерпимой нежностью, от которой я совсем уж таю, открываюсь ему, отвечаю на неторопливый поцелуй.
Тахир целует так, будто у нас впереди вечность, умело ласкает, так, что я задыхаюсь от нежности и любви к нему.
— Иола, — шепчет он в мои губы. — Моя любимая. Как же ты прекрасна. Я знал, что буду счастлив с тобой, но даже близко не представлял, что настолько. Иди ко мне ещё.
Он перекатывается на спину, увлекая меня за собой, и я оказываюсь на нём верхом. Мои руки упираются в его плечи, и я чувствую ладонями, как под ними перекатываются тугие мускулы.
Тахир смотрит на меня снизу вверх. Пристально. Тяжело. В его взгляде столько всего, что кровь снова кипит и требует продолжения.
— Продолжим? — он приподнимает бровь.
Я киваю, улыбаясь. Как же я его хочу…
Он улыбается краешком губ и приподнимает меня чуть выше, чуть ближе к себе. Направляет меня, придерживая за бёдра, и медленно, плавно опускает на себя, вторгаясь в мою глубину.
Я вбираю его в себя. До основания. Выгибаюсь, вскидывая голову, с тихим, протяжным стоном.
Тахир любуется мной. Чувствую его горячую ладонь, как она с бёдер поднимается вверх, ласкает грудь, и выше, накрывая шею — держит аккуратно, но плотно, и делает первый глубокий толчок.
Я чувствую себя такой открытой, такой уязвимой, и в то же время абсолютно защищённой.
Всего несколько сильных глубоких толчков, и я срываюсь вихрем наслаждения снова.
Это снова случается внезапно. Неожиданно для себя чувствую, как внутри всё сжимается, и тут же разливается по дрожащему телу сладкой, острой волной.
Я вскрикиваю и Тахир притягивает меня к себе, укладывает на себя, наполняя меня плавно, несмотря на спазмы, сотрясающие меня. Я упираюсь лбом в его плечо и стону непрерывно, содрогаясь снова и снова.
Всё это время мой любимый движется в моей глубине, шепчет мне в волосы что-то на орочьем, ласкает по спине и бёдрам.
Чувствую, как он напрягается подо мной, и его могучие мышцы каменеют. Ещё несколько резких, быстрых толчков, и он прижимает меня к себе сильно, нестерпимо бережно.
Всё его могучее тело содрогается, выплёскивая в меня своё тепло.
Я лежу на нём, тяжело дыша, чувствуя, как внутри меня пульсирует его жар, а сердце бьётся в бешеном ритме.
Тахир гладит меня по спине, медленно, успокаивающе. И когда я наконец поднимаю голову, чтобы посмотреть на него, он снова целует меня. Нежно-нежно.
— Не смогу насытиться тобой, — хрипло шепчет он в мои губы. — Но тебе пока хватит. Всё же долгий был день, и до этого путь…
Он тянет руку в сторону, нащупывает ящик, достаёт очищающий артефакт и быстро и сноровисто убирает с наших тел следы нашей близости.
Таю от его заботы и того, как нежно и надёжно он обнимает меня. Погружаюсь в ощущение свежести и чистоты, в его любовь.
А потом меня накрывает недоумение. Отдыхать?.. Во мне ведь столько сил! И… от того, как он плавно и неспешно поглаживает меня по спине, внутри новые и яркие желания пробуждаются.
Закусываю губу от того, что я хочу ещё.
Мало мне его. Очень мало. Он ждал? Я ведь тоже ждала!
Поднимаю голову и встречаю его пристальный выжидающий взгляд из-под опущенных длинных ресниц.
— Тахир, — улыбаюсь я, — ты, конечно, тот ещё хитрец.
Он приподнимает бровь, а в уголке его красивых губ появляется лёгкая усмешка.
— Это ещё почему? — хрипло спрашивает он.
И ладонью ещё так провоцирующе гладит по моей спине…
— Тахир! — смеюсь я. — Ты ведь нарочно сказал для меня купальню сделать с теми травами, да? Я же теперь не хочу отдыхать!
Его усмешка приобретает хищный оттенок.
— Понравилось со мной, жена?
— Очень, муж, — соглашаюсь с улыбкой я.
— Сил много у тебя теперь, значит… — предвкушающе тянет он.
Ох! Тахир переворачивает меня быстрым плавным движением. Я оказываюсь на животе, лицом в подушку, а его горячее тело прижимается к моей спине.
— Я рад, что ты не хочешь отдыхать, — бархатно-низко и хрипло произносит этот невозможный орк, приближая губы к моей спине.