Глава 6

Очнувшись, я не сразу поняла, что нахожусь в своей комнате. Раньше здесь было помещение для уборочного инвентаря. На небольшой площади располагалась узкая кровать, небольшая тумбочка и несколько полок на стенах вмещали все мои вещи. Подскочив, ухватилась за голову, ощутив головокружение, и автоматически глотнула из стакана, стоящего на тумбочке. Странный вкус напитка подозрительно напоминал раствор, который мне доводилось пить после сильных кровопотерь. Заглянув в стакан, я поняла, что не ошиблась. Стоимость лекарства превышала разумные пределы, и я допивала его, читая сопроводительную записку на плотном листе, оставленную, как оказалось, моим начальством. Сугубо деловым тоном ректор сообщал, что подписал мне допуск к экзамену и дополнительный приказ о последующем зачислении меня в преподавательский состав. Документы, подтверждающие это, лежали на подоконнике.

Осторожно поднявшись, я огляделась и поняла, что нахожусь в той же одежде, что и вчера, а повреждения ограничиваются всего лишь уже подживающими ранами на плечах и шее. С облегчением выдохнув, я сморгнула подступившие слёзы. Приведя себя в порядок, я прихватила потёртое покрывало, бутылку воды и вышла из комнаты. Согласно моему первоначальному плану ректор должен был быть на пути в столицу. Составить анонимный донос труда не составило, на разбирательство должно уйти не меньше недели. К тому времени я уже буду на полигоне, и никто не посмеет опротестовать результаты. Ну, а если их не будет… Об этом думать не хотелось.

Солнце пригревало по-весеннему, и я забралась на крышу общежития. Мне было необходимо немного загореть для практики на выезде, чтобы в первые же дни не бороться с ожогами, теряя драгоценные баллы. Сняв одежду, я осталась в купальнике и, смазав кожу защитным кремом, растянулась на расстеленном покрывале. Отчего-то яркий свет заставлял меня впадать в странное оцепенение. В таком состоянии я могла проводить долгое время, сбрасывая напряжение и успокаиваясь.

Я услышала их, когда было слишком поздно. Шорох чужих осторожных шагов вывел из забвения. Вскинувшись, я увидела троих парней с моего курса на пять-семь лет старше меня. Пытаясь проморгаться, я отползла назад и уткнулась спиной в вентиляционный короб. Кричать или звать на помощь было бесполезно: большинство курсантов разъехались на выходные к родственникам и опекунам, а те, кто остались, никогда бы не стали выручать меня. Своя шкура дороже, а у этих, судя по одежде и татуировкам, украшающих тела, — благородное происхождение и сила, о которой мне не стоило даже мечтать. Под их пристальными взглядами хотелось сжаться в комок и скулить от ужаса. Наверное, именно на такую реакцию они-то и рассчитывали. Справившись с постыдным желанием, я оттолкнулась от крыши и поднялась на ноги.

— Смелая? — самый высокий шагнул вперёд, демонстрируя внушительные клыки. Я вспомнила его. Чарен. Красивый, наглый, один из первых в группе по силе и ловкости. Но не по тактике.

— Скорее, глупая, раз припёрлась сюда, — констатировал парень пониже, с лицом, покрытым рисунком точечных шрамов.

— Второе вероятнее, — признала я очевидное. — Простите, я уже ухожу…

Гаденько хохотнув, они переглянулись и двое, не сговариваясь, стали обходить меня с флангов. Видно, что подобное они проделывали уже не раз. Коротким движением я мазнула кончиками пальцев по кулону, привычно получая от этого заряд уверенности, и сняла щиты. С большим трудом мне удалось сделать судорожный вдох сквозь стиснутые зубы от понимания, что я вряд ли выживу после того, что эти подонки собираются сделать со мной. До этого выдерживали лишь те, кто мог изменяться. По всем законам логики меня должен был обуять страх, но вместо него сознание затопила холодная ярость. Мозг фиксировал каждое движение членов своры, и тело заняло максимально выигрышную позицию. Я оказалась на парапете. Подо мной несколькими этажами ниже располагалась безлюдная парковка. Ветер растрепал мои волосы, и они бились в лицо непослушными прядями.

— Давай, по-хорошему, — прорычал, судя по центральной позиции, лидер.

— Один на один, значит, слабо? — с шальной улыбкой выкрикнула я.

Единственным моим шансом на спасение было вывести из строя главного. Этому нас учили с первого курса. Деморализовав противника, ты получаешь шанс. Большего мне было и не надо. Мои слова зацепили Чарена. Он мотнул головой, призывая своих подельников отступить и смело двинулся ко мне. Когда между нами оставалось пара шагов, и мужчина уже собирался стащить меня вниз, я заскулила, протягивая к нему дрожащие руки и склоняя голову. Ни на секунду не заподозрив подлога, он повелительно сунул мне под нос ладонь, о которую мне следовало потереться лицом, признавая поражение.