40 В логове Зверя

Андрей

– Придётся нам всё-таки разделиться, – объявил Андрей то, что, пожалуй, и так уже всем было ясно. И всё-таки он напряжённо ждал, что скажут в ответ. Особенно Делия. Особенно после того как он добавил: – Мы с Ясенем попробуем добраться до этого самого оружия Серых, а ты, Гордей, выводи всех наверх! Ждите нас у тех скал, где мы последний раз ночевали!

Но возражения в этот раз сперва посыпались не от жены, а от старшого:

– Нет, Беркут, – покачал головой Гордей, – уж тут давай мы как-то без тебя обойдёмся! С Ясенем сам пойду, он меня проводит. А вы уходите…

– Туда-то проводит, а обратно вы как выбираться будете? – хмуро возразил Андрей. – Или ты знаешь, где выход из этой крысиной норы? Вот-вот. А я знаю. И обязательно выберусь отсюда. Мне есть ради чего… – он бросил короткий взгляд на бледную молчаливую Делию. Потом чуть ближе шагнул к старшому, сжал его плечо: – Гордей, не надо вот этих споров, не до геройства сейчас. Я тебе самое ценное доверяю – людей. Жену мою доверяю. Понимаешь? Царевну нашу, друзей наших, этих людей, которым надо помочь… И уберечь их только ты можешь!

Гордей тяжко вздохнул:

– Смотри мне, орёл! Не вернёшься живым – найду и по шее дам! Власа и Лазура с собой возьмёшь! И не спорь!

Они хлопнули друг друга по плечам и разошлись.

Теперь… ещё несколько драгоценных секунд, чтобы проститься с любимой.

В глазах Делии стояли слёзы, она закусила губу и отчаянно замотала головой. Потом решительно вскинула подбородок:

– Я никуда без тебя не пойду. Я с тобой! Куда угодно, только с тобой!

– Дель, – он поймал её лицо в ладони, заглянул в глаза, полные боли и страха, – родная, им надо помочь! Понимаешь? Путь отсюда наверх знаешь только ты. Без тебя они не выберутся. Нельзя же людей в беде бросать. Помоги им!

– А ты? – всхлипнула она.

– А я выберусь, обязательно выберусь. Обещаю, – он подмигнул озорно и, склонившись, на миг коснулся её дрожащих губ. – Вот! Теперь точно вернусь к тебе! С таким-то оберегом…

Она судорожно вздохнула, улыбнулась и, качнувшись, поцеловала его в грудь, у самого сердца.

– Вот теперь точно вернёшься… – она отступила, выскальзывая из его рук, и сразу стало так холодно и тоскливо. – Я буду ждать… Я всегда тебя жду, родной мой.

Гордей уже поторапливал всех. И Делия решительно двинулась вперёд, на ходу объясняя старшому, куда надо поворачивать, и где может быть засада Серых.

А Беркут всё смотрел ей вслед, словно окаменев, не в силах двинуться с места.

Но время… проклятое время, которого всегда слишком мало, уже назойливо тикало где-то внутри, как старые часы с кукушкой, напоминая, что нужно идти и делать то что должно.

***

И снова череда каменных коридоров, каких-то пещер, дверей, лестниц. Андрей поймал себя на панической мысли, что скоро даже он запутается в переплетении подземных нор и забудет, как выбраться из этого муравейника.

Впрочем, в глубине души он знал, что шанс выбраться отсюда и так ничтожно мал. Скорее всего, сегодня он сложит здесь голову. Он был почти готов к этому. Недаром же так трепетно прощался с любимой. Да, он был почти готов…

Но жить всё равно очень хотелось. Хотелось до отчаяния.

Ведь у него теперь есть ради кого, ведьонаего будет ждать, и если он сегодня погибнет, его смерть разобьёт нежное сердечко Делии. А ведь он обещал, что его оплакивать не придётся. Он обещал. И надо сдержать своё слово.

А ещё так хотелось взглянуть в глаза своему ребёнку, дождаться, когда он появится на свет. Уже ради одного только этого хотелось выжить – сделать невозможное, но выбраться из этой западни.

«Я ведь даже не успел сказать Делии, чтоб сына Егором назвала…» – посетовал мысленно Андрей. Что ж, вот и ещё один повод остаться в живых.

Да и парней жалко. Хорошие ребята. И Влас, и Лазур – надёжные товарищи, смелые воины. И молодые совсем, им ещё жить да жить…

И даже вот этот тщедушный, измученный пленом почти старик тоже наверняка хочет жить.

Значит, надо как-то выбираться самому и выводить отсюда остальных.

А ещё не сомневаться в том, что и у Гордея всё получится, и старшой тоже обязательно доведёт тех, кто ему доверился, до свободы и безопасного места.

Ну а сейчас надо думать о деле…

– Ясень, а ты давно здесь? – на ходу поинтересовался Беркут.

– Не знаю точно. Теряешься в днях да ночах, когда света белого не видишь. По моим подсчётам третий месяц пошёл… – учёный, которого буквально тащил на себе Лазур, тяжко вздохнул.

– Выходит, эти твари уже три месяца у нас под носом рыскают, гадость нам готовят, а мы… всё прохлопали… – скрипнул зубами Андрей.

– Когда я сюда попал, тут у них уже логово было обустроено. Стало быть, даже раньше…

Влас на это только зло скривился, и Андрей ратника отлично понимал.

Они ведь старались границы оберегать, кольцо вокруг столицы держать. Если бы не предательство Рарига, Серые бы в царский терем не пробрались.

А теперь выясняется, что беда совсем с другой стороны чуть не подкралась.

Впредь надо это учесть… Патрулировать всю территорию Белогорья. Изучить все места, подобные этому, где есть пещеры, где могут прятаться серые твари. Иначе всё это может повториться…

Впрочем, чтобы рассказать государю о том, что тут произошло, сперва надо испортить замысел врага, уничтожить то, что может уничтожить Белогорье, и самим ещё отсюда ноги унести.

А это оказалось не так-то просто. Чутье Андрея по-прежнему помогало ему улавливать опасность заблаговременно, и всё-таки сейчас, выбирая путь, приходилось в основном полагаться на память изнурённого Ясеня. А он – не Делия, где посты часовых не запомнил. И вычислять, за каким поворотом могут поджидать Серые, приходилось, лишь полагаясь на удачу.

Со слов учёного оставалось уже совсем немного до нужного грота, но вот тут как раз и начались трудности. Оно и понятно, рядом со столь важным местом, и вероятность натолкнуться на Серых возрастала.

Очередной поворот, и…

Андрей среагировал первым, моментально нажав на курок огнестрела.

Влас предусмотрительно оттолкнул Ясеня к стене, за небольшой выступ. Сами же ратники Гордея тотчас подключились к атаке.

Беркут считал большой удачей то, что у Серых пока не было своего оружия, способного поражать на расстоянии. В ближнем бою эти чудовища во много раз превосходили даже самых крепких и рослых мужчин, но издалека они всё-таки были уязвимы для белогорских огнестрелов.

Пусть эти белёсые молнии порой не сразу прожигали крепкую шкуру Серых, но всё-таки сражаться на расстоянии с ними было возможно. Здесь, в подземельях, когда их осталось всего трое воинов из всей дружины, единственный шанс выжить как раз и сводился к тому, чтобы не подпустить Серых к себе близко, поразить издали.

А вот если попадутся твари с огнестрелами, станет действительно тяжко.

На этот раз напоролись, к счастью, на Серых, вооружённых их необычными мечами, и успели перестрелять тех, прежде чем чудища подобрались опасно близко.

Однако то, что пришлось поднять шум, конечно, было очень и очень нехорошо. Андрей уже чувствовал, как внутри всё напряглось, тревога разливалась по телу, и нервы звенели как гитарные струны.

Ох, явится сейчас серое полчище! И что тогда?

Успеть бы главное сделать, только бы успеть всё сделать!

Перескочив через мёртвое серое тело, Беркут метнулся к входу в заветный грот.

Но за спиной послышался топот множества ног, и какой-то пугающий грохот.

Андрей тревожно оглянулся, в узком каменном коридоре появилось сразу несколько Серых, они стремительно приближались.

– Беркут, давай, давай же! – махнул ему Лазур. – Мы их задержим! Взрывай лешему на радость всю эту гадость!

Влас и Лазур заняли удобные ниши по обе стороны от входа в пещеру. Теперь их немного прикрывали искривлённые каменные стены, а вот приближающийся враг был как на ладони. Снова застрекотали огнестрелы.

Но Андрей уже не смотрел, как разгорается новый бой – подхватив едва переставлявшего ноги Ясеня, он нырнул в проём пещеры и изумлённо ахнул.

***

Делия

Она указывала путь Гордею машинально, пыталась взять себя в руки, без конца напоминала себе, что от неё сейчас зависит столько жизней – она просто не вправе сдаться.

Но все мысли неизменно возвращались к Андрею. Его взгляд напоследок… Он прощался так, словно знал, что больше уже никогда её не увидит.

Сердце сжималось от страха и тревоги, в глазах темнело, воздуха не хватало. Делия искусала все губы до крови, без конца ругая себя.

«Не смей, не смей так думать! Не смей! Он вернётся. Он обещал. Он всегда держит слово. Не смей раскисать! Ты царская дочь, а не квашня! Возьми себя в руки! Он вернётся. Он вернётся. Обязательно вернётся…»

Думать сейчас нужно было о том, как выбраться, а не о том, что будет с Андреем. Но как она могла выкинуть его из головы, если для неё он стал не просто мужем и возлюбленным, а частью её души, её сердца, её счастьем, её смыслом. Она не могла снова его потерять.

«Третий раз – всё решает…»

Значит, сегодня последнее испытание, и если они его пройдут, дальше всё будет хорошо, обязательно всё будет хорошо. Главное верить, что всё получится.

Она ведь сама недавно Андрея убеждала, что он обманул смерть, что больше она к нему не подкрадётся. Так отчего же теперь так тревожно, так волнительно? Почему душа не на месте?

Нельзя сомневаться! Нельзя!

Он обещал, она ему свойоберег любвиподарила – значит, всё будет хорошо, всё закончится благополучно. Её герой скоро вернётся, вернётся с победой!

Нужно просто верить и ждать, верить и ждать…

И не подвести его. Ведь Андрей ей такое важное дело доверил.

Делия вскинула голову, расправила плечи, удобнее перехватила огнестрел.

– Гордей, сейчас налево поворот. Проверь сперва – там могут быть Серые…

***

До заветного выхода из подземелья оставалось совсем немного. Именно здесь начинался крутой подъём – Делия хорошо запомнила эту лестницу и неудобные ступеньки, выщербленные в скальной породе.

Ещё немного, и можно будет вдохнуть свежий воздух свободы, увидеть небо и солнце.

Но как раз тут и началось…

Сначала дорогу внезапно преградили двое Серых. Гордей и Домьян, не раздумывая, бросились на них врукопашную. На помощь подоспел и Дан. Расстрелять чудищ было бы проще, но сейчас казалось особенно опасным привлекать внимание треском огнестрелов.

Делия с ужасом смотрела, как мужчины отбивались от жутких клинков Серых. Воины Белогорья тоже умели обращаться с холодным оружием и всегда имели при себе охотничий нож, короткий меч или топор. Но огромные серые твари порой казались неуязвимыми для обычного лезвия.

Однако так только казалось…

Сначала со своим противником справился Гордей, следом и Дан нанёс смертельный удар второму чудищу.

Гордей утёр пот со лба и призывно махнул остальным:

– Быстро! Наверх, наверх! Ну, бодрее, братцы!

Старшой уже тоже понял, что до выхода осталось не больше пары сотен шагов. Здесь уже никаких поворотов и опасных перекрёстков не было. Прямой путь наверх, к долгожданной свободе.

Делия в последний раз с тоской оглянулась назад, будто надеялась, что Андрей догонит прямо сейчас… Но его, конечно, не было за спиной.

– Давай, царевнушка, давай, поторапливайся! – мягко подтолкнул её в спину Гордей, замыкавший их шествие.

Делия вздохнула и стала спешно подниматься по ступеням.

В это время в спины беглецам долетел какой-то смутный шум. Он зародился где-то в недрах пещеры и стремительно разрастался, неумолимо приближаясь, становясь всё громче.

– Кажется, вашу пропажу обнаружили… – охнул Гордей. – Эй, дружина, взбодрись! Живо наверх!

Его призыв подстегнул даже тех, кто уже едва переставлял ноги. Спотыкаясь и шумно дыша, беглецы карабкались по ступеням к заветному выходу.

А когда неожиданно в глаза ударил дневной свет, и лица коснулся свежий ветер, раздольно гулявший по плоскогорью, Делия едва сдержала слёзы.

Всё это казалось чудесным, добрым сном. Неужели позади заточение, позади весь пережитый ужас, ожидание смерти или ещё худшей доли?

Наверное, сейчас у всех в душе царили схожие чувства. Даже в глазах суровых мужчин стояли слёзы.

Но, увы, у них не было ни времени, ни права даже на радость и ликование. Угроза всё ещё дышала в спину. И нужно было бежать дальше…

– Гордей, где вы с Андреем встретиться сговорились? – окликнула Делия. – Веди нас!

***

Бегство продолжалось, но продолжалось лишь чудом, ведь никаких сил уже давно ни у кого не осталось.

Ладно ещё могучие ратники Гордея… – хотя и они уже порядком устали, а на чём держались бывшие узники Серых, и вовсе было непонятно. Они даже идти не могли без поддержки и помощи, но, кажется, готовы были ползти, если понадобится.

Наверное, их вело вперёд желание выжить. Да и не могли эти люди сдаться теперь, когда за ними пришли, когда их вытащили из той жуткой темницы, когда подарили им надежду. Сдаться – значит, подвести всех тех, кто рисковал ради них своей жизнью, и всё ещё рискует. А так ведь нельзя…

– Почти пришли… – Делия даже не ожидала, что услышать эти слова от Гордея будет так радостно. – Вот там сейчас укроемся.

Она оглядела небольшие скалистые выступы, окружённые кольцом густого кустарника. Если забраться вглубь этих зарослей, то со стороны точно никто не разглядит.

Хорошее убежище.

Да и то ещё славно, что вокруг камни, на них почти не остаётся отпечатков ног – есть надежда, что Серые потеряют их след.

Пробравшись сквозь сплошную стену кустарника, все повалились на землю, тяжело дыша. Теперь, когда добрались до места, у всех буквально в одно мгновение силы закончились.

По крайней мере, так казалось, пока Гордей не скомандовал сурово:

– Ну-ка, подъём! Ишь разлеглись… Занять оборону по кругу. Домьян – на скалы, следить за приближением врага! Родим, подлечи тех, кому срочно помощь нужна, и тоже на скалы! Остальные – залечь по кустам, оружие наготове держать. При появлении Серых, без моей команды не стрелять – подпустим поближе…

Никто старшого ослушаться не посмел, мигом бросились выполнять распоряжения.

Делия пошла вместе с Домьяном. Аккуратно, чтобы, не дай боги, со скользких камней не сорваться, вскарабкалась на выступ скалы, с которого все окрестности были как на ладони. Замерла, словно орлица, зорко глядя вдаль.

Да только время шло, сердечко болело, а никто так и не показался на каменистой пустоши. Ей чудилось, минула целая вечность. Давно пора бы любимому их нагнать, но Андрей не возвращался.

И от этого так тягостно и страшно было на душе. Не радовало даже то, что Серые так и не появились, будто забыли о сбежавших пленниках.

В конце концов, она осторожно спустилась вниз, разыскала залёгшего в зарослях старшого и решительно заявила:

– Гордей, нужно вернуться! Я пойду туда… назад. Вдруг Андрею помощь нужна…

– Ишь чего удумала, царевна! – охнул ратник. – Ты это брось!

– Андрей хотел, чтобы мы всех из подземелья вывели. Мы их вывели, укрытие нашли… – упрямо стояла она на своём. – А теперь… теперь нужно вернуться.

– Да он, в первую очередь, тебя оттуда вывести хотел. За тобой шёл! – заворчал, поднимаясь, Гордей. – Ты – его жена, ты ему всех дороже. Он мне голову оторвёт, если за тобой не догляжу!

– А он –мой муж, –Делия едва сдержала слёзы, что уже заволакивали глаза. – Я не могу его бросить там одного.

– Беркут не один. С ним мои гридни, – буркнул Гордей, глядя в сторону.

– Пусть так… Но меня там нет. И я иду назад, – твёрдо бросила царевна.

– Ну… стало быть, и я с тобой, – шумно вздохнул старшой. – Одну не отпущу.

– И я с вами, – раздался за спиной голос Добряна.

– Ты-то куда собрался… болезный? – хмыкнул Гордей.

– Меня уже Родим подлечил чуток. Смогу. Рука левая, конечно, не шевелится ещё… Но это ничего, я и одной правой могу Серым вражинам морды бить… – возразил Добрян и расправил широкие плечи – мол, вон я какой – ясный сокол.

– Ладно, добро, – кивнул Гордей. – Огнестрел у царевны возьми. Я сейчас остальным скажу… И выдвигаемся.

***

Андрей

На мгновение Беркут ошеломлённо замер, окидывая взглядом огромный грот. Он даже представить себе не мог, что здесь, под горой, может быть такая гигантская пещера.

Сеть искусственных лестниц оплетала все её стены. Сейчас Андрей и старый учёный оказались на одной из таких площадок. Потолок же грота терялся где-то в темноте, а на дне плескалась тёмная, как чернила, вода.

А вот в центре этого поразительного места, на массивной площадке, окружённой солидным ограждением, стояло нечто напоминавшее формой громадное яйцо. Только вот, почти как в той сказке, яйцо было не простое, а… металлическое. По крайней мере, его серебристые гладкие стенки на вид казались стальными.

В верхней части этого странного сооружения имелось несколько отверстий, вызывавших неприятные ассоциации с дулом огнестрела.

Впрочем, спустившись чуть ниже, Беркут увидел, что и низ этой странной штуковины не идеально гладкий, а также имеет отверстия. Эти дыры были побольше, вроде иллюминатора или люка. К некоторым из отверстий тянулись трубы, а другой их конец был погружен в воду, заполнявшую всё пространство под площадкой.

– Туда вниз, скорее! – поторопил Ясень.

Андрей подхватил пожилого учёного под руку, опасаясь, что мужичок скатится по скользким ступеням и попросту убьётся. Но Ясень, оказавшись у цели, словно обрёл второе дыхание.

И это было как нельзя кстати. Ведь наверху, у входа в пещеру Влас и Лазур продолжали свой бой. А на этот шум откуда-то из бокового коридора выползло ещё несколько Серых.

Андрей бросил Ясеня и открыл огонь по чудищам, не особо заботясь о том, куда попадают молнии огнестрела. Даже если он случайно повредит этояйцо динозавра,высотой в три человеческих роста, это им только на руку.

Пока Беркут избавлялся от незваных гостей, Ясень успел добраться до самого низа лестницы и очутился на площадке. Отстрелявшись, Андрей метнулся туда же.

Перебравшись на другую сторону каменного рва с водой, Беркутов увидел, что старый учёный сдвигает в сторону крышки, закрывавшие отверстия у самого днаяйца.

– Помочь? – с готовностью осведомился он.

– Нет, люки и клапаны я сам открою, – отмахнулся Ясень. И тут же сунул руку прямо в тёмную дыру и рванул что-то так, что раздался треск и скрежет. Похоже, он тут не просто что-то открывал, но и крушил попутно. – А ты уничтожь шлюзы! Вот эти три…

И на миг отвлёкшись, старик быстро ткнул в нужные точки.

Вот теперь Андрей рассмотрел тёмные створки прямо в каменной стене пещеры. Судя по всему, их приоткрывали, чтобы наполнить водой ров вокруг площадки.

Что ж, оставалось надеяться, что огнестрел их возьмёт.

Беркут прицелился и выстрелил. Раз, другой, третий… Прочный металл поддаваться не желал. Камень вокруг шлюза уже раскалился докрасна, но створки упрямо не желали раскрыться и выпустить на свободу подземную реку.

Вот тогда Андрею пришло в голову, стрелять именно в скалу вокруг шлюза. Камень быстрее поддавался и крошился. И, наконец, свершилось!

Изрешечённая горная порода не удержала металлическую заслонку. Огромный кусок скалы вывалился, и в грот хлынул настоящий водопад.

Теперь нужно было действовать ещё быстрее. Каменный ров заполнялся прямо на глазах, тёмная, как нефть, вода уже переливалась через край, постепенно подползая к площадке.

Со вторым вышло быстрее. Теперь Андрей сразу обстреливал камень вокруг шлюза. Через несколько мгновений ещё один поток воды хлынул в пещеру.

Громкий плеск, эхом отражаясь от стен, заполнил всё пространство внутри.

Андрей развернулся к третьему шлюзу, но подскочивший Ясень дёрнул его за руку.

– Брось! Уже не надо. Бежим! Бежим! Сейчас начнётся…

Судя по выражению лица учёного, начаться должно было нечто ужасное.

Вода уже затекала на края площадки и прибывала с каждой секундой.

Андрей подхватил тщедушного старика, подсадил на ближайшую лестницу и сам, подтянувшись на руках, забрался на металлическую площадку.

Наверх они практически взлетели. Силы у обоих давно закончились, но сейчас, когда новая угроза наступала на пятки, даже у ослабшего Ясеня вдруг такая прыть появилась, что и молодой бы позавидовал.

А ещё через несколько мгновений Беркут понял, о чём говорил учёный. Лестница, по которой они бежали, внезапно задрожала так, что Андрей едва устоял на ногах. Он глянул вниз и обомлел, всё прибывавшая вода уже начала затапливать низ яйцеобразной конструкции, и сейчас… она вскипала так, словно под площадкой кто-то развёл костёр. Над тёмной поверхностью, бурлившей ключом, уже поднимался пар.

– Скорее, сейчас рванёт! – заблажил Ясень, вцепившийся в перила двумя руками.

Лестницу трясло так, что на ней невозможно было стоять. Последние два пролёта они одолели, поминутно падая, чуть ли не ползком.

Буквально вывалившись обратно в коридор подземелья, который тоже уже заметно подрагивал, Андрей обомлел от внезапной тишины.

– Что там у вас? – испуганно оглянулся на них Лазур.

– Получилось, – коротко бросил Беркут, оглядывая усеянный мёртвыми серыми телами проход. – У вас, я смотрю, тоже… получилось.

– Ага, меня только зацепили… чуток… – скривившись, пожаловался Влас, – зажимая кровоточащую рану на плече.

Пол снова тряхнуло так, что мужчины едва устояли на ногах, Ясеня так вообще к стене отшвырнуло.

– Так… Ноги в руки, и бежим! – скомандовал Андрей.

Но быстро бежать не получалось. Бедняга Ясень значительно отставал. В конце концов, Лазур подхватил худощавого мужичка, взвалил себе на спину и просто потащил на себе. Андрей же держался впереди, безошибочно выбирая путь, а заодно и отстреливая возникавших на пути Серых.

Впрочем, атакующие чудища сейчас попадались редко. Скорее уж они в панике метались по пещере, пытаясь понять, что происходит.

Подземелье трясло так, что, казалось, вот-вот какая-нибудь каменная глыба рухнет прямо на голову. Пол раскачивался, мешая бежать.

Но четверо отчаянных мужчин упрямо прорывались к выходу, всё ещё лелея в душе надежду, что выбраться живыми у них всё-таки получится.

Очень хотелось выжить, и снова увидеть небо, и Делию… Очень.

Но Андрей знал, что даже если этому не суждено будет случиться, он умрёт с улыбкой на губах, зная, что самое важное он сделал – спас свою женщину, сына и родную землю.

***

Делия

Редкий лесок, если так можно было назвать несколько чахлых деревьев, умудрившихся вырасти здесь – в краю ветров и скал, служил хотя бы небольшим укрытием.

Делия и Гордей затаились на самом его краю. Добрян чуть в стороне, у корней старой кривой сосны.

Все внимательно осматривали издали тёмный проём двери, ведущей в подземелье.

Никто не спешил оттуда показаться. Время казалось, остановилось.

Делия чувствовала, как её уже трясёт от переживаний и тревог.

Или это не только она дрожит?

Царевна подхватилась с земли, даже про осторожность забыв, изумлённо глядя под ноги.

– Что это? Что творится?

Странная дрожь земли всё нарастала, жуткий гул поднимался откуда-то из недр земных, словно там, в глубине горы, рычал какой-то исполинский зверь.

– Неужто у Беркута вышло… – голос старшого дрогнул, будто он боялся спугнуть такую удачу.

Он поднял глаза на Делию, и в этом взгляде легко читалось всё, что не было сказано вслух. Наверное, и сама она сейчас просветлела от понимания, что всё было не напрасно, что Андрей, её Андрей, уже в который раз совершил невозможное – снова спас их всех.

А ещё забрезжила крохотная, как огонёк свечи, надежда, что он всё-таки вернётся к ней, вот прямо сейчас… выберется из чёрного зева горы, улыбнётся и обнимет крепко, когда она бросится ему навстречу.

В этом мечтательном искреннем порыве Делия настолько потянулась душой к любимому, что почти утратила связь с реальностью, и едва не пропустила молниеносное смазанное движение рядом.

Лишь в последний миг чудом умудрилась отскочить в сторону…

И с ужасом уставилась на появившегося буквально из воздуха Заргдиэля. В том, что это был именно он, предводитель Серых, Делия не сомневалось. Что-то неуловимо отличало Зверя от всех прочих тварей.

– Опять подышать захотелось, царевна? – ядовито поинтересовалось чудовище. – Что ж меня с собой не позвала?

Он сделал шаг, пытаясь схватить её своей огромной лапой, но тут уж очнулся Гордей и пальнул прямо в чудище.

Однако Зверь превосходил всех Серых вместе взятых. Он ускользнул от опасной молнии огнестрела, и в два прыжка оказался рядом с Гордеем. Ударил так, что старшого отбросило назад.

Тот, правда, сразу же подскочил. Огнестрел Заргдиэль у него из рук выбил, но Гордей бросился на чудище с ножом. Драка завязалась ожесточённая, но долго не продлилась. Ведь было ясно, что даже такой сильный и крепкий ратник, как Гордей, не сможет устоять перед этой серой махиной.

Но те несколько ударов, что старшой принял на себя, отвлекли Зверя, и Делия успела подхватить огнестрел. И когда Заргдиэль, бросив оглушённого Гордея, развернулся к ней, выстрелила без всяких колебаний.

Да только это её не спасло: Зверь снова отшатнулся очень проворно, и огненная молния лишь опалила ему плечо. С гневным рыком тварь оказалась рядом в одно мгновение, выбила из рук царевны оружие и вцепилась когтями в нежную шею. Одно движение, и всё – раздробит хрупкие позвонки…

Но в этот самый миг за спиной Заргдиэля мелькнул Добрян. А потом полыхнуло жарко, жутко, и чудовищный оскал Зверя вдруг исчез, развеявшись облачком дыма и огня.

Хватка разжалась. Огромное тело Серого грузно рухнуло к ногам царевны.

А перед ней остался стоять Добрян. Его дрожащие руки сжимали огнестрел, из которого он только что умудрился выстрелить прямо в висок Непобедимому Заргдиэлю.

– Ну… вот я тебя за всё и… отблагодарил… Зверь… – невесело усмехнулся Добрян, окинув взглядом бездыханную серую тушу.

Ратник поднял глаза на Делию. А потом…

Свет померк.

А когда вспыхнул снова, Добрян хлопотал над ней, и на нём буквально лица не было.

– Ух, очнулась! Слава светлым богам! Ты не пугай так, царевна! Ведь едва успел поймать… Беркут, мне потом бы… Ты как?

– Хорошо, всё хорошо… – Делия моргнула пару раз и, опершись на руку гридня, с трудом приподнялась.

– Вот и ладно… Тогда ты посиди! А я пока… старшим займусь… – кивнул Добрян.

– Гордей? – испуганно ахнула Делия.

– Живой я, живой… – подал голос ратник, пластом растянувшийся на земле. Его залитые кровью лицо и одежда выглядели жутко, но в голосе уже звучали обычные задорные нотки. – Сейчас Добряша подлатает, и буду как новый…

Добрян и, в самом деле, торопливо взялся лечить раненого.

А Делия, брезгливо покосившись на мёртвое тело, глубоко вздохнула, потом решительно подобралась ближе и запустила руку в поясную сумку Зверя. Через мгновение она извлекла оттуда гладкую чёрную пластину.

Выдохнув с облегчением, царевна прилепила свой мироключ на левый бок. Оставалось надеяться, что Заргдиэль не успел использовать её воспоминания во зло. Стоило вернуть себе мироключ, и мир вокруг сразу заиграл всеми красками.

Правда, теперь жуткая дрожь земли ощущалась ещё сильнее, и от этого накрывало волнами страха. Душа сжималась, чувствуя опасность, и разум предупреждал, что пора бежать отсюда…

Но она не могла уйти. Просто не могла уйти…без него.

Делия поднялась на ноги, застыла, белой берёзкой на ветру, смотрела, не отрываясь, на тёмный провал пещеры…

«Я жду… Желанный мой, любимый, родной… Я жду…»

Отчаяние сжимало горло, слёзы струились по щекам, но она этого не замечала…

Земля под ногами ярилась и вздымалась, как морские волны.

А потом…

Сначала Делии показалось, что глаза обманули, что мелькнувший у входа силуэт ей только померещился.

Но сердце уже узнало, уже рванулась навстречу душа, и она сорвалась вслед за ней, с пронзительным криком, одновременно счастливым до безумия и бесконечно горьким, метнулась, будто орлица, навстречу своему Беркуту.

Андрей поймал её в объятия, прижал к сердцу, зацеловывая горящие щеки, заплаканные глаза, солённые от слёз губы. Он не спрашивал, что она тут делает, почему ослушалась, он даже не ругал, только целовал, целовал и целовал…

Да иногда шептал, как в горячке: «Родная моя… Деля… родная…»

За спиной что-то жутко громыхнуло. Отстранившись на миг от любимого, царевна увидела, что это Лазур и Влас из огнестрелов разрушили каменный козырёк, нависавший над входом в пещеру. Теперь погони можно было не опасаться. Конечно, из подземелья наверняка не один выход, но здесь Серым после такого обвала точно не выбраться.

– Надо уходить! – поторопил Андрей.

Прижал её к себе, оплетая рукой за талию, и они поковыляли прочь. Следом шли и все остальные.

Правда, далеко уйти не успели. В очередной раз дрогнула земля, так что едва не сшибло с ног, а потом громыхнуло жутко, слово гроза началась прямо над головой. Только вот небо оставалось светлым, безоблачным, и солнышко щекотало нос золотыми лучами.

– Вот и всё, конец логову Зверя, – выдохнул с облегчением Андрей.

– И Зверю конец… – добавила Делия.

Поймала его удивлённый взгляд, но вместо разъяснений, обвила руками за шею, притянула ближе и нежно припала к желанным губам.

Да и правильно! Потом поговорят об этом, потом…

А сейчас… Стоит ли тратить время на разговоры о мёртвых чудищах, когда рядом любимый?! Самый лучший на свете, самый родной и… живой!