Глава 25

В первую секунду, проснувшись, я подумала, что все произошедшее ночью — просто сон. Даже стул стоял на прежнем месте, а не по центру, да и прибрано все было. Но воспоминания были слишком живы, слишком подробны для сна. И царапина на руке от соскользнувшей иголки шприца тоже была весьма красноречива.

Я потянулась за телефоном, чтобы посмотреть, который час. И ужаснулась, увидев, что уже половина второго. Это сколько же я спала? Видимо, все из-за таблетки… Еще удивляла тишина, будто в доме никого не было. Будто этой ночью ничего из разряда вон не происходило. А ведь должна была и Инга приехать…

Я поднялась с постели, накинула халат и решила проверить свои опасения. Первым делом заглянула в комнату к Владу: никого. И кровать заправлена, словно он и не спал этой ночью. Затем прошлась по коридору, прислушиваясь к тому, что происходит за другими дверями. Та же непривычная тишина. Я открыла дверь спальни Марины: шкафы открыты, одежда сброшена на кровать. В комнате Инге творилось почти то же самое, вдобавок ко всему стояли ее чемоданы, с которыми она летала на Канары. Неужели, пока я спала, здесь происходил обыск? Стало даже чуточку досадно, что я столько пропустила. Впрочем, неизвестно, как бы я себя чувствовала, присутствуя при таком…

Обследовав второй этаж, я спустилась на первый. Обрадовалась, услышав шкварчание сковородки и тихий голос Левы, что-то напевающий себе под нос.

— Доброе утро, — поздоровалась я, заходя. — Ну хоть одна живая душа в этом доме осталась… А то я думала, что проспала наступление апокалипсиса.

— Уже добрый день, — подмигнул мне Лева. — Выспалась?

— Не знаю. Чувствую себя ужасно разбитой… — я опустилась на стул. — А где все? Алевтина, Влад, Марина… Что тут было, пока я спала?

— Ты действительно все проспала, девочка моя, — усмехнулся Лева. — Следаки приезжали, Ингу перехватили, еще кажется, и Корсакова ее где-то на пути из аэропорта. Это я разговор ментов подслушал, когда они покурить выходили. Потом Ингу с Маринкой допрашивали… И в конце концов увезли в наручниках.

Боже, какой кошмар… Прямо не верится, вот это все происходит со мной, в моем доме. И, вроде, радоваться должна, что змея Инга получила по заслугам, но на душе совсем тошно.

— А Алевтина куда пропала? И Влад… — его отсутствие особенно тревожило. — Тоже со следователями уехали?

— Нет, они куда-то в другое место рванули, — покачал головой Лева.

— Вдвоем? — озадачилась я.

Лева кивнул:

— Влад даже такси вызвал. И Алевтина торопилась. Сказала, чтобы я тебя не будил, а если проснешься, предупредил, чтобы ты за них не волновалась. Скоро вернутся и все объяснят. Да, и чтобы я покормил тебя. Пасту будешь? Уже почти готова, — он откинул на дуршлаг спагетти, чтобы слить воду, затем переложил их в сотейник с соусом, по запаху, похоже, грибной.

— Буду, — я вдруг поняла, что все-таки голодна. — Только немного.

— Да знаю я, как ты ешь, — Лева снова улыбнулся и принялся тщательно перемешивать спагетти с соусом.

К тому времени, как я закончила обедать, Алевтина с Владом еще так и не приехали. И даже не позвонили. Я же сама набирать им не решилась, особенно Владу: вчера вечером мы не слишком хорошо с ними пообщались. Точнее, я пообщалась. Было немного стыдно за всплеск своих эмоций, однако сомнения в нем никуда не ушли. Даже несмотря на то, что он меня спас этой ночью. А его поведение тогда же только усилила их. Ну не мог простой парень, еще и из глубинки, все так четко организовать…

В таких тревожных бесчисленных мыслях обо всем сразу, я некоторое время просто бродила по дому, пока не обнаружила себя в кабинете отца. Здесь тоже отсутствовал прежний идеальный порядок: кресло стоит неровно, ручки на столе лежат отдельно от органайзера, стопка бумаг тоже неровная. И окно не завешено. Я попыталась привести все к прежнему виду, затем стала равнять книги на полках, как вдруг наткнулась на фотоальбом, в котором хранились снимки еще с моего детства. Я не смогла противиться искушению вновь окунуться в прошлое, где оба родителя были еще живы. Кажется, я не смотрела его со смерти мамы…

Я залезла с ногами в кресло и стала медленно листать странички с прозрачными кармашками для фото. Столько счастливых снимков и светлых воспоминаний… И сколько мало надо ребенку для радости. Новая игрушка… Поездка на море… Вкусный торт… И объятия мамы с папой.

Однако следующее фото заставила меня замереть в ошеломлении. На нем не было ни меня, ни мамы. Только папа, его друг Разумовский и… Влад. Совсем молодой, даже мальчишка, но это точно был он. Мой Влад.

От этого открытия закружилась голова. Я была настолько потрясена, что на несколько минут впала в ступор. Ясно было одно: моя интуиция меня не подвела. У Влада был секрет — и вот в чем он состоял. Сын Разумовского. Но что зачем он появился в моем доме, еще и под вымышленной фамилией? Что ему здесь было нужно? Или кто? Сомневаюсь, что я.

Я подхватилась и вновь направилась в его комнату. Мне нужна была хоть какая мелочь, какая зацепка, чтобы понять… В шкафу почти пусто: вещей у Влада совсем немного, но это ни о чем не говорило. Несколько футболок, джинсы, ветровка… Единственное, что бросается в глаза: одежда вся новая, незаношенная, на нескольких майках даже этикетки не оторваны. В ванной тоже минимум: недорогая зубная паста, щетка, дезодорант, гель для душа «2-в-1», упаковка одноразовых бритвенных станков.

Безликие вещи, ничего не говорящие о хозяине. Будто появились тут случайно. Даже несмотря на то, что Влад ими пользовался.

Когда я возвращалась к себе, услышала, как внизу хлопнула входная дверь. Я свернула к лестнице и увидела Алевтину.

— О, ты уже проснулась, — она улыбнулась. — Давно?

— Несколько часов назад, — ответила я, спускаясь. — Ты одна? — спросила затем. Влада с ней не было.

— Да, одна, — ответила Алевтина как-то неуверенно.

— Лева сказал, что вы уезжали с Владом. Куда?

— По юридическим вопросам, — снова уклонилась она от ответа. — А потом Влада вызвали к следователю. Он просил передать, что сам позвонит тебе, как освободится.

— Вижу, ты изменила о нем мнение, — заметила я, вдруг ощутив что-то вроде ревности. У Алевтины с Владом возникли внезапно какие-то общие дела, которые они вместе решали, не желая посвятить в них меня.

— А как же тут его не изменишь? — Алевтина улыбнулась. — После того, что произошло ночью. Он же защитил тебя. Можно сказать, спас. А это о многом говорит о нем, как о человеке. А еще он сказал, что любит тебя.

Мои щеки от этих слов вспыхнули. Слышать их было так приятно, но… Обман Влада все портил. Словно та самая ложка дегтя в бочке с медом.

— Ингу и Марину арестовали? — спросила я, меняя тему.

— Да, обеих, — вздохнула Алевтина.

— Это из-за покушения на меня?

— Не только, — и она посмотрела на меня с сочувствием. — Не только… Но я мало знаю. Подожди Влада, он все расскажет. Да, и, наверное, тебя тоже вызовут к следователю… Для дачи показаний. Так что будь готова.

— Понятно.

Мне очень хотелось спросить, знает ли Алевтина, что Влад — сын Разумовского, но в последнюю секунду смолчала, даже не знаю почему.

И как бы я ни была обижена на Влада, я все равно ждала его звонка. Ждала встречи, чтобы объясниться. Посмотреть ему в глаза, услышать правду.

Он позвонил поздно вечером, когда я уже лежала в постели.

— Привет, — его голос был хриплым от усталости.

— Привет, — мой же тон против воли стал напряженным.

— Как ты?

— Нормально.

— Все еще злишься?

Я замолчала, не зная, что ответить.

— Нам надо поговорить, — продолжил Влад. — Я обещал тебе все объяснить.

— Будешь делать это по телефону? — получилось язвительно, но я ничего не могла с собой поделать. Внутри все смешалось: любовь, обида, растерянность.

— Не думаю, что это хорошая идея, — он же усмехнулся. — Завтра. Мы встретимся завтра вечером и обо всем поговорим, хорошо?

— То есть ты сегодня не вернешься? — сердце болезненно сжалось. — Не придешь ночевать?

Влад ответил не сразу.

— Я еще в следственном комитете, — сказал потом. — И завтра с утра у меня есть одно важное дело. Я пришлю тебе утром адрес, где буду ждать тебя, и время. Ты же придешь?

— Не знаю, — ответила в пику ему. — Все твои эти секреты… Я не знаю, как к ним относиться.

«А еще я знаю, кто ты. Но хочу услышать это от тебя».

— Я люблю тебя, — раздалось в трубке совсем неожиданно.

Теперь уже я замолчала, не в силах ответить. В горле встал ком, а к глазам подступили слезы.

— Я буду ждать тебя, — продолжил Влад. — А если ты не приедешь, приду за тобой сам, — он усмехнулся. — А теперь ложись спать. Уже очень поздно.

— Я, вообще-то, проснулась сегодня в обед, — буркнула я, кусая губы.

— Ну и что? Спать все равно нужно. А завтра не забудь сделать упражнения. Ты уже два дня пропустила. Я уже молчу о массаже.

Я все же улыбнулась сквозь слезы. Нет, он невыносим…

— Спокойной ночи, — в его голосе тоже слышалась улыбка. Я даже представила его лицо в этот момент, и сердце вновь защемило.

— И тебе тоже. Пока, — поспешила ответить я и первая отключилась.

Откинулась на подушку и вытерла слезы. Что ж, послушаем, что он скажет мне завтра…