Глава 22

Гитте действительно принялась усердно готовить пироги. По вечерам дом наполнялся дразнящим ароматом. Когда Атали нанесла мне недолгий визит, то сморщила нос и строго-настрого запретила прикасаться к такой пище. Зато Аян и мрачный слуга вовсю наслаждались угощением.

От Атали я узнала, что король весьма доволен результатами своей поездки и скоро возвращается в столицу, а это значит, что парад наложниц пройдет в положенный срок. Весть о возвращении короля мне подтвердил и Йотун в одной из наших бесед.

– Возможно, твое предсказание окажется правдивым, – сказала я Гитте. – Говорят, что король сейчас в благостном настроении. Вот только как он узнает о Тиссе, ума не приложу.

– Это произойдет. Камни сказали весьма четко: Тиссу спасет король. От тебя потребуется отвага.

– А ты будешь печь свои пироги?

– Именно так.

* * *

Маг был в кабинете со своим мрачным родственником, который убил змею около озера. Обстановка в комнате была напряженной. Шторы были плотно задернуты, отсекая дневной свет.

– И что прикажешь мне делать? – раздраженно спросил Маг.

Мрачный тролль сидел в кресле, вытянув ноги, и молча следил, как его дядя нервно перекладывал бумаги на широком столе.

– Его может разозлить мое внезапное появление, но… однако же…

– Может принести многие выгоды, – мрачный тролль закончил фразу.

– Тогда решено, я поеду навстречу королю!

Маг поднялся, голос его окреп:

– Определенно. Я найду нужные слова, чтобы убедить его величество.

– Не сомневаюсь, дядя.

– Горм, я всецело полагаюсь на тебя в управлении поместьем и об этом… – он постучал по стопке бумаг на стол, – также прошу позаботиться.

– Конечно, – улыбка на мгновение озарила унылое лицо.

Маг собрался уходить.

– А девушка? – спросил Горм, и его глаза хищно блеснули. – Что с ней будет?

– Она ядовита, племянник. Дурманит разум мужчинам, лишает их власти. Лучшим решением будет ее продать. – Лицо Мага исказилось злостью, и в то же время на нем мелькнуло еще что-то… мучительное, темное.

– И покупатель уже имеется? – равнодушно спросил Горм.

– После. Сейчас не до этого. Я еще не окончательно решил.

– Конечно, дядя. Все ваше внимание должно быть сосредоточено на предстоящей встрече с королем.

Маг похлопал племянника по плечу.

Поместье он покидал в большой спешке в сопровождении небольшого отряда охраны.

Наблюдая за его отъездом, я все больше и больше позволяла себе поверить в предсказание Гитте.

Трудно было не увлечься подобными мыслями, наблюдая, как решение Мага ведет его прямо к королю. Вдруг в их разговоре всплывет имя Тиссы… кто знает, как все повернется.

Если он так жаждет ее продать, вдруг рассудит, что поэтесса с золотым голосом является достойным «подарком» его величеству, и таким образом освободит ее от своего влияния.

Мне нестерпимо захотелось написать Тиссе о том, что ждать избавления осталось недолго. Захотелось побыть тем «светлячком», который посылает крошечный огонек надежды.

* * *

Горм ходил по большому дому с таким видом, как будто действительно был здесь полноправным хозяином. Не стесняясь, усаживался в кресла, переставлял красивые безделушки на каминных полках. Он словно примерял другую жизнь… Будет ли ему хорошо среди этой мрачноватой роскоши? Понравится ли ему вид на черное озеро?

Он весьма уверенно отдавал распоряжение слугам, а те, вышколенные до предела, беспрекословно выполняли малейшую прихоть.

Тисса один раз попалась на его пути, но легкой, почти невесомой тенью поспешила исчезнуть. Вне всякого сомнения, Горм заметил девушку, но как будто не обратил на нее внимания.

Найдя состояние дома удовлетворительным (как будто за то короткое время после отъезда Мага что-то могло прийти в упадок), он вызвал ключницу и главного управляющего мужской прислугой.

Мрачно оглядев троллей, которые стояли, склонив головы, он растянул губы в улыбке и сказал:

– Итак, ваш хозяин и мой дорогой дядя уехал. Его не будет несколько дней. И поскольку я нашел дом в образцовом порядке, то думаю, всем вам не повредит немного отдыха.

Заявление было столь неожиданное, что слуги позволили себе переглянуться.

– Отдыха, господин?

– Да, именно так. Накройте ранний ужин в зеленой гостиной, охотничий завтрак в малой желтой комнате, и все могут быть свободны…

– Свободны до обеда? – обретя спокойствие, спросила ключница, но все равно ее голос звучал удивленно.

– До вечера завтрашнего дня, – непринужденно уточнил Горм.

– Но кто-то должен остаться в доме, на случай если вам что-то понадобится.

– Об этом не беспокойтесь. Знаю, мой дядя так вас не балует. Так что используйте время с пользой.

– Как прикажете.

Слуги поклонились.

Горм кивнул, словно признавая собственное великодушие, и протянул руку.

– Ключи.

– Но так не принято, – женщина схватилась за связку на поясе так, как будто ей предлагалось раздеться.

– Ты хочешь оспорить приказ своего господина? Разве он не оставил меня управлять всем так, как я посчитаю нужным?

Женщина колебалась. На ее лице отразилась сомнение и внутренняя борьба. Выбор был между неподчинением прямому приказу и страхом не выполнить свои обязанности. За любой из проступков Маг покарает ее без жалости.

– Мне долго ждать? – поторопил Горм.

Привычка подчиняться без лишних вопросов взяла верх. Ключи перекочевали к племяннику.

– Вот и славно.

Мрачный тролль наблюдал из окна, как из главного дома уходят слуги. Стайка горничных упорхнула, хихикая и что-то обсуждая.

– Прошу меня простить…

Горм обернулся, недовольно вскинув бровь.

– Тут письмо… обычно хозяин сперва прочитывал… прежде чем отдать… эм… Тиссе.

– Да, положи на стол.

Слуга почтительно положил конверт на стол и поспешил поскорее убраться.

Дождавшись, когда дом окончательно затихнет, мрачный тролль довольно вздохнул и взял конверт.

Он точно знал, что в доме кое-кто все-таки остался…

Я едва могла сдержать крик досады. Какая же я идиотка! Теперь план Горма был очевиден. И это его кружение по дому было не чем иным, а охотничьим ритуалом.

Тисса сидела в отведенной ей комнате. Это была каморка в полуподвале, весьма скудно обставленная, с узким окном, забранным решеткой.

– Письмо от твоей подружки.

Тисса поднялась и подошла к троллю, протянула руку. Кончик конверта коснулся ее ладони, но, как только девушка захотела его забрать, мужчина резко убрал руку, пальцы Тиссы сомкнулись на воздухе.

– Отдай, – спокойно сказала она.

Но он с издевательской улыбкой снова протянул ей послание.

– Так возьми.

Тисса снова потянулась, но ее мучитель вновь убрал руку.

– Не хочешь? – продолжил издеваться он.

Девушка вновь попыталась отобрать у него письмо, но он просто поднял руку над головой и был очень доволен собой, когда она в погоне за моим письмом подпрыгнула.

О, теперь семейное сходство Мага и его племянника становилось очевидным.

Тисса отошла и равнодушно отвернулась.

– Ну же… – подначивал ее Горм.

– На этот раз я не попадусь. Оставь письмо и уходи, – сказала она, садясь на краешек постели.

– Как грубо. Я же могу…

Раздался звук разрываемой бумаги.

– Нет, – в испуге выдохнула Тисса.

Но тролль лишь разорвал конверт, развернул лист и без зазрения совести принялся читать.

– Как захватывающе, – сказал он. – Еще одна пустоголовая девка, у которой на уме одни стишки.

– Что она пишет? – поинтересовалась Тисса и бросила быстрый взгляд из-под опущенных ресниц.

– Как обычно. О том, что при возвращении ее покровитель будет удивлен, как много стихов она выучила. Человечка возомнила, что может быть похожа на тролльчанку, – он скривился с отвращением и подошел к Тиссе.

Она взглянула на него снизу вверх. Ее спина была очень ровной. Тисса была похожа на натянутую струну.

Мое письмо, точно опавший с дерева лист, приземлилось к ней на колени.

Тисса взяла бумагу, ожидая подвоха, но Горм продолжал неподвижно стоять, дожидаясь, пока она прочитает.

Он рассматривал девушку с явным интересом и наконец сказал:

– Ты красива.

Тролль взял Тиссу за подбородок, вынуждая взглянуть на него.

– Но так упряма. Зачем ты мучаешь себя и навлекаешь гнев дяди?

Тисса отвернулась и пожала плечами, выражая полное равнодушие к своей судьбе.

– Дядя считает, что ты действуешь, как яд, отравляешь разум мужчин. Можешь даже свести с ума. Это правда?

– Откуда мне знать, – ответила Тисса.

– Так ты делаешь это не нарочно?

– Делаю что?

– Занимаешь мысли, – Горм усмехнулся.

При других обстоятельствах подобный разговор мог бы предшествовать признанию в любви.

– Мысли можно занять и более достойным предметом, – сказала Тисса и хотела подняться. Но тролль удержал ее за плечо.

– Я отпустил слуг до завтрашнего вечера. Мы одни в доме.

– Одни, – эхом повторила она и погладила мое письмо, расправляя заломы на бумаге. – Совсем?

– Совсем, – усмехнулся он и костяшками пальцев коснулся ее щеки.

Глаза Тиссы чуть сощурились.

– Горм… ты не боишься?

– Он сам разрешил пользоваться всем, что мне может понадобиться. И сейчас мне просто необходимо…

Горм коснулся ее губ, и его большой палец проник ей в рот.

– Поняла, чего я хочу?

Она кивнула и послушно взялась за его пояс.

– Умница. Я мог бы убедить не продавать тебя.

Тисса сняла связку ключей. Они весело звякнули. Девушка соскользнула с кровати, опустившись перед мужчиной на колени. Горм свысока смотрел, как она справляется с завязками и тянет штаны вниз.

– Давай же… возьми в рот.

На его лице появилось победное выражение.

– О, да… у меня получится смирить твой нрав и приручить…

Рука Тиссы как бы невзначай легла на кольцо, она перебирала ключи нежным касанием, пока не наткнулась на маленький серебристый ключик с витым кольцом.

В этот самый момент она изо всех сил толкнула Горма. Он повалился назад на кровать, получив дополнительный удар под колени выступающей деревянной рамой, а сама тролльчанка, увернувшись от его руки, в отчаянном, зверином рывке бросилась к двери.

Тролль бы догнал ее, но помешали штаны, запутавшиеся вокруг его лодыжек. Он был точно стреноженный конь, который может лишь нелепо подпрыгивать. Пока Горм, ругаясь, избавлялся от штанов, Тисса захлопнула дверь и трясущимися руками пыталась попасть ключом в замочную скважину. Металл истерично звякал о металл.

Ей удалось вставить и повернуть ключ как раз в тот момент, когда дверь задрожала, как от сильного удара, но звука не последовало.

– Ха-а… – крикнула Тисса. – Не выйдет! Можешь биться и кричать, сколько влезет. Никто не услышит. Давай, попробуй применить магию!

Тисса согнулась пополам от смеха… На глаза навернулись слезы, а все ее тело сотряс сухой рвотный спазм.

Горм пытался снова и снова высадить дверь. А потом все стихло.

– Ага! – отдышавшись, сказала Тисса и вытерла рот тыльной стороной ладони. – Вижу, ты рискнул. Твой дядя позаботился о том, чтобы я не могла применять заклинаний, а еще он предоставил возможность кричать так громко, как позволяет голос. Он придавал значение приличиям.

Она медленно опустилась на пол, как будто разом кончились силы, и провела несколько минут, просто сидя и глядя в пустоту.

Было очень тихо. Где-то наверху тикали часы, да иногда ветер ударял ставней.

Тисса как будто очнулась и поднялась на ноги. На дверь, за которой находился Горм, она больше не оглянулась.

Тисса не торопилась, но и не медлила. Она выгребла из письменного стола Мага монеты, в его спальне достала из тайника немного драгоценных кристаллов и украшений. Проходя мимо, накрытого к раннему ужину стола, собрала в салфетку хлеба, сыра и вареного мяса, сделала пару весьма щедрых глотков вина прямо из горлышка. Подумав немного, она захватила бутылку с собой.

Связку ключей оставила на видном месте, унеся с собой маленький серебряный ключик, который позже с размаху зашвырнула в озеро, и еще один, которым отперла ворота.

Затем маленькая закутанная в плащ фигурка выскользнула наружу.

* * *

– Гитте! Гитте!

Голова шла кругом от избытка видений и от увиденного.

– Что, тайрис? Почему ты кричишь? Ты как будто увидела мертвеца.

– Гитте, – одними губами прошептала я, – Тисса сбежала.

Тролльчанка кивнула.

– И куда она пошла?

Я попыталась вызвать видение, но у меня из носа пошла кровь.

– Не знаю, – прижимая смоченный в холодной воде платок, ответила я. – Я не знаю.

– Тише, тише… отдохни.

– Отдохни? Уже темно! Куда может отправиться беглянка? Одна, ночью? На ее пути столько опасностей!

Ответ я получила за полночь, когда Тисса возникла на пороге дома Йотуна.