Глава 29. Счастлив тот, кто умеет ждать
Паша
Я с наслаждением следил за тем, как Варя краснеет-бледнеет, но старается вести себя непринужденно. Она пила чай после бани, заодно отвечала на вопросы бабушки. Вся раскрасневшаяся, но и довольная.
В бане она всё-таки попарилась. После ухода бабушка я наскоро помылся и сидел в предбаннике, давая ей возможность спокойно помыться. Оставлять её одну в чужом месте было бы некрасиво. В доме у нас Варя уже была, на свадьбе моего брата Сереги. Но это сколько лет назад было. У нас многое поменялось, да и баня новая отстроилась уже. Поэтому я терпеливо ждал, пока она попариться, попивая холодный квас. Домой мы зашли вместе, чтобы бабушка ничего не заподозрила. Для всех своих родных я женился по любви. Так оно и было, кроме ответных чувств. Невзаимных. Пока…
Мама про мою женитьбу была предупреждена заранее, чтобы поговорила с бабушкой. Я знал, что они примут любой мой выбор, но перестраховаться не помешает. Новость, что у Вари есть дочь, они примут достойно. Бабушка наша сама воспитывалась в семье дяди, в ней я не сомневался. Она быстро нашла подход к Диане. Родня могла засомневаться в разнице возрастов. В нашей семье мужчины всегда были старше.
Бабушка у меня огонь. Советской закалки, всю жизнь проработавшая в школе завучем. Но человек очень хороший и добрый, с большой буквы. Кто проходил её своеобразную проверку, тот и был вхож в нашу семью. И Варя прошла её с блеском, согласившись сходить со мной, со своим мужем, в баню. Бабушка считала, что муж и жена с первых минут замужества должны понимать того, что они теперь одно целое. «Муж с женой должны быть подобны руке и глазам: когда руке больно — глаза плачут, а когда глаза плачут — руки вытирают слёзы[3]. Я всегда считала, что японцы умный народ», ‒ поучала она нас. И мне всегда нравились слова бабушки.
«В наше время сломанные вещи чинили, а не выбрасывали», ‒ ворчала частенько, поучая нас. И я всегда держал в своей голове её слова о том, что как бы муж и жена не ссорились, спать ложиться они должны вместе. Как и париться вместе в бане. Улыбнулся, вспоминая, как Варя забежала в баню, заставляя меня прикрыться. Хотя я итак был в минимальной одежде, переживая за её чувства.
‒ Надеюсь, скоро наша Дианочка обзаведется братиком или сестренкой, ‒ не то спрашивала, не то утверждала бабушка, даже не взглянув на нас. Она угощала новоиспеченную внучку блинчиками.
Мама заулыбалась, а Варя чуть не поперхнулась чаем, затем повернула голову в мою сторону и раскраснелась, пряча испуганные глаза. Все намеки на чувства и близость между нами наводили на неё панику. Я знал, что она провела между нами черту из-за разницы возраста между нами. Старался её понять, но принимать не мог.
Я хотел Варю. Я полюбил её. Давно. И как бы она не отстранялась от меня, прикрываясь годами, что стояли между нами, настанет время, когда Варя сама признается. Признается в том, что годы между нами ничто по сравнению с чувствами. Я видел, что она уже меняется. Мне оставалось только ждать, не торопя её. И постараться всё не испортить.
‒ Бабуль, не гони лошадей. Все происходит в своё время для тех, кто умеет ждать[4], ‒ ответил ей её же словами. До совместных детей нам столько всего ещё надо преодолеть. И, к тому же, пока я не готов был «делить» её ни с кем. Попозже, но не сейчас…
Устав от долгой дороги и бани, я не стал долго заживиться за столом. Уступив свою постель Варе и Диане, сам лег в комнате брата. Пусть женщины поговорят сами. Мне завтра снова в город, а дальше ещё и до столицы, путь не близкий. Только сон не шел…
Я бы сейчас с удовольствием обнял Варю и просто наслаждался бы её близостью. Всё бы отдал за минуты, что хочу провести с ней. Вместо этого лежал в одиночестве и думал о том, что мне еще сделать и предпринять, чтобы она взглянула на меня по-другому. Когда наступит такой момент? Как скоро я дождусь ответных чувств? Вместо ответов до меня доносились тихий шепот за столом через приоткрытую дверь. Слова разобрать не мог, да и не старался. И вскоре уснул, под монотонные звуки их разговоров.
‒ Спасибо тебе, Паш… ‒ сквозь сон почувствовал нежное касание, но никак не мог проснуться, как бы ни пытался. ‒ Спасибо… ‒ и не понимал, сон это или всё происходило наяву. Путал реальность, снова уходя в царство морфея…