Глава 39. Доминика.

Квартира. Ночь.

Я лежала и смотрела в потолок.

Не потому что там было интересно. Просто шевелиться было больно. Очень. Чертовски. Нечеловечески.

Шрамы от крыльев ныли — погода менялась, видимо, или планеты не так встали, или просто вселенная решила надо мной поиздеваться. Шрамы от пуль отзывались тупой пульсацией. Шея, которую этот урод чуть не оторвал, горела огнём.

Всё болело.

— Ненавижу погоду, — сообщила я потолку. — И метеоритные бури. Или что это там. На что ещё люди обычно валят вину, когда всё болит?

— На демонов, — голос Кости справа.

— И демонов ненавижу, — продолжила я. — Всех, кроме тебя.

— Спасибо.

— Пожалуйста. Тебя я люблю. Вот только сейчас умру.

— Не умрёшь.

— Умру. От боли. Это новый вид смерти. Никто из демонов ещё не умирал, а я умру. Буду первой.

Он хмыкнул, но промолчал. Умный. Понял, что спорить бесполезно.

Я прислушалась.

Сверху, от соседей, доносились звуки. Ритмичные, громкие, со вкусом.

— Кость, — позвала я.

— М?

— Там наверху, кажется, кто-то размножается.

— Похоже на то.

— Громко так. Со вкусом.

— Угу.

Я вздохнула. Поморщилась от боли в груди.

— Мне завидно.

— Чего?

— Завидно. Я тоже хочу размножаться. А мне больно.

Костя повернул голову. Даже в темноте я видела, как у него дёрнулся глаз.

— Доми, ты серьёзно?

— А что? Я лежу тут, вся в шрамах, как поле боя, а они там... ну их. Нечестно.

— Ты хочешь размножаться. Сейчас. Когда у тебя болит всё, включая, кажется, душу.

— Душа не болит. Душа радуется, что ты рядом. А вот тело — тело болит. И завидует.

Он засмеялся. Тихо, сдержанно, но я услышала.

— Ты невыносима.

— Знаю. Но ты же любишь.

— Люблю.

— Тогда полежи со мной. И помечтай, что когда-нибудь я смогу двигаться без боли. И мы тоже будем размножаться. Громко. Со вкусом. Чтобы соседи завидовали.

Костя лёг рядом, осторожно обнял, стараясь не задеть больные места.

— Будем, — сказал он. — Обязательно будем.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Я закрыла глаза.

Сверху всё ещё доносилось ритмичное поскрипывание. А мне вдруг стало спокойно.

— Кость.

— М?

— Ты самый лучший демон на свете.

— Знаю.

— Скромный тоже.

— Это уже лишнее.

Я улыбнулась и провалилась в сон.