Глава 6

Эльза

После школы я нахожу Нокса перед седьмой башней.

На ушах наушники, и он печатает на своем телефоне. Выражение его лица простое, но он кажется потерянным от мира.

Когда я подхожу к нему, в его наушниках громко звучит музыка в стиле хэви-метал. Увидев меня, он вешает наушники на шею и улыбается. С щелчком музыка прекращается.

— Вижу, ты увлекаешься металлом, — говорю я ему.

— Что я могу сказать? Тяжелые вещи говорят со мной.

Интересно.

Мы идем по открытому залу, разделяющему седьмую и восьмую башни.

— Не уверена, знаешь ли ты это, но у КЭШ десять башен. Первый курс учится в первой, второй и третьей башни. В четвёртой, пятой и шестой учатся вторые курсы. А студенты старших курсов в других четырех.

— Почему?

— Что ты имеешь в виду?

— Почему старшекурсники учатся в четырех башнях?

Я поднимаю плечо.

— Чтобы хорошенько сосредоточиться на школе, так как именно их будут принимать в колледжи.

— Ты уверена, что это не из-за их богатых родителей?

Смеясь, я качаю головой.

— Именно по этой причине. Ты прекрасно впишешься сюда, если изучишь иерархию.

— Это так важно?

Он теребит пальцами наушники.

Я останавливаюсь на пороге восьмой башни.

— Что важно?

— Иерархия. Ты можешь поменять ее, если тебе это не нравится.

Я продолжаю двигаться, и он присоединяется ко мне.

— Так было на протяжении веков. Это нельзя просто поменять.

— Никогда не узнаешь, пока не попробуешь. — он осматривает наше окружение. — Где твоя подруга с зелеными волосами?

— Ах. Ким. Она должна забрать своего брата, чтобы мы могли потом пойти на вечеринку.

— Ты только что сказала вечеринка?

Я оглядываю Нокса с ног до головы, и в голову приходит сумасшедшая идея.

Идея, которая может положить конец злой судьбе между мной и Эйденом раз и навсегда.

Я пообещала ему, что он пожалеет об этом, и я не шутила.

Чем больше он пытается задушить меня, тем сильнее я буду бороться.

Чем больше он пытается задушить меня, тем сильнее я буду искать воздух.

На этот раз пострадает он, а не я.

— Хочешь пойти со мной? — спрашиваю я Нокса.

— На вечеринку? — он ухмыляется. — Черт, да.

— Мы с Ким заедем за тобой.

— Могу я заехать за вами? — он проводит рукой по волосам. — Не нравится, когда кто-то меня подвозит.

— Звучит неплохо. — я смеюсь.

— Что?

— Мы полная противоположность. Я не люблю водить. Даже не подавала документы на получение прав.

— Почему?

— Наверное, это заставляет меня нервничать.

— Ну, если тебя нужно будет подвезти, я с радостью выручу.

— Ох, спасибо.

— Это я должен благодарить тебя, Эльза. — уголки его глаз смягчаются. — Отстойно быть новеньким, но ты упрощаешь дело.

— С удовольствием. Ты вроде как спас мне жизнь, не забыл?

— Ты определенно не позволишь мне забыть об этом.

— Черт, нет. Я в долгу перед тобой на всю оставшуюся жизнь.

Он наклоняется, ухмыляясь.

— Я запомнил.

Мы продолжаем идти, и я показываю ему лучшие места, где можно найти спокойствие, которого не так уж много.

Я поднимаю на него взгляд.

— Могу я спросить тебя кое о чем?

— Конечно.

— Когда ты нашел меня в бассейне, ты не заметил ничего странного? Или кого-то еще?

Он напевает.

— Не совсем. Я заблудился и оказался в бассейне, а потом заметил тело, плавающее вверх ногами. Представь мое потрясение.

— Мне жаль.

— Не стоит. Это не твоя вина. — он делает паузу. — Ты действительно споткнулась и упала?

— Да.

Нет. Я не знаю.

Судя по моим кошмарам и эпизодам, рука, которая столкнула меня, могла быть плодом воображения.

Этот сценарий даёт понять то, что у меня галлюцинации и ужасное психическое состояние, чем я думала.

Это пугает до чертиков.

Я решаю сменить тему.

— Где ты раньше учился?

— В другой частной школе.

— Серьезно? Ученики частных школ редко переводятся, особенно в выпускном классе.

— Нам пришлось переехать из-за работы моего отца.

В этом есть смысл.

Когда мы выходим на улицу, я встречаюсь взглядом с Ксандером. Он прищуривается, глядя на Нокса, будто пытается заглянуть сквозь его череп.

Прежде чем он успевает сделать шаг в нашу сторону, я говорю Ноксу:

— Пойдем.

Он позволяет мне увести его в сад.

Не сомневаюсь, что Ксандр расскажет Эйдену об этом.

Неважно.

Эйден сам увидит подарок сегодня вечером. 

 — Выглядишь сексуально. Как и я, девочка. — Ким оглядывает меня с ног до головы, пока мы стоим перед зеркалом в моей спальне. — Почему ты раньше не одевалась вот так?

Я добавляю еще одну заколку в волосы, позволяя конскому хвосту упасть на спину.

На мне маленькое черное платье без рукавов, облегающее грудь и талию, длиной чуть выше колен. Я также нанесла тушь для ресниц, блеск для губ и духи тети.

— Но уверена, что это хорошая идея? — Ким встречается со мной взглядом в зеркале. — Ты никогда так не одевалась, даже когда была с Кингом.

Моя нижняя губа дрожит, и я сжимаю рот.

С Эйденом я всегда чувствовала необходимость быть самой собой. Мне нравилось быть самой собой, и как сильно это тоже нравилось Эйдену.

Или это то, во что он заставил меня поверить. Возможно, это игра, в которую он играет до сих пор.

— Кинг не имеет значения, — говорю я.

— Тогда кто?

— Никто.

Она берет мои руки в свои, поворачивая меня лицом к себе.

Ким выбрала узкие черные джинсы и белый топ, спадающий с плеч. Ее волосы распущены, зеленые пряди блестят под светом.

— Элли, поговори со мной. Что происходит?

— Я меняюсь, Ким. Точно так же, как ты изменилась летом.

— Какое у тебя оправдание?

— Оправдание?

— У меня был повод измениться. Я устала быть изгоем и решила что-то с этим сделать. А у тебя что?

— Мне причинили боль. — я смеюсь с горечью, которая пронзает грудь насквозь. — Мое сердце было растоптано, Ким. Все это время я была чертовым посмешищем. Заговором. Игрой. Я чувствую, что если не выпущу пар, то взорвусь.

Ее ярко зеленые глаза смягчаются.

— Это из-за Кинга?

— Знаешь, люди по-разному реагируют, когда кто-то разбивает им сердце. Некоторые зализывают раны и убегают. Другие держатся на расстоянии и прячутся.

— В каком ты лагере?

— Ни в каком. Я решаю бороться за свою свободу. Я так многим обязана себе, тебе не кажется?

— Верно. Я понимаю это больше, чем кто-либо. — она обнимает меня сбоку. — Но будь осторожна. Кинг не проигрывает.

— Он проиграет. — я обнимаю ее за плечи. — Я обещаю.

Потому что у меня больше нет шансов не поражение. 

Как и договаривались, Нокс забирает меня и Ким.

Во время поездки он шутит с нами о том, сколько раз он терялся в школе за день.

Ким, которая не очень любит заводить разговор с незнакомыми людьми, вовлекается и смеется над его легким юмором.

— Значит, она неправильно все поняла? — спрашивает его Ким.

— Представь себе это. — Нокс не отрывает глаз от дороги. — Я заблудился между башнями, и в поле зрения не было ни одного человека. Даже кошки странно смотрели на меня, будто хотели изгнать. Затем я замечаю блондинку и подбегаю к ней, но она думает, что я приглашаю ее на свидание. Она ловко поправляет очки и говорит мне: извините, мистер Ван Дорен, но я замужем за математиком. Однако спасибо за проявленный интерес. Это сделало меня счастливой, хотя сейчас это не заметно.

Ким смеется с заднего сиденья. Я морщусь, притворяясь, что просматриваю телефон.

Эта девушка так похожа на меня когда-то давным-давно.

— И ты исправил ее? — спрашивает Ким.

— Нет, я просто последовал за ней на расстоянии, чтобы найти свой путь обратно в цивилизацию. — он делает паузу. — Теперь, думая об этом, это, вероятно, повредило моему делу, не так ли?

— Ох, чувак. — Ким хихикает. — Она, вероятно, расскажет своим подругам, что отказала тебе, а ты все еще преследовал ее.

— Дерьмо.

Я улыбаюсь, глядя на его комично шокированное выражение лица.

Мы вместе входим в дом Ронана. После обмена всеми видами социальных сетей и контактной информацией Ким и Нокс продолжают шутить о его дне в КЭШ.

Как и ожидалось, большая часть учащихся школы находится здесь. Из динамиков доносится какая-то испанская музыка, но она недостаточно громкая, чтобы заглушить дюжину разговоров, витающих в воздухе.

В гостиной Ронана пахнет алкоголем и смесью дорогих духов — но в основном алкоголем.

Мимо нас проходит дворецкий в черном костюме и белых перчатках.

Это высший класс.

Отец Ронана граф. Он не только богат, как представители высшего среднего класса, Ким, Эйден и Ксандер, но он еще и аристократ.

Я всегда забываю эту часть, потому что Ронан ведет себя совсем не как аристократ. Он более вульгарен и спонтанен, чем простолюдины.

Ким оживляется и озорно улыбается мне.

— Я сегодня не за рулем.

— Не то чтобы это останавливало тебя раньше.

Она встает между мной и Ноксом и переплетает свои руки с нашими.

— Тебе тоже следует выпить.

— Я пас.

Пить не только вредно для моего сердца, но также мне не нравится вкус.

Горький и обжигающий. Понятия не имею, почему люди так любят алкоголь.

— Ну же! — настаивает Ким. — Эта вечеринка в твою честь, помнишь?

— Уверена, что это просто предлог, который Ронан использовал, чтобы устроить еще одну вечеринку.

Мы втроем проталкиваемся сквозь тела, скрежещущие в такт музыке.

— Разве это не Элли и Кимми? — Ронан встает перед нами с небрежной улыбкой, нарисованной на губах. — Ты не можешь опоздывать на свою собственную вечеринку, Элли.

От его куртки Элиты исходит сильный запах алкоголя и дорогих женских духов. Это помада на его футболке?

— А ты кто?

Улыбка Ронана исчезает, как дурная привычка, когда он насмешливо смотрит на Нокса. Почти так же, как Ксандр ранее.

Словно он представляет угрозу.

— Я Нокс. — здоровается он со своей фирменной легкой улыбкой. Либо он не чувствует угрозы, либо ему все равно. Я осталась бы под впечатлением, если бы это было последнее. — Спасибо, что пригласили меня, — говорит Нокс.

— Я не приглашал. — Ронан невозмутим. — Не помню, чтобы приглашал тебя.

— Эй. — я толкаю Ронана локтем. — Я пригласила его. Разве это не моя вечеринка? Я имею право пригласить кого захочу.

Взгляд Ронана скользит от Нокса ко мне, словно он что-то подсчитывает, затем шепчет мне:

— Ты играешь с огнем, Элли. И можешь сгореть.

Я уже вся пылаю.

Эйден поджег мою жизнь с первого дня, как я вошла в КЭШ.

Теперь я должна сделать то, что должна была сделать тогда.

Остановить распространение огня.

Остановить смертельную болезнь, чтобы она не съела меня изнутри.

— Пойдём, Нокс. — я тяну его за рукав. — Давай найдем что-нибудь перекусить.

Ким сдержанно кивает мне и ведет Ронана в противоположном направлении. Как только они исчезают, я отпускаю Нокса и двигаюсь к столу.

— Ты найдешь здесь все, что захочешь.

Он двигается прямо к булочкам и берет две из них, прежде чем кусает.

Мой взгляд блуждает по коридору, даже когда я не чувствую его там.

Я не наивна думать, что Эйден пропустит все это мимо ушей.

Я выпрямляюсь.

Ну и что с того, что он этого не пропустит?

Какого черта я веду себя так, будто делаю что-то не так? Я правильно закончила все, что у нас было. И не виновата, что он думает иначе.

— Я попал в странную ситуацию?

Мое внимание возвращается к Ноксу.

— Что?

— Кажется, я нажил врага из твоих друзей.

Все еще жуя булочку, он, не глядя, делает движение назад. Я следую в указанном направлении и нахожу Коула и Ксандера, уставившихся в спину Нокса.

Или больше похоже на то, как Ксандер свирепо сверлит взглядом. Коул просто стоит, небрежно прислонившись к дверному косяку, скрестив лодыжки.

Оба в куртках Элиты, как и Ронан, словно они пришли сразу после тренировки.

Ни один из них не встречается со мной взглядом. Вместо этого все их внимание сосредоточено на Ноксе.

Несмотря на беззаботное выражение лица Коула, они кажутся немного пугающими.

Я игнорирую их и смотрю в лицо Ноксу.

— Они мне не друзья.

Они друзья Эйдена. Когда дело доходит до выбора стороны, рыцарь и ладья всегда защищают своего короля.

При мысли о том, что они втроем набросятся на меня, грудь болит сильнее, чем хотелось бы признавать.

— Я не против врагов. — Нокс откусывает еще кусочек и неторопливо жует. — Дай мне знать, если у тебя возникнут с ними какие-либо проблемы.

— Нет, Нокс. Ты не захочешь нажить врагов с четырьмя всадниками в школе. Они здесь короли.

Я говорю совсем как Ким в мой первый учебный день.

Если бы я убежала тогда, я бы все равно закончила так же?

Я мысленно качаю головой. Бесполезно думать о том, что если, когда все сказано и сделано.

Кроме того, Эйден рано или поздно нашел бы меня, сколько бы я ни пряталась или ни убегала.

— Круто, — говорит Нокс.

— Что ты имеешь в виду?

— Я перешёл в эту школу не в поисках славы.

— Мог бы одурачить меня сегодняшним утренним представлением.

— Ну, это не повредит, если тебя примут. — он ухмыляется. — Но серьезно, все в порядке, если не будет славы. Это всего лишь остановка на моем пути в Кембридж.

Моя челюсть чуть не падает на пол.

— Моя тоже.

— Ты собираешься в Кембридж?

Я несколько раз киваю.

Он предлагает мне булочку и откусывает свою.

— Я знал, что у нас есть что-то общее.

Приятно встретить кого-то, кто использует КЭШ, чтобы попасть в университет мечты.

— Вот ты где.

Моя улыбка исчезает, и дрожь пробегает по спине и прямо к груди.

Неважно, как сильно я пытаюсь стереть его голос из своей памяти, он все еще запечатлен глубоко внутри, как проклятие.

Я могу распознать эту легкую хрипотцу в конце и глубокий тенор даже в музыке.

Эйден обнимает меня сзади за талию и притягивает к себе.

С таким же успехом он мог бы накинуть петлю мне на горло.

Моя нижняя губа дрожит от разочарования, когда я смотрю на него. Как и в классе, он выглядит спокойным. Даже беззаботным.

На нем темные джинсы и серая футболка, подчеркивающая цвет его глаз. Как и другие всадники, он также одет в темно-синюю куртку Элиты с логотипом в виде щита, льва и короны на кармане.

Это почти, как если бы он делал заявление.

Нет. Не почти, а как. Он определенно делает заявление. Ходы Эйдена всегда рассчитаны с точностью.

Это не значит, что он может прикасаться ко мне так небрежно, будто ничего не случилось.

Я прикусываю нижнюю губу, чтобы не разразиться ругательствами. Вместо этого толкаю его локтем в бок. Он даже не двигается. Словно он ничего не чувствует — а если и чувствует, то ему все равно.

— Ван Дорен, верно? — Эйден улыбается и протягивает руку. — Эйден Кинг. Приятно познакомиться.

Что за…?

Эйден пожимает руку Ноксу прямо сейчас? Кажется, я слышала, как он сказал, что приятно познакомиться с Ноксом.

Нет, он не мог разгадать мой план.

Я хотела сбить его с толку, придя с Ноксом. Вместо этого я совершенно выбита из своей стихии.

Нокс с улыбкой пожимает Эйдену руку.

— Взаимно. Довольно тяжело не слышать о тебе здесь.

— Хм. — улыбка Эйдена не дрогнула, во всяком случае, стала шире. — Тогда ты, должно быть, слышал, что Эльза моя.

Мои глаза расширяются.

— Я не…

— Я плохо реагирую на любого, кто угрожает тому, что принадлежит мне. — Эйден обрывает меня. — Если ты это понимаешь, добро пожаловать в КЭШ.

— Я же говорила тебе, что я не…

Слова застревают у меня в горле, когда губы Эйдена прижимаются к моим.

Он хватает мою челюсть жесткими пальцами и сильно сжимает. Он пытается заставить меня открыть рот.

Я сжимаю губы в тонкую линию и царапаю его грудь ногтями.

Как будто он ничего не чувствует. Даже когда я царапаю ему ключицу.

Его другая рука обхватывает мой затылок, заключая в ловушку. Он прижимает меня вплотную к своей твердой груди, сокрушая мои руки и сопротивление.

Это его способ сказать мне, что я не могу перед ним устоять. Что, если он захочет, он может уничтожить любую из моих попыток.

Я как волна, какой бы высокой или дикой я ни была, я всегда буду разбиваться о неподвижную скалу на берегу.

Потому что эта скала?

Эта скала место, куда волны, подобные мне, идут на смерть.

Когда я все еще не открываюсь, Эйден так сильно прикусывает мою нижнюю губу, что я удивляюсь, как не идёт кровь.

Из моего горла вырывается всхлип, но я держу рот на замке.

Часть моего тела тает, желая трения. Чего-то.

Но эта часть идиотизм.

Вот почему я проигрываю битву с проклятой скалой.

Я пытаюсь оттолкнуть его, но он держит меня под своим совершенным контролем, опустошая мой рот.

Поцелуй это такое же наказание, как и требование.

Это грубая сила и ушибы без капли нежности.

Не то чтобы Эйден проявлял нежность, но раньше он, по крайней мере, обманывал меня.

Раньше он старался быть нежным.

Маска спала, и теперь он демонстрирует свое истинное лицо.

Он играет в настоящую игру.

Но для того, чтобы вступить в бой, необходимы две армии.

Я изо всех сил кусаю его за губу. Металлический привкус взрывается у меня на языке.

Эйден на мгновение останавливается, как будто застигнутый врасплох. Я хватаюсь за этот шанс и отталкиваю его.

Кровь сочится из уголка его рта, и я стараюсь не смотреть ему в глаза.

Я заставила его истекать кровью.

Я заставила Эйдена Кинга истекать кровью.

Я все еще чувствую металлический привкус на языке, застрявший между губами и зубами.

Меня ни с того ни с сего охватывает непреодолимое желание вымыть руки. Требуется все мужество, чтобы не сбежать.

Если я это сделаю, Эйден подумает, что я убегаю от него, и я пообещала, что больше никогда этого не сделаю.

Он медленно вытирает небольшое ранение большим пальцем, а затем смотрит на это так, словно это чудо.

Или проклятие.

— Между тобой и мной все кончено, Кинг, — объявляю я достаточно громко, чтобы все в нашем окружении услышали. — Перестань быть навязчивым, надоедливым бывшим.

Несколько вздохов раздаются вокруг нас.

Пока он все еще смотрит на кровь на своем большом пальце, я ударяюсь плечом о его плечо и ухожу с высоко поднятой головой.