27

Простояв над тумбой минут пять и пялясь на кинжал до рези в глазах, я пришла к неутешительному выводу — подготовиться к такому нереально. Нужно просто сделать! Как в холодную воду, лучше сразу прыгнуть, чем входить медленно.

Протянула руку, зажмурилась и схватила кинжал. И… ничего не произошло. Вот вообще ничего, только прохладный рельефный металл рукояти кожей ощутила. И жутко стало от осознания, что именно этим оружием убила себя Элина. Захотелось отбросить кинжал, подойти к стене, начать колотить по ней кулаками и требовать, чтобы меня немедленно выпустили. А потом бежать и бежать, без оглядки, как можно дальше отсюда, пока силы не закончатся. Или пока не проснусь от этого кошмара наяву.

Но я поборола этот малодушный порыв. Положила кинжал обратно и с прищуром уставилась на него. Что я делаю не так? Будто отвечая на невысказанный вопрос, лезвие сверкнуло голубоватым отсветом от волшебного шарика под потолком. Точно! Райс же сказал, нужно прикоснуться к лезвию, а я за рукоять схватилась. Во второй раз взяла кинжал без сомнений… за рукоять. А вот второй рукой к нему тянулась медленно.

Нет, так не годится. Не такая уж я и трусиха, в конце концов! Выставила руку ладонью вверх и шлёпнула на неё лезвие плашмя. И тут же провалилась в прошлое!

* * *

Я стояла над письменным столом, вцепившись в его край побелевшими пальцами. Но это продлилось всего мгновение. Открыла ящик, достала чистый лист, взяла перо, обмакнула его в чернила и начала писать.

И в ту же секунду осознала — это не я. Это Элина в ночь своей смерти, но я вижу происходящее не со стороны, как в прошлый раз, а её глазами! Моя и в то же время не моя рука быстро выводила слова на бумаге, а я читала выходящие из-под кончика пера строки и всё больше приходила в ужас.

«Ольр Корос, ты просчитался. Я даю тебе только малую толику власти над магией жизни. Ты и этого не достоин, но империя не должна страдать за твои грехи. Ты и без того принесёшь немало бед нашему народу. Спустя ровно столетие от этого дня ты, проклятый Корос, лишишься дарованной мною крупицы магии рода Розы и умрёшь в муках. Но гораздо мучительнее для тебя будут десятилетия в ожидании неминуемой расплаты. Живи, помни и отсчитывай минуты до дня своей кончины. И пусть последним, что ты увидишь, будет моё лицо. Ты умрёшь в агонии, с моим именем на губах».

Рука потянулась к чернильнице, в очередной раз обмакнула кончик пера в чернила и продолжила выводить твёрдо, уверенно.

'Я, Элина Роза Фони Сталь, отдаю свою жизнь в качестве платы за справедливое возмездие. Мой род не будет прерван. Сила его вернётся к той, кто придёт из-за грани миров в назначенный срок. Она по праву займёт своё место и поделится магией жизни только с тем, кого выберет сама, без принуждения, по велению сердца. До тех пор сила рода Стальной Розы, как и мой дух, останутся заперты в символе дома, принёсшего погибель моей семье. Моя жертва защитит наследие Стальной Розы от посягательств недостойных.

Да будет так. Бумага, сила света и моя кровь свидетели этой клятвы. Элина Р. Ф. Сталь'.

Рука бросила перо в чернильницу и потянулась к ящику в столе, а я мысленно взмолилась. Нет-нет-нет! Не хочу видеть это ещё раз! Тем более от первого лица. Как выключить эту трансляцию? Как прекратить⁈

Лезвие клинка сверкнуло и полоснуло по ладони. Я вскрикнула от пронзившей руку боли, дёрнулась и открыла глаза. Тут же отбросила кинжал и сжала располосованную им ладонь в кулак. А в голове нарастал какой-то странный, похожий то ли на шелест листвы, то ли на шум воды гул. Перед глазами всё плыло. В нос ударила одуряющая смесь запахов. Трава, цветы, фрукты, мокрая шерсть, затхлая болотная вода, земля, пропитанная влагой. Всё смешалось. К горлу подкатила тошнота и тут же сменилась солоноватым привкусом морской воды на языке.

Я медленно опустилась на колени и села, привалившись спиной к камню. Дышать было тяжело и в то же время как-то свободно что ли. Будто воздух стал насыщеннее, окрасился новыми оттенками, которых я раньше не замечала. А калейдоскоп запахов и ощущений всё не заканчивался. Я будто оказалась одновременно во множестве мест: цветущий луг, густой лес после грибного дождика, озеро, свежевспаханное поле. И со мной там были животные, птицы, рыбы, даже насекомые! Но это было только в моём сознании, спиной я всё ещё чувствовала шершавый камень, а взгляд метался по серым безликим стенам.

Всё прекратилось так же резко, как и началось. А во рту остался привкус крови. Я посмотрела на свою ладонь, но увидела лишь красноватую полоску, как свежий неглубокий шрам, от которого скоро не останется и следа. О порезе напоминали только следы крови на платье, но кожа была чистой.

— Это всё? — спросила шёпотом.

У кого спрашиваю? А сама не знаю! Но дурнота отступила, слуховые и обонятельные галлюцинации тоже прошли. И только дрожь во всём теле, да кровь на подоле платья свидетельствовали о том, что мне всё это не показалось.

Я медленно встала, убедилась, что ноги держат, подняла с пола кинжал и прижала его к груди обеими руками. В нём остался дух Элины, я должна его сохранить. Это знание будто кто-то записал на подкорку. А ещё я теперь знаю, что произошло на самом деле! Элина провела какой-то волшебный ритуал и заплатила за его исполнение жизнью. То, что я оказалась здесь, её вина. Или заслуга, тут как посмотреть. Но самое главное — никто не сможет заставить меня отдать силу рода, об этом она позаботилась. Только по собственному желанию и по велению сердца. А моё сердце велит мне послать всех куда подальше!

И я не буду тянуть, уведомлю об этом братцев принцев прямо сейчас. Подошла к стене и постучала, не сильно, вежливо, если можно так выразиться. Проход тут же открылся. Я шагнула в кабинет и, не затягивая, пока принцы опять не начали спорить и делить меня, проговорила:

— Мне нужно вернуться в дом моего рода. Так велит сила.

— Но… — начал Райс.

— Это не обсуждается, — перебила я его, а в комнате без окон поднялся небольшой, но красноречиво свидетельствующий, что к переговорам я не предрасположена, ветерок.

— Как пожелаешь, — кивнул Дориас. — Я распоряжусь, чтобы всё подготовили к отъезду. Позволишь сопроводить тебя?

— Позволю, — кивнула с сомнением.

Ох, не зря я сомневалась! Предлагая сопровождение, Дориас имел в виду не дорогу к моим комнатам, а гораздо более дальнее путешествие. Но и это было не всё, сопровождающих у меня оказалось так много, что можно было бы и не уезжать вовсе! Всё равно мало что изменилось… Хотя нет, теперь я буду на своей территории и, имея силу рода, смогу диктовать условия, а не плыть по течению!

Конец первой части.