32.Триумф

– Красивая,– улыбается он, откидываясь на спинку дивана. Вот эта вот его привычка очень ему идет. Слишком уж гармонирует с его наглой властностью,– сейчас- просто что-то…

– И в чем же разница со вчера? Красота- либо есть, либо нет… А если это что-то, что приходит сегодня, а вчера, скажем, ее не было- это уже что угодно другое- шарм, очарование, нестабильность говорящего…

Последней фразой хочу его подколоть, но не получается- Серкан не слушает меня, как всегда, а сиди и изучает.

– Опять меня не слышишь, упертая… Красивая, Оля. Красивая правильной женской красотой- удовлетворенная мужчиной, разнеженная. Никуда не убегающая и переставшая, наконец, воевать со мной…

– Последнее- слишком преждевременное заявление,– вскидываю на него бровь.

Он сначала хмурит брови,а а потом неистово заливается.

Резко подается вперед, хватает меня за локоть и притягивает к себе на руки.

– Предлагаю взаимоприемлемое решение. Ты воюешь со мной- беспощадно и безжалостно, но… в горизонтальном положении. Как тебе? Я даже разрешу тебе себя побеждать… Иногда..

С этими словами демонстративно сажает сверху на себя, несдержанно раскрывая мои бедра.

Я вмиг воспламеняюсь, словно бы не было этих двух с половиной часов марафона во всех возможных плоскостях.

Стол мы ожидаемо сломали.

И потому, чтобы «смыть с себя масло», переместились в душ, а после душа ушли настолько далеко путем то ли нелепой романтики, то ли необузданного примитивизма, что очутились на шкуре прямо у камина.

Внутренняя девочка Оля, конечно, восторженно пищала от радости. Это же надо- такое только в фильмах возможно. Ан нет, не только…

За окном падали пушистые хлопья снега. Как-то медленно так падали, словно бы кружась в вальсе и давай возможность рассмотреть свои идеальные ажурные грани. А он опять завел разговор о возвращении в Турцию в самый неожиданный момент.

–Ты должна поехать со мной…– горячий поцелуй на бедре. Собственнический и словно бы запечатывающий его слова… Вроде как теперь- должна… После того, что он сделал со мной- так точно…

А я не хочу об этом думать. Это все слишком сложно и пугающе.

Моя жизнь тут… И в ней вдруг вот так все резко завертелось…

И вроде как я даже смогла привыкнуть к наглому горячему турку в моей российской действительности, но разве готова я бросать все и уезжать куда-то далеко? В другую культуру?

Глубокий толчок между ног возвращает меня в реальность, в которой я на нем.

–Оля, ты со мной?– требовательный голос, резкое сжатие бедер.

Ага-ага, это он так мне позволяет быть «сверху»…

Я концентрирую на нем свой взгляд.

Соблазнительно облизываюсь.

К черту мысли о завтра.

Сейчас он здесь, подо мной. Внушительный такой и дико желанный.

А главное- я желанная…

И потому ловлю жадно губами вместе с воздухом и его терпким запахом момент.

Пытаюсь перехватить инициативу в свои руки.

Толчок- первый, второй, третий…

Чувственное движение бедер.

Круговое, игривое, соблазнительное.

Действую интуитивно. Никогда не знала, как нужно. Никогда не умела вот так игриво соблазнять с лукавством.

А с ним хочу…

И главное- ему отзывается.

Потому что Серкан с рыком подхватывает меня под бедра и несет к ближайшей стене.

Впечатывает в нее, предусмотрительно прикрывая голову своими ладонями, чтобы я не долбанулась затылком.

А потом снова воссоздает какую-то жутко горячую картинку из фильма.

Оживляя сцены, эмоции и звуки, которые, как мне казалось, могут быть исключительно наигранными для кино…

– Поедешь со мной…– шепчет он то ли приказ, то ли вопрос, то ли сомнение, вколачиваясь в последний раз и заставляя меня сжаться вокруг него, сокрушенно выдавив «Да», вот только не на его предложение, а на то дикое удовольствие, что он сейчас мне подарил.

Только трудности перевода, наверняка, заставили его подумать, что все уже решено, судя по абсолютному османскому триумфу в глазах…