26 глава. Вадим

Что может быть проще - вот женщина, о которой ты мечтал. Вот ты сам - возбужденный, злой, и одновременно немного довольный... Как только это все сочетается во мне? Бери и делай! Но... Налажать дико страшно!

- Ты только помни, что это я, ладно? - зачем-то прошу ее.

Что ж эта скотина с нею делала? Насиловал? Возможно. Извращался, не позаботившись о ее ощущениях. Вероятнее всего. То есть удивлять ее не нужно - она, скорее всего, с ним пробовала разное. А что делать?

Но и думать долго нельзя! Это я понимаю. Как? Как мне сделать приемлемым для нее наш будущий секс? Блядь! Просто страшно накосячить...

- Если что-то не так, ты просто скажи, и я прекращу, - прошу ее, как доктор перед началом ответственной операции.

- Ладно, - неуверенно отвечает она.

Да, ладно, Дым! Просто делай то, что всегда мечтал сделать с ней! С Сашей извращения не нужны - каждое прикосновение чистый кайф!

Раздеваюсь, чтобы потом не отвлекаться на глупости.

Укладываюсь рядом с ней. Она неловко прикасается ладошкой к моей щеке. Трогает и тут же отстраняется. И я вдруг по наитию какому-то говорю:

- Поцелуй меня... сама. Пожалуйста!

Потом, когда она долго-долго думает, я успеваю решить, что накосячил, еще ничего не сделав! И когда решаю все исправить, начиная приподниматься на кровати, она вдруг поворачивается ко мне, и тянется губами к губам.

Держусь, чтобы не помочь ей... Из последних сил терплю, чтобы не перевести нежное очень аккуратное ее прикосновение в полноценный поцелуй.

Но когда она трогает мою нижнюю губу языком, так, как это делал раньше я сам, терпение испаряется. Подталкиваю ее к себе и она, не удержавшись на локте, падает сбоку на мое плечо. Переворачиваюсь. Зависаю над нею. Рассматриваю рассыпавшиеся по подушке, совершенно черные в темноте волосы. Не верю сам себе...

Главное мое оружие - любовь к ней! Ну, это так мозг думает. Но запах ее кожи, ее теплое неравномерное дыхание - то торопится, то замирает, забыв сделать вдох, сам факт, что это именно она, все это быстро сводит усилия мозга на ноль. И уже совсем другое оружие самовольно толкается в Сашино бедро.

- Ш-ш, - шиплю от остроты собственных ощущений.

Целую до умопомрачения, пока у самого не начинают покалывать губы. Но и она не отстает! Ее язык быстро смелеет! И совсем скоро уже он выталкивает мой язык и отважно врывается в мой рот! О-о-о!

Так на секунду и замираем - она, наверное, от осознания собственной смелости, а я от вспышки сильнейшего возбуждения. Нет, ну всё! Я так-то не железный...

Осторожно, чтобы не испугать, не прерывая поцелуй, опрокидываю Сашу на спину. Спускаюсь, лаская губами, по шейке вниз. Прикусываю майку... Вот бы ее сейчас порвать на ней - (откуда такие мысли?)! Но сейчас нельзя - потом, когда-нибудь обязательно...

Пробегаюсь ладонями вверх, собирая ткань у груди. Судорожно втягивает воздух. Боится или хочет, чтобы дотронулся?

Шепчу на ушко ей какой-то бред, что-то о том, какая она красивая и насколько я от нее без ума, а одна рука заползает под ткань и накрывает упругую грудку.

Естественное желание поласкать захваченное только что местечко губами приходится откладывать - как только я замолкаю, она начинает нервничать и хватать меня за запястье!

И сотню раз по кругу, задыхаясь от страсти, сбивчивым шёпотом: "Девочка моя... Сладкая... Красивая... Любимая моя... Как же я о тебе мечтал... У меня такого никогда не было..."

Пальцы, изучив досконально, распробовав и запомнив тактильно грудки, чертят восьмерки на ребрах и мягком животике. И он сжимается, стоит мне только коснуться резинки шортиков. Снова хватается, испуганно шепчет, словно хочет удостовериться, кто с нею рядом:

- Вадим?

Ну, я, конечно же!

- Да, моя хорошая...

Столько лет жить с мужем и до сих пор бояться секса? Или просто он, как мужик, ей был неприятен физически? Но ведь терпела же! А вдруг... и меня... терпит? В благодарность за спасение от мужа?

Эта мысль отрезвляет и сильно. Это возможно. И это больно осознавать.

Но зато эта боль помогает перестать жалеть ее и, наконец, заставляет перейти черту. Рука протискивается между крепко сжатых бедер поверх штанишек... пальцы нащупывают влажную ткань!

- Ох, не-е-ет, - еле слышно стонет она.

Улыбаюсь. Все с ней правильно! Ничего она не терпит! Ей тоже в кайф... Просто психология хренова... Но она, похоже, неплохо лечится мною!

- Да-а-а, еще пошепчи мне что-нибудь... Чувствуешь, как мне вставляют твои стоны? - толкаюсь в ее бедро пульсирующим каменным членом.

Естественно, замолкает. Но ножки уже не смыкаются так крепко, как будто Саша спасается от насильника, как минимум. Осторожно развожу их в стороны.

Прикусываю шейку, нарочно отвлекая внимание, и ныряю рукой под пояс.

А она там гладенькая. Волос нет совсем. Влажная, раскрытая... для меня.

По позвоночнику неконтролируемо простреливает жгучей потребностью - быстрее! И я уже не могу шептать ей успокаивающие глупости. Потому что вынужден сжимать челюсти от сильнейшего желания ускориться и, наконец, по-настоящему сделать ее своей!

Пальцы скользят, растирая ее смазку. Губы забывают о запретах и все-таки втягивают в рот сосок... И ее неласковые пальцы в волосах уже не доставляют дискомфорта - пусть тянет, сколько пожелает! Теперь я точно знаю, что она хочет меня!

Под моими губами бешено стучит ее сердце! Пальчики судорожно цепляют то мои волосы, то плечи... Чудо какое... Как ее муж-придурок не смог понять, насколько чувственная женщина ему досталась? Она так отзывается, как будто никогда не кончала... И стоит мне только подумать об этом, как Сашины бедра начинают дрожать, она выгибается и сладко стонет. И это настолько возбуждающе, что и я готов сорваться в оргазм следом за ней... Мне бы только немного ответной ласки...

Гипнотизируя едва видимое в полутьме лицо, дрожащими руками я сдергиваю ее штанишки и, не встречая никакого сопротивления, устраиваюсь между ее ног.

Осторожно толкаюсь в ее тело. Рычу, уткнувшись в ее влажную шейку. Она ритмично сжимает меня своими стеночками... О, Боже!