47 глава. Саша

Мне не страшно. А вот Руслану - да! И я испытываю совершенно ненормальное удовлетворение от понимания этого. И в глубине души мне хочется добавить ему градус ужаса! Пусть даже в ущерб себе самой! Но краем глаз я вижу, как на моей белой пижамной футболке расплывается маленькое красное пятнышко. Нет-нет! Я так не могу! Не хочу так! А Ромке что скажут? И что, получается, оставить сына совсем без защиты, с этим... Хотя из меня защита так себе...

Опускаю нож вниз. Давай, скажи, что я настолько слабая, что даже себя саму убить не могу! Но Руслан говорит другое, съезжая спиной по стене и усаживаясь на пол:

- Какая же ты... ненормальная!

- Это ты мне диагноз поставил! - возмущенно кручу в воздухе ножом, зажатым в правой руке. Это выглядит, действительно, жутко! - И задокументировал!

- Я отменю все это...

- С чего бы это? - не верю ни единому слову! Но что-то такое... То ли осознание своей над ним эфемерной власти сейчас, то ли, на самом деле, моя ненормальность заставляют чувствовать себя иначе - не загнанной в угол беззащитной мышью перед разъяренным голодным котом, а... таким храбрым мышонком, объевшимся отравы, которому все равно погибать! А с котом это получится явно быстрее, чем в ожидании действия яда...

- Твой диагноз отменим. Ты примешь ислам. Мы съездим в путешествие куда-нибудь... вдвоем. Мы начнем все с начала... - его пальцы ерошат волосы. И вид такой... как будто бы он сам растерян, как будто бы уговаривает не только меня. - Все забудем. Ты сможешь забыть, Саша?

Смогу ли я забыть? Вот с Вадимом забыть о твоих издевательствах получалось! С Вадимом обо всем... Тоскою сжимается мое многострадальное сердце... Ты сможешь его забыть, Саша? Плакать хочется. От жалости к себе! От того, что Руслан не правильно сейчас формулирует свои вопросы! Нужно спрашивать: "Ты хочешь забыть, Саша?"

- Руслан, - шепчу срывающимся голосом. - Пожалуйста, отпусти нас! Пожалуйста! Я всё забуду. Я ни на что... ничего не попрошу - ни денег... ничего! Просто отпусти нас с Ромкой!

Он молчит - не кидайтеся с кулаками, не орет на меня! Просто молчит, вцепившись в свою непривычно растрепанную шевелюру побелевшими пальцами.

- Мы разведемся, и я всё тебе подпишу... Мне ничего не надо, честно! Только отпусти...

Слезы бегут по лицу. Ноги слабеют. И я опускаюсь на колени, стою и реву, закрывая руками лицо.

- Это из-за него? - с отвращением в голосе говорит он, а потом, пока я ищу разбежавшиеся от страха слова, добавляет. - Иди спать, Саша!

Ничего не видя перед собой, вся в слезах, бреду в Ромкину комнату, переодеваюсь и, спрятав футболку поглубже в шкаф (ни к чему ребенку видеть еще и это!), укладываюсь рядом с сыном, тесно прижавшись к его спинке.

Но успокоиться не получается - слезы все равно бегут по лицу. Потому что... Чтобы всхлипами своими не разбудить ребенка, поднимаюсь и отхожу к единственному в комнате окну. В доме Вадима, во всех окнах горит свет. Там... праздник?

Все шторы открыты, ворота нараспашку. Люди мелькают в комнатах... Танцуют. Двор освещен хорошо. Во дворе - куча машин.

Пока мне тут плохо - ему там хорошо! Он за мной не пришел. Он отмечает что-то... Вижу, как открывается дверь на балкон. Меня обдает волной жара еще до того, как я его узнаю! Но даже в темноте, даже издалека этот разворот плеч спутать с чьим-то невозможно! Мне даже отсюда чудится, что я его чувствую... он просто в обозримом пространстве находится, а меня уже трясет от желания оказаться еще ближе, поделиться с ним, рассказать ему, каково мне сейчас! Потому что только Вадим может понять и пожалеть! Потому что мне рядом с ним хорошо...

На балконе появляется девушка. Протягивает ему что-то... по тому, как именно он берет, вероятнее всего - бокал. Высокая, с длинным каре, в одном платье по холоду... что-то рассказывает, беззаботно помахивая руками. И меня тут же срывает в ревность - он так быстро обо мне забыл, раз празднует, раз общается с другими женщинами! Они все одинаковые! Они все...

- А-а-а! - ничего не хочу! Никого не хочу! И жить не хочу...

Но глаза неотступно следят. Вот он опирается руками о перила, отворачиваясь от нее. Вот она обнимает сзади, кладет голову на плечо. Забыв о ребенке, остервенело дергаю невовремя заевшую рулонную штору, пытаясь закрыть от своих глаз ЭТО!

Ты - идиотка, Саша! Он говорил, что не отдаст вас! Он говорил, что защитит! Он говорил! Он врал? Он просто добился твоего ответа! Он просто хотел трахнуть бабу своего соседа, и он ее трахнул! А все остальное - просто антураж данного спектакля! "Девочки ведь любят ушами" - так?