Глава 15

Дарина – Дарина, ты дышишь? – останавливаясь на красный свет, Миша поворачивался ко мне и обеспокоенно задавал один и тот же вопрос. – Как видишь, – фыркала я недовольным тоном, желая, чтобы меня просто молча довезли до места назначения и не донимали какими-то глупостями. – Я не об этом. А о том, как нужно дышать при родах. – Ты каких фильмов насмотрелся? – подозрительно прищурила глаза, глядя на друга, который отвлекал меня от дела. – Разных. И везде беременные шумно дышали. А ты как мышка затихла на заднем сидении. Я что, по-твоему, должен думать? – ничуть не смутившись, ответил Миша. – Должен думать, что я считаю интервалы между схватками. Я даже глаза закатила, так раздражал меня в этот момент сосед со своей гиперопекой. – И сколько должно быть? – Когда они каждую одну-две минуты, уже полное раскрытие, и мы рожаем, – зачитала я информацию из интернета. – Понятно, а у тебя сколько? – У меня каждые пять минут. И давай не отвлекайся. – Значит, долго еще, – выдохнул Миша и как-то слегка расслабился. Буквально на секунду. – Да, ты прав, но с такой периодичностью нужно торопиться в роддом. – Мы и торопимся. Миша волновался и суетился больше меня. В итоге это мне его пришлось успокаивать, а не наоборот. – Не переживай, у нас полно времени, – глядя на то, как парень стал дергаться сильнее, попыталась его успокоить. – То есть? – По-моему, схватки прекратились. Тут уж я соврала, конечно. Но другого выбора не было. Иначе мы вместо роддома быстрее могли попасть в травмпункт. А мне такая перспектива совсем не улыбалась. – Честно? – подозрительно спросил Миша. – А смысл мне врать? Я сделала вид, что просто листала ленту в соцсетях. Хотя сама строчила врачу, который обещал принять мою малышку. – Так мы не едем в роддом? Возвращаемся? – С ума сошел? Конечно, в роддом. Меня там уже ждут. Нужно проверить, вдруг просто перерыв, и роды возобновятся. А может быть, это просто ложные схватки были, – старалась я сдерживаться и не наорать на парня, который так сильно за меня переживал. Миша кивнул и продолжил движение, но уже делал это не так дергано. Да и вообще, казалось, что он успокоился. А мне только это и нужно было, ведь схватки повторялись все чаще, и моя малышка очень торопилась появиться на свет. Я посматривала то на часы, то на дорогу. И когда поняла, что роддом уже в минуте езды, расслабилась. А вместе с тем не выдержала и вскрикнула, ощутив первую болевую схватку. – Что? – тут же спросил Миша, взволнованно посматривая на меня. – Все в порядке, просто нога затекла. Сжала зубы и дождалась-таки, когда он припаркуется. С трудом выбралась из салона автомобиля и зашипела, потому что схватки становились все ощутимее. Понимала, что мне осталось доковылять до здания и выдохнуть. На самом деле, зря я так думала. Ведь в роддоме с этого все только началось. Меня сразу увели в предродовую палату, заставив испытать все муки ада. Сперва осматривали и что-то там считали, не давая мне никакой информации. А я мать, я переживаю за состояние ребенка. – Что у нее там? Маловодие? – спрашивала акушерка. – По всем показаниям все в норме, – ответила медсестра, просматривая карту. – Воды давно отошли? – спросила она уже меня. – Нет, еще не отошли. Ну, или я не заметила. Боль усиливалась, терпеть схватки было все сложнее, но наводить ужас на лежавших в отделении не хотелось. Поэтому я молчала, сжав зубы, и лишь тихо попискивала, когда боль становилась действительно невыносимой. – Молодец какая, терпит! – пробормотала медсестра. – Может, эпидуральную анестезию? – спросила она громче. – Нет, я рожу сама. Не хочу травить свою девочку. Я была без сил, хотя еще даже сами роды не начались. Анестезия была заманчивым предложением, и в моменте я могла согласиться. Именно поэтому я все решила заранее и дала себе, а главное дочке слово, что справлюсь и без этого. – Живот не опустился, – слышала я разговоры врачей, пока медленно ходила по палате. Лежать или стоять было невыносимо. – Она точно рожает? Куда с таким торчащим пузом? Понятия не имела, о чем шла речь. Смотрела на живот и поглаживала его, надеясь, что у нас все будет хорошо. – Давай-ка, деточка, забирайся на кресло. Я тебя посмотрю, – приказала врач. Я вздохнула, но перечить не стала. Им виднее, что нужно делать, но мне эти скалолазания были в тот момент крайне тяжелыми. Она произвела осмотр. Нахмурилась. – Раскрытие полное. И воды у тебя уже отошли, пузырь пустой, – произнесла она. Я только молчала, ожидая, когда эта пытка закончится. – Попробуем потужиться? – спросила она. Я кивнула, так как сил говорить хоть что-то у меня уже не было, все мои старания уходили на то, чтобы терпеть боль и не раздражать своими криками персонал больницы. – Ждем схваточку, – давала женщина инструкции, а я только и могла надеяться, что все это испытание скоро закончится, и я потом еще с улыбкой вспоминать буду этот день. – Сейчас! Я постаралась тужиться, как объясняла медсестра. – Молодец, – сказала акушерка. – Отдыхай пока, – и куда-то умчалась. Вернулась она спустя несколько минут, хотя мне это время показалось вечностью. А с ней в родильный зал вошло еще два доктора. Оба склонились надо мной, один пощупал живот, второй осмотрел со стороны. Но все молчали. – Что скажете? – спросила моя акушерка. – Думаю, не стоит рисковать. Лучше готовить операционную, – услышала я и застонала, почувствовав еще одну схватку. – Что? Почему в операционную? Я хочу родить сама! Встревоженно смотрела по сторонам, переводя взгляд с одного врача на другого, и надеялась, что это все не правда. – Девочка моя, пойми, ребеночек идет не очень хорошо. И чтобы нам вытащить здоровенького малыша, придется тебя кесарить, – объяснила акушерка, которой я доверила роды. – Нет смысла рисковать тобой и ребенком. Когда речь зашла о здоровье моей малышки, я не стала настаивать на естественных родах. И только я дала согласие, как из палаты все испарились, оставив меня ненадолго одну. Но за мной очень быстро вернулись. К тому моменту мне стало настолько плохо, что было уже все равно. Хоть кесарево, хоть что угодно, лишь бы эта пытка уже закончилась. Меня перевели в операционную, куда я еле дошла, задерживаясь по дороге на короткие остановки во время самих схваток. С каждой новой они становились еще ярче и болезненнее. Выносить эту боль уже было невозможно. На операционном столе меня первым делом раздели и привязали. Я беспомощно лежала перед сборищем врачей, медсестер и еще какого-то персонала, сгорая от стыда. Но прикрыться мне было нечем. Правда, после очередной схватки я забыла о своем неприглядном положении, мечтая лишь о том, чтобы все скорее началось. Точнее, закончилось. – Как ты себя чувствуешь? – спросил один из врачей, подойдя ко мне поближе. В руке он держал маску, из чего я поняла, что это был анестезиолог. – Не очень, если честно, – простонала я, ощущая приближение новой схватки. – Облегчим твои страдания? – мужчина улыбнулся и приложил маску мне к лицу. – Ты кого ждешь? Мальчика или девочку? – какой разговорчивый анестезиолог мне попался. – Девочку. С ней же все будет в порядке? – спросила я, переживая, что буду под наркозом и не увижу свою малышку сразу после рождения. – Обязательно. Здесь работают самые лучшие врачи. – Хоро… шо, – проговорила я. Это было последнее, что я запомнила. Дальше со мной осталась только пустота, хотя до меня долетали отдельные звуки, ничего не обозначающие фразы. Лишь один раз я пришла в себя посреди операции. Мне трудно было дышать, в горле что-то мешало. Я попыталась вытолкнуть это и губами перехватила трубку, получалось плохо. От этого я успела запаниковать, но не надолго. Вскоре милый доктор погладил меня по волосам, и в голове тотчас же разлилась новая доза спасительного тумана. Пробудилась от наркоза уже ночью. Состояние было непонятное, в голове какая-то неразбериха, соображала я плохо, но главное все же помнила. – Как моя малышка? – прошептала я, голос прорезаться не хотел, во рту пересохло. – Все хорошо с твоей девочкой, – услышала я тихий женский голос. – Три двести, пятьдесят три сантиметра. Спит пока, и ты поспи. Все равно врачи утром только придут. – А я выспалась. Услышав, что моя девочка в порядке, я открыла глаза. Посмотрела вокруг, в первую очередь заметила, что из руки тянулась трубка вверх к стойке. Капельница с лекарством почему-то раздражала. Хотелось все выдернуть и пойти уже на поиски дочки. – Зачем все это? – спросила я, кивнув на бутылку. – Врач назначил. А ты после операции готовься, и уколов куча будет и капельниц, – женщина зевнула. – Отдыхай пока. Я не стала повторять, что спать не хотела. Сперва лежала и смотрела в потолок. Желание увидеть дочку было таким сильным, что хотелось отправиться на ее поиски. Хотя вряд ли меня за это кто-то похвалил бы. Я вообще понятия не имела, как после полостной операции вставать и двигаться. А главное, когда разрешат взять дочку на руки. – А когда я ее увижу? – не выдержала и спросила. – Завтра, все завтра. Переведут в палату, врач придет, и все у него спросишь, – пробормотала сонная медсестра, или кого там заставили со мной маяться. Я пошевелилась, устраиваясь поудобнее и обратила внимание, что боли не было. Нахмурившись, приложила руку к животу, но ничего там не обнаружила. Ощущения от этого были странные, как будто я лишилась чего-то очень важного. Хотя, по факту, наоборот. Прикрыв глаза, попыталась представить свою малышку. Но почему-то видела только хохочущую милашку с двумя хвостиками в красивом розовом платьице. А вот совсем крохотную, завернутую в пеленки, я ее вообще вообразить не могла. От нетерпения заерзала и почувствовала какое-то неприятное натяжение в районе живота. – Ты сильно не ворочайся. Еще не хватало, чтобы швы разошлись, – буркнула женщина и сразу засопела. Ее слова подействовали лучше любых угроз. Я застыла в одном положении и вообще старалась больше не шевелиться. Даже глаза закрыла и попробовала расслабиться. Мне удалось. Даже более чем. Глаза я открыла только утром. И как только умудрилась заснуть, если была уверена, что очень хорошо выспалась? – С добрым утром, – сипло пробормотала я. – С добрым, – ответила женщина, которая сидела со мной всю ночь. – Меня скоро в палату переведут? – Скоро, врач уже заглядывал, сказал, скоро придут, перевезут тебя. – А сама я не дойду? – спросила, нахмурившись. – Я ведь не инвалид, чтобы на коляске ездить. – Быстрая какая, тебя даже на коляску не посадят, на этой каталке и повезут, а там на койку переложат. Сейчас вон санитаров дождемся, и они все сделают. – А когда мне вставать разрешат? – продолжала я болтать. – Мне откуда знать? Всем по-разному. Может, сегодня к обеду и разрешат. – А моя девочка? – И ее принесут. Не переживай. Легко сказать «не переживай», уже почти сутки, как родила, а ребенка до сих пор не видела. А вдруг с ней что-то не так? Мне необходимо было ее увидеть как можно скорее!