Глава 1

АЛЬБИНА

— Эх, сколько можно стенку подпирать? Уже десять минут лишних стоим, — подруга капризно надула губы. А я ничего. Покорно жду. Но мне тоже не нравятся подобные накладки. — Посмотри хоть, кто у нас там. Мужик али баба?

Я, заинтересовано разблокировав свой телефон, нашла фотографию нового расписания.

— Кульчицкий М.Б., - устало потираю глаза. — Радуйся.

Это у нас по счёту уже четвёртая пара. И учитывая, что она будет сдвоенной, раньше половины пятого домой я вряд ли вернусь. Как же спать хочется.

— Ооо, ну хоть что-то хорошее. Надо на него посмотреть. Как считаешь? Вдруг он такой, что можно сразу простить подобную непунктуальность.

— Мил, мне, в общем-то, всё равно. Я с огромным удовольствием в отсутствие преподавателя уткнусь носом прямо в стол и посплю. Ты меня поражаешь, если честно. В универ пришла или в бар мальчиков цеплять?

— Ботаникам слова не давали. Тебе, между прочим, было бы неплохо замечать молодых людей вокруг. А ты только и делаешь, что спишь со своими учебниками.

— Мила! — громко шикнула на подругу. Она за словом с карман не полезет. Иногда даже завидую её безбашенности и прямолинейности.

Тут сквозь толпу к нам начал пробираться невысокого роста сутулый пожилой мужчина.

— Зашибись! Ну, такой пусть ещё подольше задержится! Желательно на пару семестров!

Я ехидненько улыбнулась.

— Аля, снимай шляпу, по ходу пара начинается.

Меня можно причислить к любителям различных головных уборов: шапок, кепок, широкополых шляп, различных повязок, бандан. И даже морозная зимняя стужа не является препятствием для того, чтобы постоянного носить любимые аксессуары.

Нехотя стянула с себя утеплённую фетровую «деловую» шляпку с полями и пригладила аккуратный нижний хвост.

— Внимание, студенты! Преподаватель задерживается. Ещё минут на десять.

— В сумме уже двадцать минут получается. Если препода нет пятнадцать — значит, по закону универа, учащиеся свободны. Это неизменное правило! — раздался громкий крик из толпы.

— Я смотрю, считать кое-кого уже научили. Это прекрасно, особенно для вашей специальности. Так! Что касается правила! Если вас предупредили о задержке заранее, дальнейший самовольный уход и отсутствие на перекличке приравнивается к прогулу. Дальше разгребать будете сами. Отработки за вас проходить никто не будет. Кому неясно — можете рискнуть, — строгий мужчина, провернув старомодный обшарпанный ключ в замке, распахнул дверь, позволив ожидающим, наконец-то, протиснуться внутрь.

— Занимаем, как обычно, вторую перед преподом, — шепнула Мила мне на ухо и начала быстро протискиваться вперёд.

Спустя минут семь, когда все уже успели разложить учебные принадлежности, которые чаще всего — в восьмидесяти процентах — являются толстым блокнотом на кольцах и обычной синей ручкой-автоматом, дверь уверенно распахнулась.

А у меня глаза на лоб влезли, когда я увидела вошедшего в аудиторию молодого мужчину, сжимающего в руках какие-то материалы, и бодрым шагом несущегося за одинокий пустующий стол возле доски.

Видимо, не у меня одной оказалось состояние ступора, потому что по учебному кабинету отчетливо пронёсся согласованный женский вздох и перешептывание:

— Это чё?! Препод по физ-ре заглянул? О-ф-и-г-е-е-е-т-ь!

— Алька, ущипни меня, пожалуйста!

— Да не спишь ты, я вижу то же самое.

Парень, только что занявший своё место преподавателя практики по маркетингу выглядит так, будто его минуту тому назад вытянули из спортзала, нацепили строгую серую рубашку и заставили влезть в чёрные молодежного стиля брюки. Он похож на молодого мускулистого быка: могучие плечи, огромные руки, сплошные мышцы угадываются под тонкой хлопчатобумажной тканью, высокий рост. И хоть я никогда не увлекалась подобными раскачавшимися экземплярами, этот кажется мне настоящим красавчиком! Брюнет. На губах доброжелательная улыбка, а в глазах застыла непонятная ехидная смешинка, как будто он король этого мира. И ещё надменность очень чётко читается в его взгляде. Мне вдруг резко захотелось стать самой незаметной студенткой потока.

Он неторопливо раскладывает свои бумаги, очевидно, журнал, какие-то записи и… поворачивается профилем. Всё, здесь моё наивное сердечко совершило ощутимый предупредительный удар, намекая, что если я сию секунду не отвернусь от этого нереального притягательного зрелища, то оно (сердце, конечно!) совершенно точно выпрыгнет из девичьей груди.

Несмотря на обычные коротко стриженые волосы, сзади на затылке красуется тонюсенькая косичка, сантиметра два-три, не больше. Боже, я в восторге! Как это мило и необычно! Ни у кого раньше подобного не видела! Кажется, я обрела нового кумира.

Как только он открыл рот, поняла, что мой будущий мужчина (сейчас я свободна как птичка в полёте) непременно должен быть похож на него, такой приятный уверенный тембр голоса раздался в аудитории.

— Уважаемые студенты. Я прошу прощение за небольшую задержку. Прежде чем начнём наше занятие, хочу представиться. Записывайте, а то потом забудете, а я обращение безликого «Вы» не переношу. Итак, фамилия моя вам уже известна, но на всякий случай, для особо одарённых личностей, повторю. Кульчицкий. Максим Борисович.

Дааа. Начал он, конечно, громогласно. Строгий.

— Итак, вместе со мной целый семестр вы будете постигать такой сложный, необходимый везде в нашей жизни предмет, как маркетинг. Тем из вас, кто неправильно и невежественно будет ставить ударение на второй слог, светит дополнительная отработка лично от меня. Научить самых внимательных и усердных из вас я смогу многому. Потому как являюсь директором направления развития и маркетинга в достаточно крупной московской компании. При желании обучающихся и наличии настоятельных просьб, вне наших любимых пособий можем ещё очень подробно зацепить пиар, работу таргетологов, smm-щиков и тому подобные узкоспециализированные темы с практическим подходом. Но это после того, как вы осилите уже утверждённую обязательную программу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌Ого! Это было бы потрясающе! А я как раз хотела на отдельные курсы идти!

— К своим занятиям я отношусь очень просто. Во мне заинтересованы вы, а не наоборот. Кому неинтересен предмет, прошу сразу покинуть аудиторию. Экзамен в конце семестра, в любом случае, все будут сдавать преподавателю теории. Я экзамены не принимаю. Поэтому, чтобы у нас с вами не было никаких недопонимай, определяемся сейчас. Или вы присутствуете на парах и работаете в полную силу, вместе со мной постигая искусство маркетинга, или распрощаемся сразу. Кто уходит?

Студенты, явно пребывая в состоянии шока, начали оборачиваться на соседние столы в поисках отчаянных одногруппников.

— Итак, желающих нет. Замечательно. Теперь об организации работы. В течение пары я всегда даю своим учащимся пять-десять минут неофициального перерыва. Расписание наше ещё могут пересматривать, но я со студентами работаю исключительно по субботам, в связи с постоянной занятостью на основном месте, за очень редким исключением. Большая часть информации будет вам предоставлена на самостоятельное изучение с дальнейшей проверкой. Здесь мы с вами занимаемся исключительно практическими моментами. Можете считать мой подход к преподаванию своеобразным тренингом, за который вне пар вы бы заплатили бешеные деньги. Проверочных работ будет немало. Руки пачкать мелом не люблю. Обычно ключевые аспекты даю под диктовку. Сегодня, так и быть, сделаю исключение.

Мужчина потянулся к стеклянной доске, на которой мелом написать ничего не получится при всём желании.

— А. Вместо мела маркер. Отлично. Сегодняшняя тема, — преподаватель левой рукой придерживает доску, которая итак должна быть закреплена прочно. Может, ему так удобнее? И, вооружившись чёрным маркером, правой рукой хорошо разборчивым почерком начал быстро царапать тему сегодняшнего занятия.

Когда он потянулся к верхней части доски, в одно мгновение рукава рубашки его одновременно чуть задрались, открывая всему залу тёмно-синие изящные нарисованные браслеты на запястьях. Препод с татушками!? Невероятно!

— Да, кстати, забыл уточнить. Даю две минуты на ваше любопытство. У кого есть вопросы, дерзайте, — и продолжил выводить аккуратные буквы.

— Максим Борисович, у Вас есть татуировки?

Совершенно не ожидая последующей сцены, Мила вдруг отважилась оживиться и подать голос. Я бы на её месте ни за что на подобное не осмелилась.

Преподаватель медленно повернулся лицом к студентам, плотоядно улыбнувшись.

— Кто это спросил?

В ответ тишина. Кажется, никто даже не шевельнулся. Не привыкли мы к такой исключительности.

— Как обычно. Лес рук. Ну же. Не стесняемся.

— Это я, — подруга едва заметно махнула рукой, а мужчина, оторвавшись от своего занятия и отложив в сторону маркер (конечно, давно все доисторические доски уже заменили на стеклянные в маленьких аудиториях), медленно придвинулся к нашей второй парте и уселся на неё сверху. Прямо возле меня. Ох, какая от него исходит мощная, непробиваемая атмосфера уверенности. От этого человека невозможно отвести взгляд.

— Такая маленькая мышка. Откуда в тебе столько смелости?

Подруга прикусила язык. А я наблюдаю, как рубашка обтягивает объёмные мускулистые очертания его фигуры.

— Фамилия, — тоном мужчины, сидящего в паре сантиметров от меня, можно разбивать лёд.

— Сафина.

— Неужели хотела при всей группе попросить, чтобы я обнажил руки?

Молчание.

— Ну же, отвечай, тебя за язык никто не тянул. Что ещё тебе показать?

— Много чего можно, — в ответ на подобное наглое заявление он улыбнулся так, что я сразу подумала. Зря подруга это задумала. Ох, зря.

— Чтобы много чего от меня получить, нужно будет много чего мне дать. И поверь, то, что я попрошу взамен, тебе абсолютно точно не понравится. Увидят все, а расплачиваться ты будешь одна, — он наклонился вперёд, плечом задев пуговицы клетчатой рубашки на моей груди, чтобы вкрадчиво пронизывающе прошептать Миле на ухо, чуть растягивая слова. — И никто тебя не спасёт, — резко выпрямился, сделал вид, что отряхивает руки, и во весь голос произнёс, оглядываясь по сторонам. — Ещё вопросы есть?

В аудитории снова повисло тягостное молчание. Ни вздоха не слышно. А Мила под его хищным взглядом, остановившимся на ней, отрицательно покачала головой.

— Нет? Замечательно, — оттолкнулся от стола и вернулся на своё место. — Группа, продолжаем!

Я осуждающе покосилась на обалдевшую подругу.

— Сафина, ну ты больная на голову! — надеюсь, кроме Милы мой эмоциональный шёпот больше никто не услышал. — Вообще не соображаешь?

Возмущённо постучала указательным пальцем себе по лбу и отвернулась.

Посмотрела перед собой и столкнулась с горящим взглядом нового преподавателя.

— А теперь моя очередь знакомиться с вами. Начинаем перекличку!

Но подруга всё никак не угомонится, потому что вновь слышу её громкий шёпот на ухо.

— Нет, ну ты видела? У него реально татухи на руках! И что-то мне подсказывает, что одними запястьями они не ограничиваются! Офигеть, какой жеребец!

— Милка, уймись, а то твой ухажёр тебе быстренько крылья пообломает.

— Ну, помечтать-то можно!

Оставшаяся часть пары прошла более-менее гладко.

Обещанный пятиминутный перерыв вот-вот закончится, и с каждой проходящей секундой я всё больше жду, когда же продолжится занятие. От Максима Борисовича лично я пребываю в чистейшем восторге. Даже не беря во внимание его необычную мужскую внешность, совершенно несвойственную его коллегам, добродушную улыбку и нотки вечного превосходства в голосе, как преподаватель он настолько интересно и жизненно выстроил своё общение со студентами, что я просто поражаюсь! Почему другие предметы нельзя излагать вот так? По какой причине остальные профессора долго и нудно разжевывают неподдающиеся пониманию простые учебные истины? Неужели нет способа продумать всё таким образом, чтобы невозможно было оторваться и отвлечься от преподавателя? Ведь, получается, можно доступным и, самое главное, простым способом заинтересовать студентов!

Дааа, жаль, что видеться с Кульчицким мы будем только по субботам. Я бы с удовольствием слушала его и участвовала в разнообразных практических занятиях постоянно. Во всяком случае, вместо изнуряющих своей скукой лекций уж точно!

Фух! Топят, как сумасшедшие. Духота невозможная. Пока Мила активно переписывается со своим очередным бойфрендом, я тупо подпираю стенку около двери, потому что мы с группой решили проветрить кабинет, запустив немного морозного воздуха внутрь. И, конечно же, по иронии судьбы, ввиду того, что все остальные ручки сняты, во всей аудитории максимально распахивается только одно окно. То, которое около нас с Милой. Наверное, уже пора закрывать. Делаю шаг в сторону и резко останавливаюсь от раздавшегося точно за моей спиной весёлого тона.

— О, самые пытливые девочки этой группы, — когда это он успел ко мне приклеить ярлык любопытной Варвары? Я и не заметила, как преподаватель бесшумно подкрался. И наткнулся в дверях на меня. Какой же он огромный! Папа мой про таких качков говорит: «Натуральный шкаф!». Рядом с ним чувствую себя Дюймовочкой, хоть и не отличаюсь маленьким ростом.

— Эй, Оленёнок, ну что застыла? Проходи на место, вдвоём в проходе не поместимся.

Мы с подругой переглянулись, но сочли за счастье промолчать.

— Студенты, в наши маленькие перерывы далеко не разбегаемся, а то мне влетит. Надеюсь, вы меня не подставите.

— Можно подумать, другие преподы об этом не знают, — Мила, как всегда, наигранно закатила глаза, намеренно произнеся фразу вслух, и громко цыкнула, как будто находится не на паре, а на базаре. Ненавижу, когда она так делает. Этим подруга привлекает внимание не только к себе, но и ко мне.

И снова я поймала на себе взгляд нового преподавателя. Он смотрит то на меня, то на Милу и с осуждающим взглядом качает головой.

Тут я не выдерживаю и под столом больно щипаю подругу за ногу.

— Эй!

— Ты можешь уже успокоиться, а? И вести себя прилично.