Глава 24

— Тебе ещё по роже дать, чтобы ты не лез к ней больше?! Я же говорил, чтобы ты больше сюда не приходил!

— Закрой рот! Ей отдыхать надо! Придурок!

Злобный шёпот переходит в грохот.

— Вы что здесь устроили?! Андрей! Иди сюда, скорее! Они нам всю палату сейчас разнесут! — противный писклявый голос.

Я приоткрываю глаза. Мир становится яснее. Секунды две соображаю, где я, шевеля пальцами на руках и ногах. С правой рукой что-то не так. Я медленно поворачиваю голову и замечаю гипс на правом запястье.

Память обрывками накидывает события. Я и мамин дом, я и Макс, я и нож в шее Макса. Сердце реагирует сильным сердцебиением, неконтролируемый страх охватывает меня. В палате что-то начинает пикать. Шум резко прекращается и ко мне подбегает толпа людей.

— Катя! Наконец-то! Как ты, малышка?!

— Отойди от неё, мудак! Кать, ты в порядке?!

— Все вышли из кабинета! Живо! — строгий голос принадлежит мужчине в белом халате.

Медсестра очень маленького роста выпроваживает всех лишних.

— Не волнуйтесь! Вы в больнице, у вас сотрясение и перелом запястья. Опасности нет, вы идёте на поправку и скоро встанете на ноги, — сообщает ласковый, успокаивающий голос.

— Как я здесь оказалась? — спрашиваю хрипло и очень тихо.

— Вы вызвали службу спасения, вас нашли в доме. Ваш друг Кирилл распорядился, чтобы вас привезли сюда., — доктор улыбается мне.

Я молчу, всё ещё плохо соображая.

— Что-нибудь болит?

— Нет, просто чувствую себя странно…

— Это пройдет. Скоро вы полностью придёте в себя. А сейчас нужно отдохнуть. Через час вам принесут поесть. Ксения останется здесь, если возникнуть какие-либо вопросы, — он указывает медсестру. Она улыбается мне.

Следующие полчаса я вновь восстанавливаю события недавнего прошлого. У меня много вопросов, но некому их задать, кроме медсестры.

— А кто здесь дрался? — спрашиваю, оглядывая палату.

— Кирилл и Стёпа! Они все два дня, что вы тут находитесь, ведут себя, как кошка с собакой! У Кирилла огромный фингал, а у Стёпы губа разбита! — ябедническим голосом сообщает медсестра.

Когда она произносит его имя, моё сердце сжимается… Кирилл предал меня, сломал мне жизнь… На шею будто удавку набрасывают. Я не хочу помнить это…

Увидев моё, ставшее ещё более бледным лицо, и посчитав, что меня шокирует услышанная информация, Ксения поспешно добавляет:

— Ой! Я наверно лишнее болтаю! Всё с ними нормально, просто поссорились немного… И всё! Только не волнуйтесь! — взволнованно произносит.

— Не надо ходить на цыпочках передо мной, — слегка грубо отвечаю я, всё ещё находясь в своих мыслях, но, заметив недовольное лицо медсестры, добавляю мягко: — пожалуйста, Ксения. Ксения, да?

Она улыбается и кивает.

— Эти двое здесь постоянно были?

— Ага! Ни на минуту не отходят! Я не знаю, как они оба ещё на ногах стоят! — воодушевлённо говорит она.

Было видно, что ей не терпится посплетничать ещё о происходящем и она тараторит дальше:

— Кирилл оплатил ваше лечение здесь, чтобы всё было на высшем уровне. Он даже оставался ночевать прямо тут в палате! Представляете? Переживает страшно! Должно быть он вас так сильно любит…

Я не удерживаюсь и закатываю глаза. Любит он только себя и никого больше. Так и хочется сказать, что он не рыцарь, которым она его явно считает, а трус и лжец. Лжец, который сломал мою жизнь.

— Кирилл ни в какую не хотел, чтобы Стёпа был здесь. Даже просил охрану его выгнать, но Андрей Валерьевич твёрдо сказал, что если она оба не успокоятся, то он вышвырнет их к чертовой матери! — радостно продолжает фонтанировать информацией медсестра.

Отмечаю, что тело начинает ломить. Голова по-прежнему сама не своя. Так паршиво я никогда себя не чувствовала.

— Долго мне ещё здесь лежать? — спрашиваю, боясь услышать ответ.

— Скорее всего, не меньше недели. Гипс с руки снимут только через месяц, — разочарованно отвечает Ксения, видимо, недовольная тем, что я перевожу тему. — А ещё знаете, что…

— Я хочу есть, очень! — перебиваю я.

От её торопливого голоса у меня начинает болеть голова, поэтому не хочу слушать больше ни минуты.

Ксения замолкает и натягивает улыбку.

— Сейчас принесу! — произносит она и выходит.

В этот момент за дверью раздаются спорящие голоса. Я различаю голос Стёпы, Кирилла, Ксении и ещё парочку незнакомых. Затем всё резко затихает. Я не замечаю, как засыпаю.

Кто-то гладит меня по лицу. Мама обычно всегда так меня будила в школу. Осторожно. Ласково. Улыбаясь, я открываю глаза.

— Малышка моя… Если бы ты смогла простить меня…

Улыбка исчезает с моего лица. В этот момент меня накрывает волной неконтролируемой паники, так как в голову приходит один очень страшный вопрос: где моя мама?!

— Мама! — хрипло выкрикиваю я, оглядываясь по сторонам. Заново приходится вспоминать, где нахожусь.

— Тише-тише, не переживай, я всё узнал. Твоя мама отдыхает в Турции. Пробудет там ещё пару дней. Она ещё ничего не знает о случившемся в доме, — Кирилл говорит размеренно и спокойно.

— Что? Что она там забыла? Это какой-то бред… — провожу рукой по лицу, пытаясь соображать более здраво. Может, я всё ещё сплю?

— Как я понял она сошлась с бывшим ухажёром, и они вместе поехали отдыхать. Как-то так, — мимоходом Кирилл пытается погладить меня по руке.

Выдёргиваю руку. Слова эхом проносятся в голове.

— Это на неё похоже… а телефон почему был дома? Её мобильный был дома! Это я точно помню! — всё еще не веря, спрашиваю я.

Знаю, что она в молодости была авантюристкой, но с годами её было из дома не вытащить. Хотя, как показывает жизнь, в людях я совершенно не разбираюсь, так что мама, вполне возможно, тоже полна сюрпризов.