Глава 24 · Пуля

Карлайл был мёртв. Эта мысль казалась маленькой и незначительной на фоне всего того, что произошло с Артуром в последнее время и продолжало происходить до сих пор.

Несмотря на его смерть, кошмары никуда не делись, и Дуглас так же не появлялся в его квартире на берегу реки, видимо, давая Артуру время для размышлений.

Если бы он приходил, Артур, возможно, не выдержал бы, но так, в одиночестве, он мог мыслить почти здраво и в конце недели ответил твёрдое и однозначное «нет».

Дуглас, как ни странно, принял этот ответ довольно спокойно. Не было ни скандалов, ни угроз. Только равнодушный кивок.

Артур помялся ещё на пороге его кабинета и ушёл к себе.

Ещё два дня прошли сравнительно спокойно, не считая плохого сна, а на третий день, когда Артур уже собирался засыпать, раздался звонок в дверь.

Юноша не сразу понял, что это может значить. У Дугласа были ключи, а никто больше до сих пор в эту квартиру не входил.

Он отложил в сторону книгу и подтянул одеяло, размышляя, стоит ли открывать.

Звонок повторился.

Артур вылез из кровати и подошёл к окну. Машина охраны стояла у подъезда.

Артур подошёл к двери и выглянул в глазок, а затем облегчённо выдохнул. Он не ожидал увидеть Дугласа и ещё секунду назад абсолютно этого не хотел, но почему-то один его вид вызвал волну тепла по всему телу.

Артур открыл дверь и замер, ожидая. Дуглас не входил. Впервые вместо строгого костюма на нём были обычные джинсы и куртка, и Артур не узнал бы его, если бы не какая-то особая энергетика, исходившая от гостя.

— Привет, — сказал Артур неловко, не совсем понимая, что происходит.

Ретт стоял молча и смотрел на него с полминуты.

— Ты меня пригласишь? — спросил он, наконец. Сцена до тошноты напоминала одну из их первых встреч в дешёвой гостинице на одной из лун Андромеды.

Артур сглотнул и отошёл в сторону. Ретт вошёл, и только теперь Артур заметил у него в руках стопку бумаг.

— Взгляни.

Артур скользнул взглядом по бумагам.

— Ещё один контракт? — спросил он устало.

— Не для тебя. Пролистай, там дальше понятнее.

Артур послушно пролистал однотипные страницы и добрался до разноцветных листовок.

— Что это? — спросил он недоумённо, листая рекламные проспекты какой-то клиники.

— Они лечат травмы позвоночника. Это я взял для тебя, но вообще знаю их давно… кое-кто из моих ребят знает.

— У меня не хватит денег на операцию, — сказал Артур устало. — Или ты снова хочешь напомнить, что я могу зарабатывать больше?

— Я пришёл говорить не о твоём заработке. Я оплачу операцию в любом случае, согласишься ты или нет. Пусть это закроет тему с твоими долгами. Но одной операцией дело не обойдётся. Всё в жизни упирается в одно правило. Ты должен поговорить с ней. Заставить её хотеть встать.

Артур устало покачал головой.

— Ретт, думаешь, я не знаю тебя? Ты хочешь, чтобы я был у тебя в долгу. Долгу, который, возможно, никогда не смогу выплатить.

— Артур, послушай меня, — Ретт метнулся к нему так быстро, что Артур заметил его движение лишь когда руки Дугласа уже сжали его плечи и с силой тряхнули.

Юноша обмяк, едва не повиснув на них, ощутив знакомые уверенность и тепло. К счастью, Ретт ничего не заметил, и лишь встряхнул его ещё раз.

— Можешь упиваться своей гордостью сколько хочешь. Пока ты строишь из себя обиженного, твоя сестра сидит у окна и смотрит в темноту. А это, — Ретт качнул головой, подбородком указывая на кипу бумаг, — решит её проблему навсегда. Я пришёл не спрашивать, хочешь ты этого или нет. Всё решено. Деньги уже ушли. Я мог бы сделать это молча, но я не буду уговаривать её встать. А тратить деньги впустую я не люблю.

— Зачем? — выдохнул Артур, даже не пытаясь отстраниться. — Зачем теперь, когда между нами всё…

— Потому что ничего не кончено. Я люблю тебя так же, как любил. И я так же хочу, чтобы тебе стало легче.

Артур закрыл глаза, и Ретт счёл это хорошим знаком. Он тут же потянул Артура на себя и крепко прижал к груди. Юноша не сопротивлялся, как не сопротивлялся никогда, только руки его безвольно обвисли по сторонам.

— Пожалуйста, не надо… — прошептал он тихо.

Ретт едва не зарычал и с силой оттолкнул его прочь.

Он смотрел на Артура всего секунду, а затем молча вышел за дверь.

Артур так и смотрел, как он спускается по лестнице, не в силах ни окрикнуть, ни закрыть дверь, и только когда шаги Дугласа совсем стихли, запер её и снова отправился в постель.

* * *

Проснулся Артур ещё от одного звонка. Это было уже совсем странно. За окнами неторопливо занимался рассвет, и Артур сильно сомневался, что Ретт мог проторчать около дома всю ночь, а затем вернуться.

И тем не менее, когда звонок повторился он встал, накинул на плечи халат и снова подошёл к двери.

Камера показывала незнакомых мужчин, однако будто бы услышав его шаги, один из них протянул к объективу полицейское удостоверение.

Артур облизнул губы, потянул щеколду и приоткрыл дверь.

— Доброе утро. Что-то случилось?

— Мистер Эссекс?

— Да…

— Вы работаете на Ретта Дугласа?

Артур невольно бросил взгляд на лежащие рядом с зонтиками бумаги. Он не успел посмотрел их в деталях, но надеялся, что давешнего контракта там в самом деле не было.

— Это верно, — согласился он. — Что-то случилось?

— Полагаю, вам нужно пройти с нами. Мистер Дуглас был обнаружен двумя этажами ниже с пулей в груди.

Артуру показалось, что земля уходит у него из-под ног.

— Мистер Эссекс? — спросил один из следователей слегка удивлённо, невольно протягивая руку вперёд и пытаясь его удержать?

— Он жив? — это было первое, что пришло на ум.

Следователь нахмурился, но напарник положил руку ему на плечо. Оба полицейских переглянулись, и старший из них сказал:

— Да, он жив. Не беспокойтесь.

— Вы не думаете…

— Рано говорить, — отрезал молодой, но старший снова его перебил.

— Не беспокойтесь, мистер Эссекс. Нам просто нужно узнать детали вашей встречи.

Артур кивнул и окинул себя растерянным взглядом, он снова начинал впадать в то холодное состояние, в котором пребывал три года до встречи с Дугласом.

Ретт ранен… Такое казалось невозможным. Полицейский предлагал не беспокоиться, но Артур знал, что они всегда так говорят:

«Не беспокойтесь, мистер Эссекс, мы во всём разберёмся».

Впускать их в квартиру не хотелось, и Артур без особой вежливости захлопнул дверь перед их носом, а сам направился к шкафу. Принимать душ не было времени, и он просто надел один из повседневных костюмов, не особо обращая внимания на то, какой именно, и вышел к полицейским.

Его проводили вниз — будто специально они шли по лестнице, и Артур невольно потянулся к горлу, чтобы ослабить галстук, когда увидел двумя этажами ниже красное пятно на полу. Казалось диким, что это может быть кровь Дугласа. Частичка его тепла, оставшаяся на холодном камне.

Уже у подъезда Артур увидел аэромобиль охраны. Шелман кивнул ему, давая понять, что всё видит, но никаких действий не предпринял — оставалось надеяться, что это означает, что у охраны всё под контролем. Хотя оставался и другой вариант — его могли просто бросить, раз уж шефу было не до него.

Артура усадили в полицейскую машину, и аэромобиль плавно тронулся. В зеркале заднего вида Артур заметил, что охрана не двинулась с места.

В участке они были спустя минут пятнадцать, а ещё полчаса улаживали какие-то формальности. У него брали отпечатки, делали фотографии — будто в самом деле предполагалось, что это он мог стрелять в Дугласа. От одной этой мысли грудь сдавливала боль. Несмотря ни на что, он не мог даже представить, что причинил бы Дугласу вред.

Артур равнодушно отвечал на вопросы, которые казались бесконечными, и непрестанно смотрел на часы, будто рассчитывая, что стоит минутной стрелке доползти до какой-то отметки, и его отпустят.

— В каких отношениях вы состояли с пострадавшим?

Вопрос выдернул его из тумана равнодушия, заставив дёрнуться.

— Это важно? — спросил Артур резче, чем следовало.

— Полагаю, да, если вас это так беспокоит.

Артур перевёл взгляд с одного полицейского на другого. Правда безусловно могла бы задержать его здесь очень надолго. Посмотреть со стороны — история из мыльной оперы. Секретарь, которого бросил его начальник. Однако даже сам Артур не был настолько циничен, чтобы пытаться забить их отношения в столь однозначные рамки. Он не знал толком, кто и кого бросил, и уж тем более, кем приходился ему Ретт.

— Мы были любовниками, — сказал он ровно.

Оба полицейских замолчали на несколько секунд.

— И как складывались ваши отношения? — спросил старший затем.

Артур в упор посмотрел на него.

— Неровно. Но мы любили друг друга. Если бы я знал… знал, что с ним может случиться что-то подобное, никогда бы не дал ему уйти.

Какое-то время полицейский буравил его взглядом, видимо, пытаясь заставить потупить взгляд, но Артур осознал вдруг абсолютно ясно, что сказал правду.

Они были любовниками. Не работодателем и наёмным работником, не насильником и жертвой, и уж конечно не были они ни партнёрами, ни друзьями. Они были любовниками, как бы по-идиотски не прошли последние три недели, и если бы Артур мог хотя бы представить, что с Реттом случится что-то плохое — на промежутке в пятьсот метров от его квартиры до машины охраны, он согласился бы на любые контракты, только бы не выпустить его из неё.

— Простите, мистер Джонсон, — Артур запомнил имя только одного из полицейских, потому что фамилию трудно было забыть. — Я поздно лёг спать, очень устал вчера, вы сами знаете, что ночью ко мне к тому же приходил Дуглас. Если это все вопросы — дайте мне уйти. Если это нужно, я готов внести залог. И… Я хочу знать, в какой больнице он сейчас.

Джонсон смотрел на него ещё несколько секунд, а потом кивнул.

— Вас проводят к выходу. Но нам могут понадобиться дополнительные показания.

— Сколько угодно. Где он?

— Госпиталь святой Джоаны. Мы пытались обратиться к жене и узнать, какую больницу он бы предпочёл, но нам это не удалось.

Джонсон снова кивнул и встал, чтобы показать ему дверь.

— Вы не похожи на убийцу, мистер Эссекс, — сказал он тихо у самого выхода.

— Я на это надеюсь, — Артур безрадостно улыбнулся и вышел прочь.

Артур не был уверен, отзовётся ли шофёр на его вызов, но, уже выйдя из участка, увидел стоящую поодаль машину охраны.

Артур торопливо перешёл дорогу и подошёл к мерседесу.

— Мистер Шелман… — позвал он нерешительно, хотя то, что аэромобиль последовал за ним, уже должно было означать, что охрана не снята. С другой стороны, они вполне могли следить, чтобы Артур не сболтнул лишнего.

Ричард Шелман опустил окошко.

— Вы не подбросите меня в больницу Святой…

— Залезайте, — перебил его Шелман и открыл заднюю дверь.

Аэромобиль тронулся сразу, как только Артур оказался внутри. В салоне было тепло — куда теплее, чем снаружи. Охранники молчали, и Артур спросил сам:

— Как это случилось?

Шелман ответил не сразу.

— Он просил не ходить за ним. Мы ждали внизу. Выстрелов слышно не было, и Эрик понял, что что-то не так, только когда прошло пятнадцать минут, а он не появился. Нашли его уже… без сознания.

Артур дёрнулся и в упор посмотрел на телохранителя.

— Это опасно?

Шелман бросил на него косой взгляд.

— Не знаю. Не думаю. Дуглас выкарабкивался и не из такого.

Артур ощутил, как сердце его бешено колотится о рёбра.

— Приехали, — сообщил сидевший за рулём телохранитель, и Артур кивнул.

— Спасибо.

— Я схожу с вами. Не хватало чтобы…

Артур торопливо кивнул и поблагодарил ещё раз.

В госпитале царил полумрак. Это место мало походило на то, где Артур виделся с сестрой — узкие коридоры, голые стены. Такой же была разве что царившая повсюду тишина.

— Почему он здесь? — спросил Артур негромко следовавшего за ним Шелмана.

— Пока он не может подписать документы о переводе. Это должна сделать Жози, а ей никто не может дозвониться.

Артур сглотнул, увидев через приоткрытую дверь, как двое санитаров переваливают на каталку неподвижное тело.

— Надо его забрать, — сказал он твёрдо.

— Нужна подпись Жози, — повторил Шелман твёрдо, — сюда.

Они повернули и оказались в небольшом холе, куда входило несколько дверей.

Артур подошёл к одной из них вслед за Шелманом.

— Я схожу за медсестрой, — сказал Ричард, и Артур кивнул, однако делать этого не потребовалось. Девушка в белом халатике сама вплыла в холл.

— Что вы хотели? — спросила она, останавливая тележку.

— Мне нужно повидать мистера Дугласа, — сообщил Артур.

— Вы его родственник?

Артур беспомощно обернулся к Шелману.

Тот лишь пожал плечами.

— Почти. У нас долгое время были близкие отношения.

— Прошу прощения, к нему пока можно только родственникам. Если можете связаться с ними — сделайте это, нам нужно уладить ряд формальностей.

Артур покачал головой. Он не знал никого, кроме Жозефины, а она вряд ли ответила бы ему скорее, чем другим.

— Мы никак не сможем договориться? — Артур отошёл к двери и попытался повернуть ручку.

— Простите, что вы делаете? — сестра торопливо бросилась к нему. Девушка успела оттолкнуть его и перегородить дорогу тележкой, так что войти Артур не смог, но всё же успел заглянуть в палату и тут же встретился с немигающим взглядом Ретта.

Дуглас лежал на узкой больничной кровати с капельницей у руки и казался непривычно истощённым.

И всё же глаза его были открыты, и взгляд на миг встретился со взглядом Артура.

— Ретт, я здесь…. — только и успел выдохнуть Эссекс, прежде чем дверь закрылась у него перед носом.