Глава 83 · Анданте фа мажор

— Мистер Эссекс, — Бейли растянул губы в улыбке и протянул руку.

— Мистер Бейли, — Артур коротким движением сжал его ладонь и, тут же отпустив, опустился в кресло.

Бейли отметил про себя, что пациент выглядит не только вполне здоровым, но и неожиданно уверенным в себе — такое впечатление никак не складывалось по рассказам Дугласа.

— Мистер Эссекс, — Бейли сел в кресло напротив, — для начала я не хочу, чтобы вы считали меня врагом.

Взгляд Артура уткнулся ему в переносицу, и после минутного молчания Бейли отвернулся.

— Мистер Бейли, — сказал Эссекс ровно, — для начала давайте проясним — я здесь, потому что Ретт считает, что это необходимо. Как видите, он ошибается. Я в полном порядке.

— Вы всегда делаете то, что он говорит?

— Как видите.

— Значит, его слова много значат для вас?

Артур промолчал, и Бейли продолжил сам.

— Он говорит что вы…. Рассеянны.

— Он не говорит, откуда он это узнал?

Бейли склонил голову.

— Нет. Хотите мне что-то рассказать?

Артур покачал головой и отвернулся к окну.

— Мистер Эссекс, предположим, вы здесь только потому, что обещали ему. Верно?

— Да.

— Но тогда разве вы не должны искренне выполнять это обещание? Он ведь хотел, чтобы вы поговорили со мной, а не просто пришли, поздоровались и ушли.

Артур поджал губы. Снова помолчал.

— Я говорю, — сообщил он ровно.

— Вы готовы рассказать мне о себе?

— А есть ещё что-то, чего вы не знаете?

Бейли пожал плечами.

— Вам видней.

Артур вздохнул и снова уставился в окно.

— Вы не хотите снять шарф? — продолжил Бейли, разглядывая несколько слоёв шерсти, намотанных вокруг ворота пиджака.

— Не беспокойтесь. Я сделал бы это, если бы хотел.

Бейли хмыкнул. Он начинал понимать, откуда взялось это слово «мальчик».

— Мистер Эссекс, скажите, чем вы занимались последние… лет десять?

Артур помолчал.

— Окончил школу, — начал он всё так же не глядя на психиатра, — поступил в Кембридж… Вылетел из Кембриджа. Почти год провёл у постели больного отца. Потом столько же пытаясь найти способ оплатить лечение сестры… Затем стал секретарём Дугласа. Сейчас я топ-менеджер в его компании. Ничего особенного, как видите.

Бейли сделал несколько пометок.

— Подобная молодость была у всех ваших друзей? Я имею в виду ровесников.

Артур вздрогнул.

— Я не знаю, — сказал, и в голосе его промелькнуло напряжение, будто он готов был встать и уйти. — Я не общаюсь с ровесниками. В основном.

— В основном?

Артур сжал зубы и промолчал.

— Но у вас же есть друзья? — продолжил Бейли.

Артур раздраженно повёл плечами.

— Вы обещали, — напомнил Бейли.

— Можно и так сказать. Наверное.

— Можете назвать их?

— Имена вам ничего не скажут.

— А вы назовите без имён.

Артур снова поёжился.

— Начальник охраны мистера Дугласа… Мой личный начальник охраны. Кое-кто из телохранителей. Наверное.

Бейли продолжал смотреть на него.

— Мне достаточно, — сообщил Артур, старательно распрямляя спину, и во взгляде его появился вызов.

— Я ничего и не говорил.

— У Дугласа тоже нет друзей, но это не делает его больным. И я не понимаю, какое отношение эти вопросы имеют к изнасилованию.

— Я пытаюсь понять, чем вы живёте. Если не хотите говорить о друзьях, поговорим о другом. Например… какая музыка вам нравится?

— Гендель, — ответил Артур сразу же.

— Гендель? — Бейли поднял брови.

— Анданте фа мажор.

— Полагаете, это тоже естественно для вашего возраста?

Артур посмотрел на него в упор.

— Полагаю, нет. Но я никогда не тяготел к популярной музыке.

— Даже в колледже?

— В колледже приходилось слушать то, что слушают друзья. Но это никогда не было мне особенно интересно. А потом… — Артур закусил губу.

— А потом? — поторопил его Бейли.

— Потом однажды я услышал Генделя.

— В первый раз?

— Не совсем. Я учил эту мелодию в детстве, но тогда не мог её понять. А потом как-то мы с Реттом были в гостях, и…

Артур отвернулся и замолчал, но Бейли отметил, что Эссекс перешёл на личные имена, да и поза его стала более расслабленной.

— Мистер Эссекс, а были ли ещё вещи, которые вы стали воспринимать по-новому после знакомства с Дугласом?

Артур повёл плечами.

— Наверное. Многие. Многое я с ним попробовал в первый раз. А многое… Как ни странно, раньше многое казалось мне недопустимым.

— Не хотите рассказать?

— Нет.

Бейли покрутил ручку. Разговор заходил в тупик, и он решил рискнуть.

— Скажите, а насилие… С вами случалось подобное ранее?

Артур вздрогнул и, когда он посмотрел на врача, глаза его превратились в две щёлочки, будто он целился в Бейли из револьвера.

— Что вы хотите сказать?

— Я не хочу сказать, я хочу спросить. Видите ли… ваши реакции не совсем типичны…

— А что должно быть? Я должен винить себя, бояться людей… Простите, что разочаровал.

— Вы ведь всё равно не в порядке.

Артур поморщился, но Бейли продолжил.

— Вы не в порядке, но по другому. Дуглас говорит, когда его нет, вы сидите неподвижно. О чём вы думаете?

— Ни о чём, — отрезал Артур и отвернулся.

— Я никому не собираюсь говорить, мистер Эссекс.

— Я вам уже ответил. Это правда.

Бейли чуть наклонился вперёд.

— Поясните, пожалуйста.

Артур вздохнул.

— Сначала лезли в голову воспоминания… О том, как… Кто из них что сказал и почему. Это и сейчас иногда накатывает. Но не так часто. Ещё было страшно, и я всё вслушивался в шорохи… Если я в незнакомом месте — это и сейчас так, но на самом деле так было и до… всего. Я не люблю быть один среди незнакомых людей. Да и вообще среди людей. Мне довольно тяжело в незнакомых местах… Трудно делать незнакомую работу. Но я привык и просто не обращаю внимания. Уже давно. Сейчас стало немного сильнее … вот и всё.

— А с Дугласом?

— С Дугласом — нет. Мне не страшно. Так тоже было всегда, — он помолчал. — Мне даже нравится, когда он показывает мне что-то новое. С ним я живу. Не уверен, что вы можете понять это, мистер Бейли.

Бейли постучал карандашом по блокноту.

— Это не болезнь, — повторил Артур в очередной раз.

— Если это не болезнь… Почему вы впадаете в это состояние?

Артур пожал плечами.

— А почему нет?

— Что вы имеете в виду?

Артур отвернулся и долго смотрел в окно.

— Вам не понять.

— Попробуйте объяснить.

— Я не хочу.

— И всё же.

Артур вздохнул.

— Понимаете, я долго пытался добиться чего-то сам. Я добился того, что почти полностью уничтожил себя. Я отказался от всего, что предлагал мне Ретт. Что он давал мне для моего же блага. И я оказался… там. Я никогда бы не попал к тем людям, если бы делал всё, как говорил Ретт, понимаете?

— Начинаю понимать. Продолжайте.

— Это, в сущности, всё. Я просто не вижу смысла что-то делать… Кроме того, что ждёт от меня он. И я не свихнулся. Я счастлив. Мы оба счастливы. Я наконец-то нашёл правильный путь.

Бейли опустил глаза в блокнот и задумался о том, как описать ситуацию клиенту. Тому, кто платит деньги — и наверняка платит их не за плохие новости.

— Это всё? — спросил Артур поднимаясь.

— Да, — задумчиво сказал Бейли, — на сегодня всё. Но я надеюсь, вы придёте ещё.

— Если Ретт посчитает нужным.

* * *

В номер Артур вернулся уже в темноте. Ретт спал, и он попросту устроился у мужчины под боком, опустив подбородок Ретту на грудь.

— Как прошло? — пробормотал Ретт, вырываясь из оков сна.

— По политологии пять. С доктором поговорил.

Ретт приоткрыл один глаз и, перевернувшись на бок, притянул его к себе, а потом мягко поцеловал.

Артур улыбнулся ему в губы, а оторвавшись, прошептал:

— Ты доволен?

— Да.

— Тогда и я тоже.