Глава 24

Пока был в России, каждый день получал отчёт обо всех передвижениях Николь. Точнее о том, что она безвылазно сидела дома и лишь всего раза три за всё время ходила до ближайшего супермаркета.

Причину такого затворничества Павлу понять было сложно. Никогда не стремился постичь женскую психологию. Но здесь был особый случай.

Может стресс у неё от всего пережитого? Или, как там это обычно называют? Посттравматический синдром?

Яхонтов всегда умел абстрагироваться от тревожных мыслей и воспринимал всё хладнокровно. Но не в этот раз.

С каждым прошедшим днём всё больше чувствовал потребность увидеть её. Все запланированные в Москве дела решал максимально быстро, чтобы как можно скорее вернуться в Штаты.

И вот, наконец, свершилось, черт возьми! Он летит домой! И совсем скоро стиснет в руках свою маленькую пташку…

Узнав от охраны, что Николь изъявила желание встретить его в особняке, был приятно удивлён. Поэтому, когда водитель припарковал автомобиль во дворе дома, Яхонтов в приподнятом настроении выбрался из салона и быстрым шагом направился к парадному входу. И, открыв дверь, сразу же уловил взглядом девушку.

Ощущение радости от встречи быстро сменилось пониманием, что что-то произошло.

Николь всю потряхивало, выражение лица такое, будто ещё немного и её накроет истерика. В глазах слезы, зрачки расширены от страха…

Но внимание Павла больше привлекли истерзанные губы и то, что рукой она держалась за горло, словно…

Да ну нахер?

Всё окружающее пространство мгновенно заволокло красной пеленой бешенства. В фокусе оставалась только его женщина, которую кто-то посмел тронуть! В его, сука, доме!

— Кто? — только и смог процедить, зная, что сейчас будет убивать.

Со стороны столовой уловил движение и перевел дикий взгляд на приближающегося человека.

Стас! В голове сразу же сложился пазл.

При других обстоятельствах, Павел понял бы реакцию брата. Но не сейчас.

Сейчас сознание отказывалось мыслить здраво. Оставалось только одно желание. Наказать. Причинить боль тому, кто посмел обидеть его малышку.

Молча двинулся навстречу мужчине, встречаясь с прищуренным взглядом.

— Может объяснишь, откуда в твоём доме двойник моей жены? — только и успел сказать тот.

А дальше, Павел замахнулся и со всей дури впечатал свой кулак в физиономию брата, сбивая того с ног.

— Ты что творишь, придурок? — рявкнул, соскакивая.

И тут же бросился к нему с ответными ударами.

Завязалась драка. Они сцепились, ломая окружающую мебель в щепки и круша всё пространство гостиной к чертям собачьим.

Драться братья Яхонтовы умели с детства. Особенно друг с другом.

Павел был сильнее физически, но Стас отличался бОльшим количеством дури в башке. Их потасовки всегда заканчивались тем, что старший брат первым остывал и прекращал бойню.

В этот раз Павел не хотел останавливаться. Он опрокинул Стаса на лопатки и начал наносить удары по лицу и корпусу, всё время представляя, как тот причинял боль Николь, целовал её губы…

Нет! Так просто он этого не спустит! Эта девочка неприкосновенная. Её трогать нельзя! Никому!

— Пожалуйста, хватит! — услышал издалека истерический крик. — Хватит! Павел! Остановись!

Занесенный в очередной раз кулак не достиг своей цели.

Тяжело дыша, мужчина начал медленно возвращаться в адекватное состояние, оценивая ситуацию.

Оторвал ненавидящий взгляд от брата и посмотрел на девушку, которая выглядела сейчас ещё хуже, чем когда он вошёл в дом.

Её трясло, в глазах стоял ужас, лицо было мокрым от слез.

— Хватит… — чуть слышно прошелестела дрожащими губами. — Он же твой брат.

Поднялся на ноги и быстро преодолел расстояние между ними.

Николь сделала попытку попятиться, но ему сейчас было не до игр в догонялки. Резко притянул её к себе и уткнулся носом в мягкие волосы.

Вдыхая запах своей женщины, чувствовал, что приходит в норму. По венам растекалось умиротворение, которого так не хватало в последние дни.

— Ну ты и кретин… — раздался за спиной голос Стаса. — Совсем с катушек слетел, придурок.

— Рот свой закрой! — рявкнул через плечо. — Ещё раз тронешь её, руки из плеч вырву, говнюк.

Было слышно, как брат со стоном поднимается на ноги.

— Вместо того, чтобы кидать угрозы, может, объяснишь, что за хрень здесь происходит? Кто она и…

— Я сейчас не в состоянии с тобой разговаривать, Стас, — отчеканил, стискивая зубы. — Уйди.

В этот момент в гостиную забежал Володя, окидывая взглядом разгромленное помещение.

— Тебе вообще сейчас лучше не попадаться мне на глаза, — злобно зарычал на него. — Почему не доложил, что брат здесь? Как они вообще оказались наедине, мать твою?

— Павел Андреевич…

— Валите все на хрен отсюда, — процедил предупреждающе. — Иначе я за себя не ручаюсь.

Владимир тут же исчез, но Стас не торопился покинуть гостиную.

Он приблизился к ним, нахмурив брови.

Только сейчас заметил, что неплохо разукрасил брату физиономию. В ближайшее время тот будет освещать фонарями всё пространство в округе. Хорошая у них вышла встреча, ничего не скажешь.

— Я думал, что она — Мила, — произнёс мужчина в своё оправдание.

— Я понял, — кивнул и недовольно добавил: — Иди. Позже поговорим.

Стас направился к выходу, по дороге кинув:

— Кстати, рад тебя видеть, братишка. Даже несмотря на то, что ты конченный псих.

— Пошёл ты, — грубо бросил вслед. — Я ещё буду выяснять, с какой это радости ты вышел из больнички раньше срока.

— По УДО выпустили, — сообщил с сарказмом. — Хорошо себя вёл.

Ну-ну… Что-то с трудом верится.

Когда брат скрылся за дверью, Яхонтов переключил всё своё внимание на девушку, притихшую в его руках.

Отстранившись, взял за её за подбородок и цепким взглядом прошёлся по тонкой шее, на которой уже начал проступать огромный кровоподтёк.

Проклятье! Захотелось избить Стаса ещё раз. Да посильнее.

— У тебя кровь идёт, — произнесла, хмурясь. — Бровь рассечена.

Павлу сейчас было глубоко наплевать, что там у него рассечено.

Он внимательно изучал нежную кожу на шее и снова начинал закипать от злости. В этот раз он злился на самого себя. За то, что допустил подобную ситуацию. Не предусмотрел. Не предотвратил.

— Я хочу уехать, — тихо промолвила. — Домой.

— Мы поедем вместе, — сообщил, принимая решение. — Но не к тебе домой.

— А куда? — её брови удивлённо взметнулись.

— Это сюрприз, Воробушек, — сообщил, ухмыляясь. — Пойдём.