Часть 34

На следующий день Стас ловит меня на перемене и заталкивает в какой-то закуток. Вскрикиваю от испуга, но он закрывает мне рот ладонью, аккуратно, конечно, но сердце всё равно тревожно стучит.

— Ты маньяк гребанный…. Зачем так пугать? — пыхчу, едва не задыхаясь от возмущения.

А он сама невозмутимость! Уголки губ слегка приподняты, бродит тёмными глазами по моему недовольному лицу. Вижу, настроение у него шикарное. Рука нагло ложится на талию, проникая под кофту….

— Ты чего творишь? — ошарашено смотрю на наглую кисть, перехватываю.

— Я скучал, — выдыхает в губы и, не церемонясь, порывисто целует.

Возмущенно мычу ему в губы, и это становится моей ошибкой, потому что язык по-хозяйски проникает мне в рот. Плавлюсь под жаром его тела, мозг отключается, и я просто поддаюсь ему.

— Стас…. Подожди, — отодвигаюсь от него, пряча глаза. — Ты вообще ненормальный….

— Сама бы ты ко мне не подошла. Избегаешь, — шепчет прерывисто.

— Я не давала тебе согласия никакого….

— Мне плевать.

Поднимаю на него ошарашенные глаза. Его наглый мрачный взгляд не отрывается от изучения моего лица.

— Наглость твоё второе имя, — шепчу сдавленно, отходя от него ещё дальше. — Перестань так делать.

Усмехается и кидает на меня прямой настырный взгляд тёмных глаз, в которых читаю полнейшее несогласие. Он не перестанет.

Быстро ухожу, пока он вновь не накинулся. Сердце колотиться как ненормальное. Долго я так протяну?

Похоже, Лиза, недолго. Скоро он своими наглейшими действиями прорвётся сквозь стену, которую ты возвела и засядет в твоей душе по-хозяйски. Сдавленно рычу себе под нос.

Я вообще себя не понимаю последнее время. У меня раздвоение личности, не иначе. Одна очень плохая Лиза, которая жаждет действий с его стороны и готова на всё. А другая более хорошая, разумная, которая требует, чтобы я прекратила быть размазней, каждый раз давая мне пощёчину и возвращая в реальность.

До конца недели, как не странно, Стаса я больше не встречаю в университете и даже начинаю беспокоиться и думать о нём ещё чаще. А вдруг, он, наконец, понял, что со мной ловить нечего и решил отвалить? А может, заболел?

Да вообще пофиг! Не хочу думать о нём. Вот бы средство, которое выветривает из памяти наглых, беспринципных хулиганов….

В тот день Машку этот Вадим настолько сильно взбесил, что она несколько дней в него проклятья посылала. По её расскажу, он просто держал её в машине, не отдавая телефон и не давая выйти. Пошлые шуточки ей говорил, типа «засадил бы между сисек»…. А грудь у нашей Маши, что надо. Пышная, четвёртого размера. И услышав этот рассказ от неё, я сделала вывод, что нельзя верить первому впечатлению. Вот вообще.

В пятницу сгущаются тучи над нашим городком, грозным ветром проносясь по улицам, надвигая проливной дождь. От этого на душе неспокойно. От слова совсем. В универе пары проходят уныло, да и спать хочется ужасно.

Машка приползает только ко второй паре, замученная и уставшая. Не выспалась. Небось, опять свои сериалы смотрела полночи.

— Девочки, — падает на стул, положив голову на руки. — Жесть….

— Ты чего? Норм всё?

— Не особо, — выдыхает устало. — Короче, сейчас такое расскажу.

— Да что такое? — Фая треплет её по кульку на голове.

— Я вчера вышла Реджи выгуливать, по парку бродили с ним, пока каждый куст не обоссал, — на глазах появляется её среднего размера корги рыжего окраса, — ну и короче, к гаражам он меня потянул. А там тачки какие-то и пацаны. Ну, шайка Стаса и Вадима. Они там чувака прессовали, Стас самолично его так избивал….

— Чего?.. — сглатываю.

— Мужик какой-то, ну явно лет сорока. Я даже в темени разглядела, и ужас как испугалась, когда меня этот дегенерат заметил….

Так, мысли хором в голове начинают бегать. Папа вчера вечером приехал домой без единой царапины, но на нём не было лица. Но главное, что это не он….

— Стас?.. — Фая округляет глаза, а я начинаю задыхаться.

— Нет же, Вадим, — кривится, когда произносит его имя. — Он за мной погнался, а я с Реджи на руках далеко даже убежать не смогла, спряталась за кустами в парке. А этот придурок меня там чуть не придушил. Злой был, жесть. Я реально от испуга чуть копыта не отбросила. Хорошо хоть, Реджи начал лаять и за штанину его цапнул.

Рассказывает, обрывисто вдыхает воздух ртом.

— Смотрите, — показывает багровые следы на запястьях.

— Твою ж за ногу…. — только и может приговаривать Фая. — Психи долбанутые.

А я вообще не могу слова из себя выдавить. Они неадекватные все.

— Он реально тебя душил? — подруга приоткрывает ворот салатовой рубашки.

Пялимся вдвоем на легкий след от засоса….

— Какого?.. — Фая хмурится, а я открываю рот.

— Ну, я же не до конца рассказала…. — краснеет, прячет лицо. — Ну, и когда Реджи то его цапнул, он вроде в себя пришёл. Орал на меня, типа чего шляюсь по подворотням ночью. А я что? Реджи ссать захотел, я, что ль могу контролировать его позывы?.. Ну, он меня до моего дома потащил прямо-таки, а потом назвал меня дурой тупой, и я его ударила по лицу.

Мы таращимся, впитываю каждое её слово. Всё смахивало на какой-то сериал.

— И? Засосы-то откуда? Или тебя вампир в подъезде засосал? — уже начинаю хмуриться, не совсем веря в этот рассказ.

— Да блин, — выдыхает и начинает рассказывать ещё тише, потому что мимо нас проходят наши однокурсники. — Я потребовала извинений и пригрозила вызвать полицию, а он накинулся на меня опять и сказал, что придушит, если это сделаю, а потом поцеловал. Жестко так, будто я виновата в чём-то…. Засос тоже он оставил…. Я в таком шоке была, что не сразу поняла, что он сделал. Всю ночь не спала. Увижу его и как следует, засажу коленом между ног.

— Охренеть, конечно, — выдыхает Фая. — Придурки. Вадим нормальным казался, а тут такое….

— Ужас, — хватаюсь за голову. — Слишком много информации. Я в шоке. Но кого они там колотили? Они реально дворовая шайка, гопота….

— Ох, не знаю. Но надеюсь, что не убили. А то уж я уже ничему не удивлюсь, — говорит Машка. — Но вообще, утром новости видели? Касаемо дяди Стаса.

— Что там?

— Убили его вчера, — говорит.

А я проваливаюсь в пропасть. В голове гул, ладони сразу же покрываются холодным потом.

— Как?.. — открываю рот, словно рыба, выброшенная на берег.

— Пишут, что подрался с сокамерником. Это ночью было, со среды на четверг. Прямо перед судом, как ни странно. Мне кажется, что тот вчерашний мужик просто попался под горячую руку Стасу….

Больше не слушаю, потому что накрывает волной ужасающей тревоги. И тоски…. За Стаса…. Господи, не представляю, что он чувствует сейчас…. Это ужасно….

Звенит звонок на пару. Препод раздает какое-то задание на листочках, а я вообще нахожусь не здесь, в другой ужасающей реальности. Руки дрожат, в голове сумбур, не могу сосредоточиться на вопросах. Отвечаю только на половину из десяти, хотя при других обстоятельствах, могла бы и все сделать.

Как только звенит звонок, я подрываюсь, лихорадочно собираю все вещи в сумку и выбегаю из аудитории. Так же быстро покидаю университет. И еду на такси до многоэтажки Стаса. Я не знаю где он сейчас, но очень надеюсь, что он дома.

Не знаю, зачем еду, но хочу, очень хочу быть рядом с ним, утешить. Мне так больно за него…. И я испытываю вину. Мой папа натворил дел, а страдают невиновные…. Как же несправедливо.

Пробегаю в подъезд, когда так вовремя выходит какая-то старушка. Извиняюсь и быстро ныряю в лифт. Руки подрагивают, сердце стучит от напряжения.

Подхожу к его двери, стою минуту, наверное, и вслушиваюсь, прежде чем постучать. Никто не подходит. Стучусь ещё разок, в надежде, что кто-то откроет, но ничего не происходит.

Обреченно выдыхаю, понуро развернувшись и плетясь медленно к лифту, как слышу щелчок замка, а потом меня затаскивают в квартиру. Не успеваю даже вскрикнуть, а дверь уже закрывается и на меня давит возвышающаяся надо мной мужская фигура.

Во мраке коридора выглядит он устрашающе. Он него пахнет сигаретами и алкоголем….

— Стас, — поднимаю на него глаза, в которых моментально захлёбываюсь.

Мрак и тьма окутывает моё тело, и я понимаю только сейчас, что зря пришла. Он молчит, и я боюсь двинуться. Передо мной будто зверь, дикий и опасный. Бешеный….

Его рука медленно поднимается к моему лицу. Холодные пальцы ложатся на щёку, большим проводя по губам. Немного расслабляюсь.

Может, не всё так плохо, как выглядит?

Сглатываю.

— Стас…. Мне жаль…. Так жаль твоего дядю…. — начинаю было, но тут рука, которая гладила мою щёку, резко опускает на шею и сдавливает.

Огромная пятерня с холодными пальцами, которые сомкнулись на моей тонкой шее, впечатывает больно в стену мое тело. Содрогаюсь от охватившей паники, расширяю глаза в ужасе, смотря на то, как его глаза во тьме полыхают жгучей ненавистью.

Хватаюсь обеими руками за его кисть, рюкзак с грохотом падает у ног. Его тяжелое дыхание опаляет моё лицо, когда он нагибается ко мне.

— Лиза, зря ты пришла сюда.

О да, это я уже поняла! И пожалела сто раз!

Пытаюсь отодвинуть его руку, которая от моих попыток только сильнее сжимается….

— Стас…. — хриплю, хватая воздух ртом.

— Не стоило, Лиза. Я сейчас так зол, и ненавижу тебя так сильно, что готов убить.

Ненавидит?.. Хочу сказать ему, что моей вины нет в произошедшей ситуации, объяснить, что сожалею…. Но не могу и слова сказать, из меня выходят только судорожные хрипы.

Он ведет носом по моей щеке, вдыхая громко и шепчет:

— Даже не знаю, что мне сделать с тобой сейчас. Задушить или жёстко оттрахать?

Это вообще он говорит?..

Всхлипываю, похоже, слёзы потекли из глаз…. Ноги ватные, я их вообще не чувствую, только могу, что дрожать, запертая в его ловушке.

Вот оно, то самое чувство, которое было в ту ночь на озере и тот самый человек, который безжалостно меня напугал тогда.

Как можно быть одновременно таким разным? Только несколько дней назад, он говорил, что скучает, целовал меня, а сейчас….

Я дура наивная, вновь доверилась. Не стоило…. Он жестокий, ненормальный с расшатанной психикой.

Его пальцы другой руки подхватываю мои слёзы, стирают даже как-то нежно, но другая рука сжимает моё горло. Как-то не вяжется….

— Лиза. Я сейчас отпущу тебя. И тебе лучше бежать, — голос его хриплый, стальной. — Боюсь, если не уйдешь, то я причиню тебе боль.

Его пальцы разжимаются, и он делает от меня несколько шагов. Я на ватных ногах подрываюсь к двери, толкаю и вылетаю пулей до лестницы. Слишком рискованно сейчас ждать лифт…. Даже забываю свой рюкзак, который остаётся лежать на полу в его коридоре.

Чёрт с ним. Я не вернусь туда никогда в жизни.