Глава 15

После ужина, который тянулся бесконечно, я сидела как на иголках. Ирма что-то рассказывала о визите к леди Марисе, Корвин ковырялся в тарелке, Амелия изредка бросала на меня задумчивые взгляды, а Теодор клевал носом над десертом. Рейнар сидел напротив и смотрел на меня так, что у меня плавилось сердце.

Когда с ужином было покончено, Ирма предложила поиграть в карты. Я вежливо отказалась, сославшись на головную боль.

— Ох, бедняжка, — Ирма сочувственно покачала головой, но в глазах ее плясали чертики. — Иди отдохни. Мы тут сами развлечемся. Правда, лорд Рейнар?

— Я, пожалуй, тоже выйду подышать перед сном, — ответил он невозмутимо. — Вечер слишком хорош, чтобы сидеть в душных комнатах.

Ирма перевела взгляд с меня на него и обратно. Улыбнулась своей понимающей улыбкой.

— Ну конечно-конечно. Ступайте, ступайте. Молодость должна гулять при луне.

Я густо покраснела и поспешила к выходу, чувствуя спиной ее взгляд.

В саду было тихо и тепло. Солнце уже село, но небо еще светилось розовым на западе, а на востоке уже зажигались первые звезды. Я пошла по знакомой тропинке, зная, что он последует за мной.

Он догнал меня у пруда. Подошел сзади, обнял за талию, прижал к себе. Я закрыла глаза и откинулась головой ему на грудь.

— Тш-ш-ш, — прошептал он в мои волосы. — Я здесь.

Мы стояли так, глядя на темную воду, в которой отражались первые звезды. Где-то в траве стрекотали сверчки, пахло ночными фиалками и сыростью от пруда.

— Анна, — сказал он тихо, и в его голосе появилась какая-то новая нотка — серьезная, торжественная. — Я должен тебе кое-что сказать.

Я напряглась, но не обернулась.

— Говори.

Он развернул меня к себе, взял мое лицо в ладони. В темноте его глаза светились золотом — мягко, тепло, как два маленьких солнца.

— Я не знаю, как это объяснить, — начал он. — Драконы... мы чувствуем иначе, чем люди. Мы живем долго, очень долго. И за всю свою жизнь я никогда не встречал ту, которую мог бы назвать своей. До сегодняшнего дня. До тебя.

У меня перехватило дыхание.

— Рейнар...

— Подожди, — он мягко коснулся пальцами моих губ. — Дай сказать. Я знаю, что мы знакомы всего два дня. Я знаю, что это безумие. Но драконье чутье не обманывает. Ты — моя пара. Та, которую я искал всю жизнь. Та, с которой я хочу прожить всю свою оставшуюся жизнь. А она будет долгой, Анна. Очень долгой.

Он опустился на одно колено — прямо в траву, не заботясь о том, что камзол испачкается. В свете звезд и отражений от воды он казался древним рыцарем из легенд.

— Анна горт Заранская, — сказал он торжественно. — Станешь ли ты моей женой? Моей парой? Моей единственной на всю жизнь?

Я смотрела на него и не верила своим глазам. Это происходит наяву? Не во сне? Дракон, красавец, лорд, стоит передо мной на коленях и просит моей руки?

— Но... — выдохнула я. — Мы знакомы два дня. Ты меня не знаешь. Я... я не та, за кого себя выдаю. Я не настоящая леди Анна. Я из другого мира. Я была офисным работником, понимаешь? Я не умею танцевать на балах и вести светские беседы. Я...

— Замолчи, — он улыбнулся той самой улыбкой, от которой у меня подкашивались колени. — Я знаю.

Я замерла.

— Что?

— Я знаю, что ты не из этого мира, — сказал он спокойно. — Я почувствовал это в первый же миг. В тебе есть что-то... другое. Драконы чувствуют такие вещи. И мне все равно. Откуда ты пришла, кем была раньше — неважно. Важно то, кто ты сейчас. Та, что стоит передо мной. Та, что пахнет яблоками и медом. Та, чей свет согревает меня лучше любого пламени.

У меня потекли слезы. Я не плакала с первого дня в этом мире, когда поняла, что не вернусь назад. А сейчас плакала — от счастья, от неожиданности, от того, что этот невозможный, прекрасный, золотоглазый дракон говорит мне такие слова.

— Рейнар, — всхлипнула я. — Ты с ума сошел.

— Возможно, — согласился он. — Но это безумие — лучшее, что со мной случалось. Так что ты ответишь, Анна?

Я смотрела на него — на этого невероятного мужчину, стоящего передо мной на коленях в моем саду, под звездами, среди запаха ночных фиалок. И понимала, что ответ может быть только один.

— Да, — сказала я. — Да, дурак ты этакий. Да.

Он вскочил на ноги, подхватил меня на руки и закружил. Я смеялась и плакала одновременно, обвив его шею руками.

— Ты согласна? — переспросил он, останавливаясь и заглядывая мне в глаза. — Правда?

— Правда, — ответила я. — Но я все еще думаю, что мы оба сошли с ума.

— Пусть, — он поцеловал меня — жадно, страстно, победоносно. — Наше безумие будет самым счастливым на свете.

Когда мы оторвались друг от друга, чтобы перевести дыхание, я уткнулась носом ему в грудь и спросила:

— А что теперь будет? Ирма, Корвин, столичные сплетни... твоя семья? Драконы? Они примут меня?

— Моя семья примет ту, кого я выберу, — твердо ответил он. — А на сплетни нам плевать. Мы будем жить здесь, в твоем саду. Или в горах, среди облаков. Где ты захочешь.

— В горах? — я подняла голову. — Ты можешь показать мне горы?

— Могу показать тебе весь мир, — пообещал он. — Если захочешь.

Я улыбнулась сквозь слезы.

— Хочу.

Он поцеловал меня снова — долго, сладко, обещающе. А вокруг цвела жимолость, и звезды зажигались одна за другой, и ночь была нашей.

— Надо сказать Марте, — вспомнила я вдруг. — Она будет в шоке.

— Завтра, — Рейнар прижал меня к себе. — Сегодня ты только моя.

— А Ирма? Она же лопнет от любопытства.

— Пусть лопается, — усмехнулся он. — Ей полезно.

Я рассмеялась и поцеловала его сама — в уголок губ, в щеку, в кончик носа. Он зажмурился, как довольный кот.

— Я люблю тебя, Анна, — сказал он просто.

И эти слова были лучше всяких признаний в стихах.

— Я тоже тебя люблю, — ответила я. — Хоть это и безумие.

— Самое прекрасное безумие в мире, — он подхватил меня на руки и понес куда-то в глубь сада, где было темно и пахло мятой.

— Куда мы? — спросила я, обвивая его шею руками.

— Искать жимолость, — ответил он серьезно. — Я еще не все цветы рассмотрел.

Я засмеялась и прижалась к нему. И ночь приняла нас в свои объятия, укрывая звездами и ароматами, и обещая счастье — долгое, настоящее, на двоих.