Глава 26

Не зря говорят, одна голова хорошо, а две лучше. Вдвоем с Жереном мы смогли составить план действий, где заткнули все дыры, которые смогли увидеть, подстелили соломки в местах предполагаемого падения… Мы пока решили не замахиваться на достижение глобальных целей. Все равно переиграть Третьего советника у нас с ним не выйдет. Кишка тонка. Мой главный враг гораздо сильнее и прозорливее. Но это пока. Все очень скоро может измениться. А сейчас мы начнем подготовку к будущей партии, тайком расставляя свои фигуры на шахматной доске… Пусть Третий советник думает, что я всего лишь пешка в его игре стороне белых. Тем «приятнее» будет сюрприз, когда он узнает, что я была черной королевой.

Мы понимали, что ставим под удар свои семьи. Поэтому мы продумали и пути отступления. Если что-то пойдет не так, то Жерен увезет Лушку с Анни и Селесу с детьми. Возможно к этому времени уже вернется Митка, создав плацдарм в Республике Талот. А если нет, то мы просчитали и несколько других вариантов. Пока Третий советник не понял, что у меня свои задачи, которые не совпадают с его желаниями, у нас будет время тщательно подготовиться к бегству.

Утром Жерен ушел. Ему прямо сегодня нужно было сообщить, что он согласен выполнить заказ на убийство герцога Форента.

Теперь осталось только дождаться, когда Третий советник решит поговорить и со мной. Пока это не случилось, все еще оставалась вероятность, что мы ошиблись.

После открытия ресторации аристократы частенько стали стали приглашать меня на семейные обеды. Для официальных мероприятий мой статус все еще был слишком низок. После того, как я перестала сотрудничать, то есть идти на поводу у барона Граца, он не стал ничего делать, чтобы изменить мое положение в светском обществе. Поэтому чаще всего меня звали, чтобы разузнать, кто именно создал интерьер в моей ресторации, кто этот удивительный художник, и может ли он нарисовать не деревню, а что-то более приличное.

Первую неделю карточки приходили пачками, потом им становилось все меньше и меньше. Но все равно, каждое утро в кабинете меня ждали две стопки корреспонденции: в одной лежали деловые письма, а в другой — всякая ерунда, вроде тех самых приглашений. Сортировала их горничная, безошибочно определяя степень важности посланий.

Обычно я начинала разбирать письма с первой стопки, оставляя вторую на потом. Но сейчас первым делом ворошила карточки с приглашениями, надеясь найти там сообщение о встрече с Третьим советником. Я уже ждала ее… Жаждала… Чем больше проходило времени в томительном ожидании, тем яснее я понимала, что это, возможно, мой единственный шанс сделать следующий шаг к своей главной цели.

Да, это очень опасно. Я буду слишком близко к Третьему советнику, и если он хотя бы что-то заподозрит… Но разве я ни рисковала все эти годы? Разве прямо сейчас надо моей головой и головой моего брата не висит топор палача? И по всему выходило, что ничего существенно не изменится…

Прошло уже больше семи дней, но ни от Третьего советника, ни от барона Пирра не было никаких вестей. Нервы не выдерживали. И я выпросила у Алиса настойку для нервных барышень, клятвенно пообещав принимать ее только в крайних случаях. Оказалось, при долгом приеме это лекарство вызывает привыкание. Но сейчас мне было важнее успокоиться и прийти в себя. Иначе я сорвалась бы.

Дишлан выздоравливал довольно быстро. Он стал с постели на следующий же день, несмотря на увещевания и ругань Алиса. И снова таскался за мной, как привязанный, словно чувствовал, что пока его не было рядом, я вляпалась во что-то нехорошее по самую маковку. Он попытался разузнать в чем дело, но я отмалчивалась. Не потому, что не доверяла, а потому, что стала сомневаться.

Жерен вовсю готовил несчастный случай на дороге для герцога Форента, а меня терзали сомнения: а не зря ли я втянула друга в эту авантюру…

Я уже смирились с провалом, прошел больше месяца с того памятного выступления барона Пирра в моем кабинете в ресторации. Мне было стыдно перед Жереном и я оттягивала признание в своей ошибке.

— Госпожа Еляна, — ко мне в кабинет постучалась горничная, — к вам посетитель. Я сказала, что вы заняты, но он велел передать, что барон Пирр желает переговорить с вами немедленно.

Сердце, гулко стукнув об ребра, провалилось куда-то в пятки. Я кивнула, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Неужели это оно?! Ладони вспотели, а в горле встал ком… Боги… как же страшно! И от того, что это может быть та самая встреча, которую я ждала, и от того, что эта встреча может быть никак не связана с предполагаемой интригой Третьего советника.

Пока барон Пирр шел к кабинету, я открыла пузырек с каплями Алиса и сделал глоток. Разводить их с водой было некогда. Горло обожгло. Травы были настояны на самом крепком хлебном вине. Но зато паника отступила мгновенно. И я встала из-за стола, чтобы поприветствовать барона, чувствуя себя почти спокойно.

— Ваше благородие, — я поклонилась первой, как того требует этикет, — с чем вы пожаловали в этот раз? Я надеялась, наше с вами общение закончилось…

— Ну, что вы, госпожа Еляна, — мерзавец по-хозяйски вошел в мой кабинет и не дожидаясь приглашения развалился в кресле. — Наше с вами общение только начинается.

Он холодно взглянул на меня, обливая презрением. А я вдруг ясно поняла, этот тип еще попортит мне немало крови. Третий советник не станет сам руководить пешкой и, заручившись моим добровольно-принудительным согласием, скорее всего спихнет меня на барона Пирра. И барон Пирр станет тем человеком, которому мне придется безропотно подчиняться. Именно на это он сейчас и намекает… Но я тоже могу показать зубки. Слегка.

— Я так не думаю. У нас с вами нет никаких общих дел. Вы сами не верите в сказки, что я герцогиня Форент. Иначе не угрожали бы мне при встрече с графом Шаррисом.

— Вам, госпожа Еляна, лучше было бы забыть ту поездку. А вот мои слова, сказанные вам после, следовало бы запомнить. — Он на мгновение снял маску холодности, и я снова увидела то самый взгляд, полный злобы и ненависти, как в тот вечер, в парке моего дома. — Поверьте, это не пустые угрозы.

— Нисколько в этом не сомневаюсь, — кивнула я. Благодаря каплям Алиса держать лицо было легко и просто. Жаль, что я узнала о них слишком поздно. Если бы я хлебнула их по пути в посольство, то успела бы признаться графу, что совсем не герцогиня… А может быть, пришло мне в голову, все так и должно быть? Может быть меня ведут Древние Боги, помогая выполнить клятву?

Эта мысль заставила посмотреть на ситуацию с другой стороны. Если призом будет трон для Лушки, то я готова временно склонить голову даже перед бароном Пирром.

— Но я к вам пришел по другому поводу. Собирайтесь. Один человек хочет встретиться с вами прямо сейчас.

— Вы пришли сами? — приподняла я брови и добавила язвительно, — А не отправили за мной военных? И не стали избивать до полусмерти моего телохранителя? Как мило!

Но Пирра не проняло. Он равнодушно добавил:

— Вот и цените мое доброе к вам расположение, госпожа Еляна. Но поторопитесь, если не хотите, чтобы все изменилось. И охрана вам не понадобится, если вы не хотите, чтобы его избили еще раз.

Я не стала спорить. Во-первых, сегодняшний визит был и в моих интересах. А во-вторых, я не собиралась прямо сейчас демонстрировать барону Пирру, что я совсем не безропотная жертва. И если он думает, что ем придется легко, то ошибается. И пусть пока я могу только слегка прикусить руку, которая меня держит, но когда-нибудь я доберусь и до горла.

Поэтому велела Дишлану оставаться дома, отправилась с бароном Пирром.

На встречу с Третьим советником мы снова ехали в той же карете без опознавательных знаков. Но сегодня, в отличие от прошлого раза, барон Пирр позаботился о минимальном комфорте. Под скамейкой стояла жаровня с раскаленными углями, и в карете было достаточно тепло. Хотя немного душно. Мне даже захотелось открыть окно, чтобы впустить внутрь свежий морозный воздух. Но барон Пирр предостерегающе кашлянул, и я одернула руки от рамы. Нет, так нет… Не больно-то и хотелось. Действие капель Алиса постепенно слабело, и я больше не чувствовала себя такой бесстрашной, как в кабинете. Хорошо, что захватила пузырек с собой. Я сжала его через ткань юбки. Знание, что я могу в любой момент помочь себе справиться с волнением, успокаивало.

В этот раз мы ехали гораздо дольше. Мне показалось, что барон нарочно гонял экипаж по улицам Среднего города, желая запутать меня и запугать. Вот только я знала, к кому мы едем, поэтому не волновалась.

Наконец мы доехали. Карета остановилась, барон Пирр вышел первым и галантно подал мне руку. Меня опять привезли к черному ходу. Только в этот раз это был даже не хозяйственный двор, просто узенький проулок, и стена, в которой виднелась небольшая дверца.

Нас ждали. Темная, молчаливая тень, распахнула дверь и отошла в сторону, пропуская нас в черный провал входа. Я невольно замешкалась. Если меня прямо сейчас грохнут, то никто и никогда не узнает, что со мной случилось. Это во дворе можно надеяться на случайных и глазастых слуг. А тут…

— Идемте, — барон Пирр схватил меня за плечо и силой втащил в темноту.

Его мои страхи не заботили вовсе. Скорее радовали. Чем сильнее я напугана, тем более сговорчива… Я прикусила щеку изнутри, чтобы боль разогнала туман нахлынувшей паники. Мне срочно нужно было сделать глоток из заветного пузырька. Алис предупреждал, что надо быть осторожной с этим лекарством. Но мне нужна ясная голова прямо сейчас.

Пользуясь тем, что мы шли где-то внутри стены в полной темноте, я кое-как одной рукой выдернула пробку из пузырька и сделала второй за один вечер глоток успокоительно сбора… Хлебное вино уже знакомо пробежалось по венам, выжигая страх. Теперь я полностью была готова к встрече.