Глава 25

Возле дверей в покои Великой матери я впервые увидела ургородскую охрану. И это была не стража. В коридоре дремали нарядные женщины и парочка мужчин... Я и днем видела таких в коридорах дворца, но даже подумать не могла, что это не зеваки, а воины.

— Что вам нужно? — встретили нас недоброжелательно. Вперед вышла хмурая, женщина весьма крепкого, я бы даже сказала, мужеподобного телосложения.

— Я Вайдила, — амазонка опередила меня. — Дочь Хайдилы, внучка Ирадилы и наследница традиций Кларин. До того, как покинуть Ургород, мы с сестрами должны поговорить с правительницей Ургорода по поручению нашей королевы.

Если бы внутри меня не царил мертвый холод, я бы удивилась. Меня охраняет принцесса Кларин?! Как такое, вообще, может быть?!

Это королевство было почти таким же закрытым, как Монтийская епархия. И сведений об обычаях и традициях этого народа до нас почти не доходило. Среди наших женщин было слишком мало путешественниц, а мужчинам попадать на территорию королевства было небезопасно. По всему миру ходили слухи о том, что амазонки захватывали в плен и обращали в бессловесных рабов всех мужчин, имевших неосторожность попасть на территорию прекрасных воительниц.

Но все равно королева должна же была понимать, что отпускать наследницу в чужие земли слишком рискованно?!

— Почему так поздно? — старшая из стражниц ургородского дворца не спешила отступать, — Великая мать уже готовится ко сну.

Вайдила улыбнулась:

— Наши планы изменились слишком внезапно. Но мы не можем уехать не выполнив поручение моей матери.

— А она здесь зачем? — женщина кинула на меня равнодушный взгляд. — Великая мать не желает ее видеть.

— Она наша сестра, — Вайдила была совершенно спокойна. Словно не заметила, что девушки за ее спиной единым, слаженным движением изменили позы, приготовившись к бою. — И мы войдем в покои правительницы города вместе.

Старшая стражница на мгновение задумалась. Позади нее так же бесшумно и незаметно встали ее подружки и друзья. И я поняла, что недооценила их. Эти праздные гуляки оказались настоящими воинами, и по части военной выучки ничем не уступали моим телохранительницам. Еще никто не достал оружия, но уже было понятно, что биться и те, и другие будут до последней капли крови.

А я не хотела ее проливать. Хватит. Слишком много смертей.

Я сделал шаг вперед, выходя из-под защиты амазонок. Я по прежнему чувствовала ледяной холод, сковавший мое сердце. И именно поэтому я не дрогнула, когда короткий меч, появившийся в руках стражницы словно из ниоткуда, уперся мне в грудь.

Я не видела, почувствовала, что все воины с обеих сторон обнажили клинки и приготовились к бою.

Я улыбнулась. Холодно и безжизненно. Медленно подняла руку и, надавив ладонью на лезвие меча, отвела его в сторону. Ладони стало горячо, я все таки слегка порезалась об острый край, но боль я даже не почувствовала...

— Сообщи Великой матери о нашем визите. И предупреди ее, что если она откажет нам в приеме, я повторю то, что сделала в поместье герцога Вийрона. И тогда мне больше не нужно будет с ней встречаться...

— Что именно вы собираетесь сделать? — нахмурилась стражница. Ей совершенно не нравилось происходящее, она предпочла бы, чтобы ее дежурство закончилось без кровопролития. Но и пойти против приказа Великой матери было чревато.

— Поверьте, вам не нужны подробности. Великая мать будет в ярости, если вы узнаете то, что должно быть известно только нам двоим. Просто передайте ей то, что я сказала...

Женщина на мгновение задумалась. Она была опытным воином и понимала, иногда отступление принесет больше пользы, чем победа любой ценой. И она чувствовала, что мои слова не блеф. И это вызывало в ней тревогу. Я смотрела ей в глаза и легко читала все ее мысли так, как будто бы они были моими собственными.

— Хорошо, — слегка склонила она голову, приняв решение. Меч так же внезапно исчез, оставив после себя только крошечную прореху на платье. — Я доложу Великой матери о вашем приходе...

Она поклонилась и исчезла в дверях покоев правительницы Ургорода. Все остальные продолжали стоять в тех же позах, замерев без движения. На клинках коротких мечей, которыми была вооружена охрана ургородского дворца играло пламя свечей. Я стояла рядом с Вайдилой, в руках которой поблескивало лезвие знакомого мне ножа на длинной цепочки. Точно таким же я когда-то убила человека.

— Великая мать примет вас, ваше высочество, — стражница выскользнула из покоев Великой матери. И добавила через короткую паузу, — ваши сестры могут пройти с вами.

Я еле сдержала смех. Я сразу поняла, старуха сделала это специально, чтобы унизить меня. Но все ее старания пропали даром. Мне все равно в каком статусе я попаду в ее покои: герцогини Бокрей, Наследницы Ургорода или просто одной из сестер Вайдилы. Главное, кем я оттуда выйду.

Вайдила кивнула. Привычным движением спрятала нож и обернувшись ко мне махнула рукой, пропуская меня вперед:

— Прошу, сестра...

Я кивнула и сделала шаг вперед... Я знала, мне придется когда-нибудь заплатить за поддержку со стороны амазонок. Нельзя быть сестрой только в одну сторону. И хотя я все еще не понимала, почему воительницы сочли меня своей, здесь и сейчас я собралась принять их помощь.

Великая мать встретила нас в гостиной. Она и правда уже собиралась ложиться спать, я видела это по наспех уложенным волосам и второпях натянутом платье. И прямо сейчас служанка металась по просторной гостиной, зажигая свечи. Вспыхивающее пламя выхватывало все новые куски пространства. Гостиная Великой матери поражала роскошью. Сверкающая позолота на стенах, инкрустированная драгоценными камнями мебель из ценных пород дерева, непрактичный, но безумно дорогой шелковый бархат в обивке диванов и кресел... еще немного и вся эта сверкающая роскошь стала бы вульгарной безвкусицей. Но каким-то образом, Великой матери удалось удержаться на грани в демонстрации собственного богатства.

— Ваше высочество, — поклонилась она Вайдиле, словно не заметив, что я вошла чуть впереди, — я рада, что ваша мать откликнулась на мое желание наладить связь между вашей страной и нашим городом. В мире темного патриархата, только мы познали свет — истинную суть женщины и матери...

Вайдила царственно склонила голову. И ответила с холодной улыбкой:

— Моя мать, королева Хайдила, просила передать, что никогда не признает вас равной. Ни город, которым вы правите, ни страну, которую вы собираетесь возглавить.

Это заявление было слишком прямолинейным. По всем официальным протоколам и неофициальным обычаям, делегации сначала должны были обменяться любезностями, потом верительными грамотами, обсудить какие-то незначительные дела и только потом перейти к действительно важным вопросам. Но, кажется у амазонок на этот счет было другое мнение.

Надо отдать должное Великой матери, она не растерялась. И приняла новые правила игры сразу же. Ее взгляд заледенел, выражение лица изменилось, мгновенно превратившись из дружелюбного и любезного в хищное. Она уже открыла рот, чтобы что-то сказать. Вот только Вайдила не стала ждать. Она снова поклонилась, развернулась и пошла прочь. И только в дверях остановилась.

— Моя сестра хочет поговорить с вами, Великая мать, — усмешка в голосе принцессы Королевства Кларин была такой явной, что не заметить ее было нельзя. А титул прозвучал так пренебрежительно, как будто бы это было оскорбление.

— Да, как вы смеете! — разъяренная Великая мать начала подниматься с кресла, но было уже поздно, амазонки покинули покои моей бабки, оставляя нас наедине. Я усмехнулась. Я уже почти ждала, что старуха бросится за ними, выкрикивая угрозы и оскорбления. Но она сумела взять себя в руки и вернуться на свое место. Только ладони, судорожно сжимающие подлокотники кресла, выдавали ее ярость. Она взглянула на меня равнодушно, — что тебе нужно? Мы уже все выяснили. Убирайся!

— Нет, — я покачала головой. Прошла к диванам и опустилась в кресло, стоявшее чуть в отдалении. — Мы еще не закончили. Я приехала в Ургород совсем по другому поводу. И не собираюсь уезжать, не достигнув своей цели.

Старуха нарочито громко рассмеялась. И рывком поднялась:

— Тогда я уйду. Мне не о чем с тобой разговаривать.

Я холодно улыбнулась. Привычная дипломатическая тактика заходить издалека уже привела меня к поражению, и я решила пойти ва-банк, начав с главного. Как Вайдила.

— Вы не правы. Третий советник отправил меня сюда с одной целью — уничтожить вас и занять ваше место.

— Ну, попробуй, — фыркнула Великая мать с презрительной улыбкой. Но она блефовала, я видела. Мой удар достиг цели. И как бы старуха не старалась скрыть свой страх, мгновенно побледневшее лицо выдало ее с потрохами.

— Я не хочу это делать. Но и отказаться от участия в заговоре я не могу. Из-за того, что случилось в поместье герцога Вийрона, Третий советник решил не ждать появления на свет нашего с Адреем ребенка. Он решил посадить на трон меня, объявив что Богиня, родившая Древних Богов, выбрала меня сосудом для своей Божественной сути. Как вы понимаете, это мне на руку. Став королевой, я смогу удержать власть в своих руках, хотя мой свекор надеется совсем на другое. А потом я передам корону брату.

Я говорила и говорила, понимая, что до лаконичной и краткой дипломатии Королевства Кларин мне та же далеко, как до Беломорья пешком. Но тем не менее мне удалось сдвинуть дело с мертвой точки. Великая мать слушала меня, не перебивая.

Правда, я умолчала о том, что желание лишить ее титула правительницы Ургорода появилось у Третьего советника еще до того, как его планы изменились.

— Теперь вы понимаете, что в интересах нашего с вами договора, который мы заключили четыре года назад, вы должны добровольно уступить мне формальный титул. На сам город я не претендую. Он по прежнему останется вашим. — закончила я. — но если вы откажетесь, я выйду на площадь и призову Великую Мать.

И замолчала в ожидании вердикта Великой матери.

Она молчала прикрыв глаза,чтобы я не смогла ничего прочитать по ним. Но я уверена, несмотря на внешнюю расслабленность, ум моей бабки работал, анализируя возможные варианты ответов на мое предложение и последствия каждого из них в ближайшей и отдаленной перспективе. Я сама невольно просчитывала все открывшиеся перед ней возможности. И поэтому вопрос, заданный Великой матерью, застал меня врасплох:

— Почему Вайдила назвала тебя сестрой?