Глава 37

Долго ждать не пришлось. Барон не привык откладывать дела в долгий ящик, и буквально через пару дней, мне пришла весточка из абрегорианского посольства, что моя старая нянюшка при смерти и очень хочет повидать меня и попрощаться.

Третий советник, недовольно хмурился и кривился, однако отпустил меня навестить «нянюшку», чтобы не вызвать подозрений у окружающих. Было бы странно, если бы настоящая герцогиня Форент проигнорировала подобную просьбу. А сейчас, когда на кону стояла корона, моя репутация должна была оставаться белоснежной.

Мне очень повезло, что моего свекра никогда не интересовали такие мелкие люди, как прислуга. Иначе он запомнил бы, что моей «любимой» старой нянюшки давно нет в живых. Я убила ее... Вернее, не я, а Богиня, но моими руками.

В посольство я отправилась в сопровождении амазонок и двух десятков солдат. Барон Пирр лично встретил меня и после обмена любезностями проводил в кабинет, который когда-то занимал герцог Форент. Сейчас главой посольства считался граф Шеррес, хотя он так и не получил официального назначения. Видно было, что император выжидал, нарочно затягивая все процедуры. И мне это совершенно не нравилось. Несмотря на все усилия, Третий советник отчетливо проигрывал на этом поле. Война с Абрегорианской империей становилась все вероятнее... А мы до сих пор доподлинно не знали, что за портретик вез посол Абрегории в Аддийский султанат, и чем завершились матримониальные планы Грегорика и Эбрахила. Именно поэтому я должна была сыграть эту партию очень четко.

— Ваше сиятельство, — присела я в традиционном абрегорианском реверансе приветствуя графа Шерреса, — с вашей стороны было очень любезно позволить мне повидаться с нянюшкой, — улыбнулась я.

— Ваша светлость, — граф встал из-за стола и подошел ко мне, чтобы поцеловать руку. И обратился к барону Пирру, — вы можете идти, господин барон.

Судя по тону, за эти три с половиной года неприязнь между ними никуда не делать.

Барон презрительно хмыкнул, поклонился нарочито небрежно и вышел за дверь, оставляя нас наедине.

— У вас что-то стряслось? — нахмурился граф, мгновенно перейдя на неофициальный тон общения.

— Да, — не стала отрицать я. И кивнув на диванчики в глубине кабинета, предложила, — давайте присядем и я вам все расскажу.

Граф кивнул и помог мне расположиться поудобнее.

— Может чай? Или взвар? — улыбнулся он.

— Лучше просто воды, — кивнула я с благодарностью. Мне нужна была пауза,чтобы собраться с мыслями и начать разговор. И я не хотела, чтобы сюда входила прислуга. Чем меньше людей будут знать о самом факте моего разговора с графом, тем лучше.

Граф подал мне стакан с холодной водой и, пододвинув тяжелое кресло, присел напротив. Достаточно близко, чтобы можно было говорить полушепотом и слышать друг друга.

— Димат, — я поставила стакан, который едва пригубила, на столик рядом, — вы же знаете, что император решил забрать Анни в Абрегорию немного раньше, чем мне бы хотелось? — выразилась я довольно дипломатично. Все же с нашей последней беседы с графом прошло довольно много времени, и его мнение по поводу дочери могло измениться.

— Да, — кивнул он. — Я не могу сказать, Еляна, что рад отъезду Анни в империю. Все же наши порядки слишком сильно отличаются от привычек юных девочек, выросших в Грилории. И у меня есть все основания полагать, что жизнь в императорском дворце будет для Анни не такой счастливой...

— Так и есть, — кивнула я. — Но противиться воле императора не можете ни вы, ни я... Сейчас Грилория слишком зависит от лояльности его императорского величества. Тем более, — я все же решилась и прыгнула в омут с головой, — ему известно, что у нас намечаются большие изменения. Через несколько месяцев, в день летнего солнцестояния, в Грилории сменится королевская династия... Мой свекор уже ведет подготовку к коронации.

— Что?! — граф ахнул. — Но я слышал ваш супруг покинул страну в неизвестном направлении!

— Верно, — кивнула я. — На трон сядет не Адрей, и даже не наш ребенок, — положила я ладонь на живот. — Господин Первый советник намерен короновать меня.

— Вас?! — глаза графа округлились еще сильнее.

— Меня, — кивнула я.

— Ничего не понимаю... Он знает о том, кто вы? Но тогда... — он запнулся...

— Все немного сложнее, — улыбнулась я. — Помните тот случай, когда я спасла от насильников девочку в посольстве? Катрилу?

— Помню, — кивнул граф, — тогда еще долго ходили слухи о том, что вы... хм... в своем материнском порыве были так похожи на мать каждого из тех, кто вас встречал на своем пути...

— Верно. Только я не просто была похожа, Димат. В тот момент я была матерью для всех. И каждый видел во мне ту, которая его родила.

Я коротко поведала о Богине и Ее способе появления в этом мире. И о решении Третьего советника воспользоваться ситуацией и сообщить всему миру, что новая королева Грилории, а значит и сама Грилория, будут находиться под покровительством Великой Матери Древних Богов.

— Не так давно я получила титул правительниц Ургорода. И теперь я Великая мать — первая после Богини. У Третьего советника очень много последователей среди знати, к тому же ему известно о моей популярности среди простых горожан. Я много лет жила среди них, и они считают меня своей. А еще меня поддержат и ночные жители. Меня не просто так уважают среди воров и убийц, Димат. Мне пришлось через многое пройти, чтобы добиться этого уважения.

— Да, — кивнул граф. — Если подумать, то именно вы, Еляна, лучше всех подходите для короны. Особенно, — он хитро улыбнулся, — если вспомнить о вашем истинном происхождении.

Он тихо рассмеялся. Я улыбнулась. Да, если отрешиться от всех проблем, которые на меня свалились, я не могла не признать, ситуация вышла очень забавная.

— Но вы, как я помню, хотела надеть корону на голову брата? — улыбнулся граф.

— Верно... Но Фиодору сейчас всего пятнадцать. Он слишком мал, чтобы взвалить на себя такую ответственность, — вздохнула я. И опередив вопрос, который я сама задала бы, ответила, — а после того, как он станет королем, я скорее всего уже не смогу ему помочь.

Граф ничего не сказал. Просто смотрел на меня вопросительно. И я, чуть помедлив, призналась:

— Очень давно, чтобы выжить я провела магический ритуал, призвав из другого мира душу умирающей женщины. Это ее сила воли, ее знания и умения помогли мне выжить и подняться. Однако наши души переплелись так тесно, что я не могу определить, кто из нас сейчас имеет больше влияния. Но самое главное, когда я достигну цели и верну трон брату, она уйдет. И я боюсь, что в этом случае я стану такой же, как прежде. Чересчур доброй и слабохарактерной принцессой, которая никогда не смогла бы сделать то, что сделала я. — Взгляд графа нисколько не изменился. Хотя я ответила на все вопросы. Я невесело усмехнулась, — мой рассказ слишком сумбурный?

— Немного, — кивнул он. — Но, если не вдаваться в некоторые нюансы, главное я понял. Вы боитесь, что ваш брат потеряет власть в силу молодости и отсутствия поддержки, если вы вдруг изменитесь и не сможете ему помочь?

— Именно так, — кивнула я. — И поэтому я пришла к вам. Мне придется какое-то время сохранить свое инкогнито будучи королевой. Раньше я планировала открыться прямо во время коронации и надеть корону на голову Фиодора. Но сейчас планы изменились. Сначала я должна собрать вокруг себя верных мне людей, чтобы, когда я передам титул брату, они продолжили служить ему верой и правдой.

— И вы полагаете, что я могу помочь вам?

— Верно, — кивнула я. — Я полагаю, что вы сможете стать моим доверенным лицом в общении с императором Абрегории и представлять мои интересы в империи.

— Я?! — мне снова удалось удивить графа. — Но я думал, что герцог Форент...

— Если бы все шло по нашему старому плану, — перебила я. — я не стала бы просить вас о помощи. Вы правы, тогда мы могли бы раскрыть все карты одновременно. Но сейчас все изменилось. Господин Род Форт не может поехать в империю, не раскрыв свою личность. Если господину Первому советнику станет известно, а ему станет это известно, что герцог Форент жив и здоров, то за свою жизнь и жизнь моего брата я не дам и ломанной гринки. Именно поэтому я и пришла к вам. — Я вздохнула и жалобно взглянула на графа Шерреса. — Мне больше не к кому обратиться, Димат. Никто из тех, кому я доверяю не способен справиться с делом, которое я хочу провернуть.

Он, немного подумав, кивнул:

— Хорошо, Еляна. Я сделаю все, что в моих силах. Но вы должны знать, мой род в последние годы потерял свое влияние... Я полагаю, — граф наморщил лоб, — императору известно о моей роли в побеге Абриты Форент.

Я качнула головой... Такая мысль не приходила мне в голову, но чуточку подумав, я тоже готова была согласиться. Вряд ли барон Пирр не вывернул наружу всю эту историю от начала до конца. Не такой он человек, чтобы остановиться на половине пути. А значит и императору было известно о случившемся гораздо больше, чем тому же герцогу Форенту...

— Что же, — задумчиво произнесла я, — так даже лучше. Тогда вы сможете выступать еще и от имени отца невесты. А это уже совсем другой уровень влияния, — улыбнулась я. — Раз вы отец, то вполне можете возражать против замужества.

Граф рассмеялся:

— Как вы себе это представляете, Еляна? Вы предлагаете мне не пустить Анни в Абрегорию? Запереть ее в покоях и противиться воле императора, защищая подступы к двери от посольской делегации его императорского величества?

— Ни в коем случае, — рассмеялась я, представив картину, как граф загораживает своим телом входную дверь. — Император повелел привезти к нему дочь Абриты Форент. Значит так тому и быть. И этим летом, повинуясь его воле, старшая дочь герцогини Форент отправится в Абрегорианскую империю...

— Старшая дочь?! — мне удалось в третий раз за короткую беседу шокировать графа Шерреса...