Глава 11

— Нирья Арина, мы же больше не пойдем сегодня в оранжерею? — умоляюще посмотрел на меня Джонни, едва мы подошли к детской.Я покачала головой. Какая им оранжерея, когда родители могут появиться в их комнатах в любой момент — пообщаться с любимыми детками.— Ура, — заявила довольная Алиса. — Нирья Арина, а что мы будем делать?— Играть в горнары8.Детям мой ответ не понравился. Но спорить они не стали, хоть и не любили эту игру.Этакие местные шашки, горнары были выточены из кости горного козла и считались развлечением для детей. Взрослые предпочитали же другие игры. Те же кости или ракки — местные игральные карты.Я научилась играть в горнары довольно быстро, развлекаясь со служанками в свободные минуты, и уже скоро обыгрывала и Джонни, и Алису. Их это раздражало. Они постоянно просили отыграться, хотели взять реванш. Но пока у них ничего не получалось.Играли мы на желания. Я загадывала что-то вроде послушания весь день или чтения одной из книг у них на полке в детской.Джонни очень хотел выиграть, чтобы загадать сказку. Не какую-то определенную, а любую, с приключениями и магией. Может, даже со школой для юных волшебников. Я честно обещала рассказать нечто подобное, как только он у меня выиграет.Алиса мечтала о дне непослушания.Но пока что оба моих подопечных мне проигрывали.Мы обосновали в креслах в детской и играли уже третью партию, когда в дверь постучали. А затем на пороге появилась мать детей.Горнары мгновенно были забыты. И слава местным богам. Потому что Джонни внезапно начал выигрывать, хоть сам пока этого не видел.— Дети, папа вас хочет видеть внизу — вручит вам подарки, — заговорщицки улыбнулась мать мелких.По детской прокатился довольный рев. И через несколько секунд Джонни с Алисой уже летели к лестнице.Мы с их матерью остались наедине. И ей явно было что-то надо от меня. Потому она и детей выпроводила под благовидным предлогом. Потому и сама подошла и села напротив меня.Похоже, намечался серьезный разговор.Ну что ж, поговорим.— Никогда не умела играть в горнары. Всегда в них проигрывала, — вздохнула она, внимательно рассматривая доску. — Мне кажется, или у Джонни была довольно выгодная позиция?— Все верно, ваше сиятельство, — кивнула я. — Еще три хода, и он выиграл бы.— Первый раз в жизни, наверное, — проявила проницательность она. — Как они вели себя в наше отсутствие, нирья Арина?— И Джонни, и Алиса — активные дети с хорошим воображением, — обтекаемо ответила я.— Что в переводе означает, что наказывали вы их часто, но по делу, — проницательно заметила моя собеседница.Я сдержала смешок, так и рвавшийся с губ. О да, и часто, и по делу.— Нирья Арина, как вы считаете, — моя собеседница опустила взгляд с моего лица на руки, лежавшие на столе, и внезапно побледнела.Так… Это что-то новенькое. У меня что, там еще одна конечность выросла? Или несколько лишних пальцев появилось? Я сама взглянула на руки, на ладони, на пальцы. Нет, все нормально. Все как всегда. Ничего нового. Тогда откуда же такая странная бледность?— Что-то не так, ваше сиятельство? — учтиво поинтересовалась я.Она отрицательно мотнула головой, несколько секунд помолчала, словно собираясь с мыслями, затем спросила, стараясь говорить спокойно:— Откуда у вас этот шрам, нирья Арина?Шрам? Вот уж на что я в последнюю очередь обратила бы внимание. Действительно, на моем запястье имелся небольшой шрам, который я получила относительно недавно — в день моего появления в этом доме.Едва я ответила на объявление о работе, мне выслали адрес, по которому следовало прибыть. Якобы для первичного собеседования, угу. Ну, по крайней мере, я именно так и думала.Если бы я проявила проницательность и потрудилась пробить адрес в Интернете, то узнала бы, что там располагается заброшенный дом. Но догадалась я об этой многим доступной возможности, только когда прибыла с вещами на место. Постояв несколько секунд в растерянности перед старым домом, я все же подошла и постучала. Дверь, как ни странно, открылась. Как будто меня кто-то ждал там, в холле.Ну и я перешагнула порог. Не самый умный мой поступок, так как внутри мог находиться кто угодно. Но меня встретил лишь полуразрушенный коридор. Я недоуменно нахмурилась и позвала:— Эй, есть кто?В ту же секунду интерьер изменился. И я оказалась в шикарном холле.— Тихо шифером шурша, — проворчала я, поставила сумки на пол…И мир вокруг меня внезапно закружился взбесившейся каруселью. Не ожидая головокружения, я упала. Тогда и занозила руку непонятно откуда взявшимся в полу гвоздем. Рана давно затянулась, а шрам в виде небольшого круга остался. На ладони, да.— Я поранила руку, когда приехала сюда работать, ваше сиятельство, — учтиво ответила я своей собеседнице.Ее ушедшая было бледность вернулась. И я снова отказалась что-либо понимать.