Часть 35
Голова раскалывалась, словно внутри ворочали раскалённой кочергой. Оскар разлепил веки и, щурясь, осмотрелся по сторонам. Почему он лежит на полу каюты? Рядом валяется пустая бутылка и истлевший косячок, а ещё чуть поодаль «Кольт»…
Что происходит? Сколько он пролежал в отключке? Час? Сутки? Откуда здесь взялся пистолет? Он что, хотел покончить с собой?! Ну не-ет, этого точно не может быть.
Закрыв глаза, принялся по крупицам восстанавливать утерянные воспоминания. Память словно чистый лист… Хотя… Ева! Ему вчера звонила Ева Миллас! Что именно она говорила он не помнил, что-то про месть, какую-то сестру и зачем-то упоминала Алекса, но он точно помнил, что выбросил телефон в океан… Идиот, теперь покупать новый.
Так и не вспомнив, зачем ему вчера понадобился «Кольт», засунул пистолет в ящик стола и кое-как выбрался на палубу. Палящее солнце пудовыми кулаком ударило по темечку, к горлу подступила тошнота. Это всё косячок, определённо. От двух бутылок виски так плохо быть не может.
— Привет, Оскар, — разматывая сеть, поздоровался сосед с яхты напротив, и Оскар поднял руку в знак приветствия. Рич. Не в меру любопытный, но нормальный мужик. Надо как-нибудь пропустить с ним по стаканчику.
— У тебя там… эээ… — Рич замялся, кивая куда-то на нос палубы. — Весёлая была ночка? — подмигнул, понизив тон.
Не понимая, к чему это он клонит, Оскар доплёлся до кормы и увидел…
— Э, леди, просыпаетесь, — тронул длинную гладкую ногу, и даже обрадовался, когда девушка, вальяжно развалившаяся на корме его яхты не проснулась. Что-то пробурчала себе под нос и отвернулась, спасаясь от жгучего утреннего солнца.
Кто она такая и что здесь делает? Ухоженная молодая блондинка с пышными формами и огромным бриллиантом на пальце. Судя по тому, что она скорее раздета, чем одета, она, видимо, перепутала пляжный лежак и его судно.
Микроскопический купальник совершенно ничего не скрывал, и Оскар мог беспрепятственно лицезреть сочную грудь и крутые бёдра, с крошечным золотистым клочком ткани между ног. Боже, храни того, кто придумал стринги!
Не смотря на недавнее состояние нестояния, Оскар ощутил, что стояние всё-таки имеет место быть.
— Эй, красотка, — вновь прикоснулся к её бедру, с удовольствием задержав ладонь чуть дольше положенного.
— Что происходит? Какого чёрта, не видишь, я сплю, убирайся с моей яхты! — капризно махнула ладонью девица и отпихнула его ногой.
А малышка с гонором! Всё как он любит.
— Простите, но это моя яхта.
— Что? — подскочила незнакомка, недовольно скривив пухлые губки. Сонно моргая, осмотрелась по сторонам, а когда взгляд дошёл-таки до того, кто посмел её разбудить, то сразу же приобрёл осмысленность. Приняв более выгодную позу, тряхнула обесцвеченной копной волос. — Кто вы?
— Возвращаю вопрос, яхта же моя.
Бог мой, Оскар, да ты заигрываешь.
— Меня зовут Шерри, я вчера немного перебрала, простите. Видимо, забрела на пьяную голову на вашу яхту, перепутала со своей. Я отдыхаю здесь со своим мужем, вчера мы здорово поцапались, он вынес мне мозг, слово за слово…
Что? К четвёртому размеру и бриллианту с его собственную голову прилагается муж? Вот дьявол!
— … терпеть не могу этого старого козла, — добавила она, смешно сморщив идеальный носик.
Оскар приосанился, выставляя своё, что уж греха таить, красивое сорокалетнее тело в более выгодном свете.
— И тем не менее, всё-таки не разводишься с ним.
— Развод? Ты спятил? Ты знаешь, кто мой муж? Генри Швиммер. Этот порт принадлежит ему, как и половина восточного побережья.
Швиммер? Серьёзно? Да в Майами каждая блудливая собака знает этого семидесятипятилетнего миллиардера, который, между прочим, славится хлипким здоровьем…
Кто-то сверху точно даёт Оскару знак, что ещё не всё потеряно. Даёт ещё один шанс! Эта красотка оказалась здесь не просто так. Именно сейчас, когда его жизнь пошла под откос и он остался ни с чем, провидение посылает ему молодую, сочную, раскрепощённую блондинку. Жену миллиардера. Очень старого миллиардера…
И кто придумал чушь про то, что невозможно в одну и ту же реку войти дважды?
— Стало быть, ни о какой любви не может быть и речи? — осторожно задал вопрос Оскар, всё ещё не в силах поверить в улыбку фортуны.
— Счёт на восемьдесят миллиардов долларов — вот об этом я могу говорить вечно. Продашь мне руку или так и будешь стоять как истукан?
Оскар протянул ей ладонь, и Шерри поднялась, прислонившись буферами к его оголённой груди. Тесно, непозволительно близко.
По венам пробежал мгновенный эротический импульс, оливковые глаза незнакомки с меткостью снайпера оценили сулящие возможности его поджарого тела и манящие губы изогнулись в многообещающей улыбке:
— Может, угостишь даму чашечкой кофе?
— У меня есть и кое-что покрепче.
— Крепче этого? — юркая ладонь цепко ухватилась за топорщащийся через штанину член. — Я люблю очень всё крепкое и огненно горячее, учти. Идём, красавчик, покажешь мне свою каюту.
Рич проводил странную парочку немного завистливым взглядом. Кажется, пора швартовать свою яхту в другом месте — здесь скоро станет нереально жарко.